ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Рубеж Святой Руси в прошлом, настоящем и будущем

Николай Малишевский: «И.Л.Солоневич: жизнь и творчество»

Доклад Николая Малишевского на первой конференции
памяти Игоря Вацлововича Оржеховского
«Западнорусизм: прошлое и настоящее»

 

В последние годы в Минске несколькими тиражами была наконец-то издана знаменитая книга нашего земляка, уроженца Гродненщины, Ивана Лукьяновича Солоневича «Россия в концлагере». В настоящее время готовится издание ее продолжения (1). Объединяет все эти замечательные работы глубокий анализ и точное понимание сути того, что сам И.Л.Солоневич называл диктатурой импотентного слоя сволочи, превратившей одну шестую планеты в концлагерь.

 

В прошлом советская цензура подвергала даже имя Ивана Лукьяновича Солоневича такой глухой блокаде, что оно вымарывалось даже из "разоблачительных", "контрпропагандистских" и "идеологически взвешенных" монографий и статей. Дескать, нечего создавать этому махровому антисоветчику рекламу! Нечто подобное имеет место и в настоящем.

Любой грамотный и интеллигентный человек должен знакомиться с первоисточниками, а не оценками и интерпретациями «из вторых рук», чтобы иметь своё собственное мнение, а не навязанное извне предвзятымиинтерпретаторами. Кем бы они ни были -советскими интернационалистами или антисоветскими-националистами. То же самое касается оценки личности того или иного человека. Поэтому, не вдаваясь в крайности многочисленных «измов», постараюсьрассказать о судьбе этого замечательного человека,пожалуй, единственного белорусского мыслителя XX века, и его взглядах, в основном, с его же слов.

Иван Лукьянович Солоневичродился 1 (13) ноября 1891 года в Гродненской губернии в семье белорусского крестьянина Лукьяна Михайловича Солоневича и Юлии Викентьевны Ярушевич. «Я вырос в очень консервативной и религиозно настроенной семье, - пишет сам И.Л.Солоневич, - никогда, ни с какой стороны ни к каким привилегированным классам не принадлежал и не принадлежу: мой отец в детстве свинопас, впоследствии, в годы моего детства, он стал сельским учителем (окончил учительскую семинарию за казенный счет). Потом статистический чиновник в Гродно, потом редактор «Гродненских губернских ведомостей» при П. А. Столыпине, потом издатель газеты «Северо-Западная Жизнь» на деньги того же П.А. Столыпина, тогда уже премьер-министра».

В детские годы Иван Лукьянович жил в местах учительства отца в Пружанском уезде и в Гродно (с 1899 года), а затем — в Вильно. Учился в Гродненской гимназии, помимо учёбы он вместе с братьями занимался гимнастикой в польском «Соколе». Вместе со своим другом Д.М. Михайловым пытался организовать русский «Сокол», но затея не нашла поддержки в обществе и вскоре организация распалась.

В 1909 году Л.М. Солоневич переезжает с семьей в Вильно, где пытается издавать свою собственную газету «Белорусская жизнь». 9 февраля вышел первый и последний в том году ее номер: «поднять» газету одному Солоневичу-старшему было невозможно. Через год на пару с П.В. Коронкевичем он возобновил выпуск «Белорусской жизни». В августе 1911 года газета была переименована в «Северо-Западную жизнь». С мая 1912 года по  февраль (март) 1913 года она издавалась в Гродно, а затем до сентября 1915 года – в Минске.

Л.М. Солоневич, его первые помощники в газетной работе - брат С.М. Солоневич и сын И.Л. Солоневич были создателями в 1912 году в Вильно при редакции газеты «Белорусской исторической библиотеки». Инициатором этой благородной акции стал известный в те годы историк и краевед, один из первых учеников М. О. Кояловича и автор воспоминаний о нем Иосиф Васильевич Щербицкий (1837-1916).

