Осень 1939 — лето 1941: между Второй мировой и Великой Отечественной

Ко дню Освободительного похода Красной Армии 17 сентября 1939 года

 

16 сентября 2011 года ИА REGNUM провело онлайн- конференцию «Осень 1939 — лето 1941: между Второй мировой и Великой Отечественной» с участием  Владислава Гулевича, Николая Малишевского, Альгирдаса Палецкиса.

Приводим полный текст конференции так как эта тема  неоднократно поднималась на сайте «Западная Русь». Кроме того участники конференции хорошо знакомы нашим читателям по своим публикациям на нашем сайте.

 

Который из договоров о ненападении (которого года ?) между Польшей и СССР действовал на сентябрь 1939 года ? — Араб

В.Гулевич: На сентябрь 1939 г. действовал межгосударственный договор между Польшей и СССР, заключённый в 1932 году: через полтора года после заключения этого договора с СССР имело место заключение Договора о ненападении между Польшей и Германией.

В результате Освободительного похода Красной Армии в сентябре 1939 был,по сути,прекращен процесс полонизации западных окраин восточнославянского мира. Между тем, судьба Виленского края остаётся незаживающей раной в сердце белорусского и русского народов. Едва освобождённый от власти пилсудчиковой Польши,он подпал под гнёт литовских ассимиляторов,не без помощи тогдашнего руководства советских большевиков. Последние в оправдании своей позиции приводили такой "аргумент",как факт выполнения столичной роли города Вильно в бытность средневекового Великого Княжества. "Бесспорно",ничего не скажешь. С таким же успехом можно было бы отдать литовцам и Гродно,да и всю Беларусь,коль скоро в средние века именно белорусские земли составляли костяк Литвы. Но средневековой Литвы больше нет,а то,что сейчас происходит в Виленском крае,- общеизвестно: националистические власти стараются всеми силами вычеркнуть славянский компонент из истории и современности края; русскому, польскому и белорусскому нацменьшинствам угрожает реальный этноцид,а правовой защиты в рамках действующего законодательства не существует. Вот оно- "освобождение" ...

В связи со сказанным спрашиваю участников конференции: не правомерно ли будет поставить на повестку дня вопрос о воссоединении Виленского края с Беларусью? Город, где ещё теплится уникальный микроклимат слявянского общежития, где творил великий Скорина и где рождалась белорусская культура,не должен быть навсегда потерян для славян — Константин Глазков

Н.Малишевский: Не думаю, что этот город «навсегда потерян для славян». Что же касается вопроса воссоединения Виленского края с Беларусью – то, по-моему, сама его постановка не совсем корректна. На практике нечто подобное в свое время попытался реализовать соратник Пилсудского генерал Желиговский (уроженец Белоруссии). Он старался в интересах Польши. Кончилось все тем, что все территории - и польские, и литовские, и белорусские - воссоединились в рамках Варшавского договора, под ядерным «зонтиком» советской сверхдержавы.

В.Гулевич: Пересмотр существующих границ чреват серьёзными политическими последствиями. Однако необходимо занять более жёсткую позицию в отношении ассимиляторской политики официального Вильнюса. Случится ли это, зависит от наличия политической воли у Минска, Киева и Москвы. Минск и Москва заняты пока решением других проблем. Киев вообще за основной стиль своего поведения принял поддакивание Западу по всем вопросам, да и сам в репрессивно-ассимиляторской манере насаждает украиноцентричную модель общественно-политического устройства. Поэтому надежды можно возлагать пока только на Минск и Москву, если им удастся устранить существующие разногласия.

А.Палецкис: Тут мы встаём на скользкий путь. Да, полонизация Вильнюсского края между двумя войнами действительно имела место. Сейчас в этом крае абсолютную власть имеет Выборная акция поляков в Литве – политическая партия местных поляков. Есть спор о школах, ошибки в нём делают обе стороны. Ну а спорить о том, кто коренной житель этого края, можно, только тут настолько смешались разные народности, что надо было бы стать специалистом по расам, по черепам, по носам, что бы отличать, кто есть кто. Вообще, я думаю, что строить политику на польском, белорусском, литовском, русском национализме, даже приукрашенном в романтические цвета – это очень опасное дело и оно не раз заканчивалось плачевно для всех. Национализм нас разъединяет, а экономические и социальные потребности объединяют.

Вопрос ко всем участникам конференции: националистические силы во всех трёх странах, которые с помощью Сталина и СССР восстановили единство своих национальных территорий за счёт Польши (Украина, Белоруссия и Литва), то есть за счёт польских "восточных кресов", сегодня пользуются открытой поддержкой Польши. Вопрос такой: или Варшава соглашается с разделом Польши и результатами "советской оккупации", или украинские, белорусские и литовские националисты готовы расчленить свои страны? — Игорь Маслов, Москва

Н.Малишевский: Варшава ни с чем не «соглашается». С 2006 года она последовательно осуществляет курс на создание четвертой Речи Посполитой, рассчитывая при поддержке США втянуть Белоруссию, Украину и Литву в сферу своего влияния. Для этого введена, например, пресловутая «карта поляка». Расчленять также ничего не надо – зачем часть, если можно доминировать над целым? Сделано в этом направлении в Белоруссии уже довольно много. Но в основном в социально-культурной и мировоззренческой сферах. Пока политические амбиции Варшавы на Востоке сдерживает только внутрипольский фактор – слабая экономика.