В своих письмах к Л.М. Солоневичу «глубокий старец-белорус Щербицкий» выражал уверенность, что эта библиотека сослужит немалую службу белорусскому народу – «тому народу, который высокомерные родовитые и неродовитые паны называли, да и теперь называют, «быдлом», над языком которого всячески издеваются, называя его, в отличие от своего польского панского языка, языком мужицким, хлопским. Быдло это никто иной, как наш белорус – бедный, загнанный, приниженный, доведенный во времена крепостного права, во времена «панщины» теми же гордыми своею «высокой культурою» панами до скотского состояния; этот язык – хлопский, мужицкий – язык белорусский, мало чем отличающийся от того языка, на котором пятьсот лет тому назад предки нынешних ясновельможных и просто вельможных панов писали все свои имущественные сделки и договоры…».

И.В. Щербицкий считал также своим священным долгом напомнить редакции и читателям газеты об их высоком призвании «быть светом для того народа, который сидел и теперь еще сидит во тьме невежества, который не знает даже к какой нации принадлежит он, не может разобраться в том, кто его друзья и кто – враги, идет туда, куда влекут его ловкие проходимцы, мечтающие при содействии уловленного в их коварные сети народа восстановить здесь, в исконном русском крае, польские порядки…».

В 1912 году И.Л. Солоневич экстерном закончил вторую Виленскую гимназию, где получил аттестат зрелости. Еще в годы учёбы в гимназии он начал печатать свои заметки на спортивные темы в газете «Белорусская жизнь» и публиковаться в газете «Северо-западная жизнь», одновременно с этим помогая отцу в его редакторской работе. В 1912 г. исполнял обязанности секретаря редакции этой газеты, а в годы учёбы в университете сотрудничал с газетами «Новое время» и «Биржевой курьер» (Петроград).

В редакции «Северо-Западной жизни» Иван Лукьянович познакомился со своей будущей женой — Тамарой Владимировной Воскресенской, преподавательницей французского языка и начинающей журналисткой, дочерью полковника В. И. Воскресенского и племянницей известного адвоката и журналиста А. С. Шмакова.

Женившись осенью 1913 года, Солоневич переехал в Петроград, где поступил на юридический факультет Петербургского университета (до поступления какое-то время жил в Гродно). Одним из его сокурсников был поэт Николай Гумилёв. Не оставлял Солоневич и занятия спортом. Так, на февральском Всероссийском чемпионате 1914 года в Риге, заявившись в тяжёлом весе (свыше 82,5 кг) при собственном весе 81 кг, он занял второе место в пятиборье (437,2 кг). Позже стал профессиональным борцом и тяжелоатлетом.

Учёбу в университете не дала завершить Первая мировая война и бурные события 1917 года. Как вспоминал сам Иван Лукьянович, многие студенты записывались добровольцами в офицерские школы, но правительство старалось не пускать студентов на войну, так как никто не предполагал, что война затянется, и их «резали» по здоровью. Солоневича не приняли из-за близорукости. 24 февраля 1915 года он стал издателем газеты «Северо-Западная жизнь», редакция которой была перемещена в Минск. В сентябре 1915 года из-за осложнения ситуации на фронте пришлось приостановить издание газеты, как оказалось, навсегда.

15 октября 1915 года родился единственный сын Солоневичей — Юрий.

После февральских событий 1917 года через А.М. Ренникова Солоневич связался с контрразведкой, а во время Корниловского мятежа обратился к атаману Дутову, казачьи войска которого должны были поддержать выступление в Петрограде, с предложением помощи от студентов. В просьбе выдать им оружие Дутов отказал, о чём Солоневич впоследствии очень сожалел.

После окончательного захвата власти в Петрограде большевиками Иван Солоневич вместе с братом Борисом и супругой Тамарой бежал на белый Юг России, в Киев. В годы гражданской войны участвовал в Белом движении, неоднократно менял место жительства, выполняя агентурные поручения, сотрудничая с И.М. Калинниковым, доставал секретные сведения для добровольческой армии.

Работал в издаваемой под эгидой Киевского бюро Союза освобождения России газете «Вечерние огни». В качестве корреспондента газеты встречался с высокопоставленным большевиком Д.З. Мануильским, в разговоре с которым высказал мысль о том, что большевизм обречен по причине отсутствия сочувствия масс, на что Мануильский ответил: «Послушайте, дорогой мой, да на какого же нам чёрта сочувствие масс? Нам нужен аппарат власти. И он у нас будет. А сочувствие масс? В конечном счете — наплевать нам на сочувствие масс». Этот разговор имел большое значение для формирования взглядов И.Л. Солоневича на Советскую власть.

После Киева Иван Солоневич продолжил свою подпольную деятельность в Одессе, куда уехал на последнем поезде под угрозой наступления "красных". Сам он вспоминает об этом так: «Потом была работа на Белую армию и с Белой армией. Побег из Москвы на Украину, авантюрное путешествие из гетманского Киева в красный Питер. Побег из красного Питера с семьей Каллиниковых в тот же Киев. Побег из петлюровского Киева в белую Одессу. Командировка из белой Одессы в красный Киев. Подпольная работа в красном Киеве. Секретные сводки отдела осведомления Совнаркома, которые доставала Тамочка. Секретные военные сводки, которые доставал я. Эти сводки снимал на кинопленку И.М. Каллиников, отправлял в белую Одессу, а в белой Одессе никто не читал. Эта работа стоила примерно трехмесячного ежечасного риска жизнью и невероятных усилий. И вот: никто даже не поинтересовался результатами этого риска и этих усилий».

До начала 1920 года Иван Лукьянович редактировал газету «Сын Отечества» и пытался организовать переезд жены с сыном в Одессу, чтобы эвакуироваться вместе с "белыми". Однако во время эвакуации армии Врангеля он заболел сыпным тифом и оказался в госпитале. Уже после эвакуации неожиданно приехали Тамара Солоневич с Юрой. Солоневичи поселились в частном доме, Иван Лукьянович организовал артель и занялся рыбной ловлей, а его жене удалось устроиться переводчицей на Одесскую радиостанцию.

В Одессе будущий автор «России в концлагере» сблизился с антисоветской группой, в которую входил его старый знакомый по Киеву С.Л. Войцеховский. По доносу старухи-садовницы в начале июня 1920 году Одесская ЧК вышла на подпольную организацию, в которой состоял Иван Солоневич, и его вместе с женой и ребёнком посадили в тюрьму. Через три месяца их освободили, так как не смогли доказать причастность к организации. Им помог некий еврей Шпигель, которому Иван Лукьянович когда-то оказал услугу, выкравший улики и дела Солоневичей, так как имел отношение к работе ЧК.

Официально Солоневич был отпущен на свободу в связи с отсутствием оснований для привлечения к ответственности. На свободе в Одессе работал в советских профсоюзах в качестве специалиста в области спорта, поскольку как спортсмен получил известность ещё до революции.

Осенью 1926 года он вместе с семьёй переехал в Москву. Здесь работал журналистом, борцом в цирке, спортивным инструктором, выступал с докладами о спорте, писал и издавал брошюры о спорте, туризме, физкультуре и боевом искусстве, преподавал на курсах комсостава милиции.

Благодаря своей известности в спортивном мире Солоневич устроился в ВЦСПС инспектором по физкультуре и спорту, а его жена — переводчицей Комиссии внешних сношений при ВЦСПС. После того, как брат Борис был сослан на Соловки, Солоневичи поселились в его комнате, которую Борис получил, работая инспектором физической подготовки Военно-Морского Флота.

В 1928 году Иван Лукьянович подготовил пособия «Гиревой спорт» для книгоиздательства ВЦСПС и «Самооборона и нападение без оружия» для издательства НКВД РСФСР, был неоднократно приглашаем в «Динамо» для консультации тренеров общества.

По свидетельству самого И.Л. Солоневича, он прочитал более 500 докладов, благодаря чему напрочь лишился "косноязычия", и написал полдюжины брошюр-руководств по физкультуре в профсоюзах. Но во всё время жизни под Советами его не покидало желание убежать из "коммунистического рая".

В 1933 г. вместе с братом, сыном и несколькими сподвижниками Солоневич попытался нелегально бежать из СССР в Финляндию, но был предан, арестован ГПУ и отправлен с братом и сыном в концлагерь на строительство Беломорканала.

«Мы трое, т.е. я, мой брат и сын, - позже будет вспоминать сам Иван Лукьянович, - предпочли совсем всерьез рискнуть своей жизнью, чeм продолжать свое существование в социалистической стране. Мы пошли на этот риск без всякого непосредственного давления извнe. Я в материальном отношении был устроен значительно лучше, чeм подавляющее большинство квалифицированной русской интеллигенции, и даже мой брат, во время наших первых попыток бегства еще отбывавший после Соловков свою «административную ссылку», поддерживал уровень жизни, намного превышающий уровень, скажем, русского рабочего».

В 1934 году Иван Солоневич бежал вместе с сыном и братом из лагеря в Финляндию. Чтобы пережить зиму 1934-1935 гг., братья устроились работать в порт грузчиками. Иван Солоневич вспоминал: "Эмигрантская колония в Гельсингфорсе снабдила нас кое-каким европейским одеянием, но оно было узко и коротко; наши конечности безнадежно вылезали из рукавов и прочего, и общий наш вид напоминал ближе всего огородные чучела. Да еще трое в очках. Среди финских грузчиков наше появление вызвало недоуменную сенсацию... Работать в порту и одновременно писать книгу было, конечно, очень трудно. Но вот, наконец, в парижской газете появился первый очерк моей книги: порт можно было бросить".

Поскольку финские власти не дали «добро» на издание книги, Солоневич переехал в Софию, где выпустил в свет свою книгу «Россия в концлагере», которая была переведена на иностранные языки и к 1939 году разошлась на 16 языках.

Став, благодаря гонорарам за иностранные издания книги, экономически независимым, здесь же, в Софии, начал в 1936 году издавать газету «Голос России», вокруг которой представители русской эмиграции объединились в «штабс-капитанское движение». С помощью газеты Иван Лукьянович вооружил это движение идеей народной монархии и фактически стал его идейным лидером. Своей принципиальной позицией по отношению к просоветски настроенной части эмиграции, критикой коммунизма, русской либеральной интеллигенции и дворянства вызвал к себе ненависть и коммунистов, и части эмиграции, в связи с чем на него было совершено несколько покушений.

"Советская власть, — пророчески писал Иван Солоневич в 1938 году о поколении «несгибаемых ленинцев», — выросла из поражения и измены, и она идёт по путям измены и поражения. Она была рождена шпионами, предателями и изменниками, и она сама тонет в своём же собственном шпионаже, предательстве и измене". Большевики, по его мнению, сделали ставку на человека с волчьими челюстями, бараньими мозгами и моралью инфузории.

В 1938 г. после третьего покушения, в результате которого погибли его жена Т.В. Солоневич и секретарь редакции газеты Н.П. Михайлов, покинул Болгарию и поселился в Германии (в Берлине). Живя здесь, издал в 1938 году в Софии три брошюры («Нашим друзьям», «Четыре года» и «Россия и гитлеризм») и организовал вместо запрещённого правительством «Голоса России» издание «Нашей газеты», а в 1940 году выпустил в свет несколько номеров журнала «Родина».

Годы Второй мировой войны Иван Лукьянович провёл в германской провинции (Темпельбург в Померании) под наблюдением гестапо, куда был сослан из Берлина «за пораженческие настроения», поскольку и устно, и письменно (на имя Гитлера подал меморандум) пытался предотвратить немецкую агрессию против СССР.

Из статьи Вс. Дубровского «Народно-монархическое движение»: «Поданный Иваном Лукьяновичем в самом начале войны смелый меморандум на имя Гитлера заставил немцев насторожиться. Еще опьяненные своим первоначальным успехом «на Востоке», они не могли понять, как может герр Золоневич отказываться от предложенного ему крупного поста в «правительстве» его «родной» Белоруссии, заявляя, что предпочитает должность швейцара у министра пропаганды Всероссийского правительства – посту министра пропаганды в правительстве Белоруссии. Они не могли понять и той дерзости, с которою Иван Лукьянович, со свойственной ему прямотой, предупреждал Фюрера, что война против России и против Русского народа приведет к разгрому и гибели Германии! В те годы такая смелость не могла быть допущена, и герру Золоневичу предложили поселиться в глухой деревушке Померании, без права выезда из нее. А Восточное министерство, само собою разумеется, почуяло в нем ярого врага и свою ненависть распространило и на всех, так или иначе с ним связанных».

В Темпельбурге И.Л. Солоневич познакомился с вдовой немецкого обер-лейтенанта Рут Беттнер (в девичестве Кеттельхак), которая вскоре стала его женой.

"В медовые месяцы моего пребывания в Германии, - вспоминал позже Иван Солоневич, - перед самой советско-германской войной, мне приходилось вести очень свирепые дискуссии с германскими экспертами по русским делам. Оглядываясь на эти дискуссии теперь, я должен сказать честно: я делал все, что мог. И меня били как хотели - цитатами, статистикой, литературой и философией. И один из очередных профессоров в конце спора иронически развел руками и сказал:

- Мы, следовательно, стоим перед дилеммой: или поверить всей русской литературе - и художественной, и политической, или поверить герру Золоневичу. Позвольте все-таки предположить, что вся эта русская литература не наполнена одним только вздором.

Я сказал: - Ну что ж, подождем конца войны. И профессор сказал: - Конечно, подождем конца войны. - Мы подождали".

После войны И.Л. Солоневич несколько лет жил на контролируемой западными оккупационными властями немецкой территории. В 1948 году переехал в Аргентину. В Буэнос-Айресе основал Народно-Монархическое Движение и начал издавать выходящую до сих пор газету «Наша Страна». Тут же публиковал свои новые книги, которые выходили в одноимённом с газетой издательстве. В нем же Солоневич издал работы своих единомышленников — Б. Башилова, М. Спасовского, Н. Потоцкого, М. Зызыкина, Б. Ширяева, Н. Былова и других.

В 1950 г. по доносам недоброжелателей из эмигрантов Иван Лукьянович был выслан из Аргентины и с тех пор проживал в Уругвае, откуда и присылал тогдашнему редактору «Нашей Страны» В.К. Дубровскому свои новые статьи.

Умер на 62-м году жизни в уругвайском столичном госпитале после операции на поражённом раком желудке. Похоронен в Монтевидео на английском кладбище.

Реабилитирован посмертно 20 июля 1989 года Военной прокуратурой Ленинградского военного округа.


(1) Для распространителей. Оставить заказ на книгу «Россия в концлагере-2» можно по тел. (МТС) +375297559976.

 

Николай Малишевский

 


Добавить комментарий

Внимание! Комментарии принимаются только в корректной форме по существу и по теме статьи.


Защитный код
Обновить

Сейчас на сайте

Сейчас один гость и один зарегистрированный пользователь на сайте

Присоединяйтесь в Вконтакте Присоединяйтесь в Facebook Присоединяйтесь в LiveJournal

Антология современной западнорусской поэзииБелорусы и украинцы – русский народ. Свидетельства  исторических источников

Отечественная война 1812 г. в истории БелоруссииЗападнорусский календарь