В.Гулевич: Эмигрантская польская геополитическая мысль сконцентрировалась на необходимом минимуме, взяв на вооружение концепцию УЛБ ( т.е. Украина – Литва – Белоруссия). Авторами данной концепции, выдвинутой ещё в 1950-х гг., были политолог Юлиуш Мерошевский и публицист Ежи Гедройц, считавшие крайне необходимым добиться независимости Украины, Литвы и Белоруссии, прежде всего, для выгоды Польши. Центральное значение придавалось украинскому независимому государству, как лимитрофному образованию под полным контролем внешних сил, и в таком случае Польше доставалась роль регионального лидера. Реализация концепции УЛБ потребовала от Польши отказа от амбиций ІІ Речи Посполитой. Таким образом, в концепции УЛБ нашла выражение новая польская политика на восточном направлении: отныне восточные границы Польши приобретали абсолютно иное качество, а Украина, Литва и Белоруссия рассматривались отныне как независимые и лояльные к католической Польше государственные образования. Из камня преткновения между поляками и русскими лимитрофные Украина, Литва и Белоруссия превращались в головную боль России. Сам Мерошевский настойчиво втолковывал своим соотечественникам, что стремление удержать в руках территории нынешних Литвы, Белоруссии и Украины лишат Польшу потенциальных союзников в лице элит этих стран. Не имея возможности поглотить эти территории, Польша старается поддерживать их ментально-политическую удалённость от России.

А.Палецкис: Националисты Литвы поддержкой Польши не пользуются. Во всяком случае, такое впечатление. Кстати, сейчас между Литвой и Польшей очередной виток напряжения из-за польского меньшинства в Литве, в Вильнюсском крае. Польша работает на усиление своего влияния в этом крае. Иногда она мнит из себя старшего брата литовцев.

Почему Белосток остался в Польше,ведь там большинство населения этнические беларусы? — Валерий С.

Н.Малишевский: Сталин посчитал целесообразным «округлить» западную границу СССР с военной точки зрения. Фактически он отдал полякам т.н. Белостокский выступ. Считалось, что в 1941 году немцы взяли здесь в клещи советские части (с севера и юга) из-за того, что Белосточчина слишком «выдвигалась» (географически выступала) на запад . Поэтому границы СССР 1939 года после 1945 года были несколько сдвинуты на восток. Так что Польша получила от Сталина территориальные бонусы не только на Западе.

В.Гулевич: Границы этнического ареала проживания народов практически никогда не совпадают с государственными рубежами.

Почему вы считаете империалистическую агрессию варварского террористического тоталитарного сталинского коммунистического СССР против беззащитной независимой и миролюбивой демократической Польши - "освободительным походом"? В Литве такую глупость уже никто не думает и вам не удастся привязать Литву к своей пропаганде. Литва и Польша одинаково осуждают коммунизм и спокойно решают все вопросы. И русские не смогут заставить Украину и Беларусь поссориться с Польшей и Литвой. — Ф.А.М. Литва

А.Палецкис: Польша в 1938 после Мюнхена откусила часть Чехословакии, то есть вместе с Гитлером участвовала в оккупации этой страны. В том же году она ультимативно грозила Литве войной из-за прав поляков в Литве, и если бы не вмешательство СССР, Каунас уже в 1938 году был бы под Польшей. Поэтому называть тогдашнюю Польшу миролюбивой и демократичной – проблематично...

Н.Малишевский: А почему беззащитная независимая и миролюбивая демократическая Польша ухитрилась до войны перессориться со всеми без исключения соседями, урвав у всех, включая независимую и миролюбивую демократическую Литву, веймарскую демократическую Германию, не менее демократическую Чехословакию и террористическую тоталитарную коммунистическую Советскую Россию (западные Белоруссия и Украина), по куску территории? Не коммунисты, а Уинстон Черчилль тогда же публично обозвал Польшу за это политической «гиеной».

В современной Литве стоит вспомнить опыт незаконного (в обход Лиги Наций) включения в 1922 году в состав Речи Посполитой т.н. «Центральной (или Серединной) Литвы». А было это так. 9 октября 1921 года в пределы Литвы вторглась т.н. 1-я литовско-белорусская дивизия (состояла она в основном из белорусских поляков) генерала Люциана Желиговского, якобы взбунтовавшаяся и самостоятельно принявшая решение занять Вильно и провозгласить создание «Центральной Литвы». Затем в Виленский край, уже захваченный поляками (пшепрашем, теперь они «литовцы-белорусы»), прибыли войска Антанты и разъединили противоборствующие стороны. Это почему-то не помешало Желиговскому 30 ноября издать декрет о выборах в Виленский сейм и о плебисците среди населения края о его территориальной принадлежности. 20 февраля, после победы Желиговского и его воинства на плебисците, Виленский сейм принял постановление о вхождении «Центральной Литвы» в состав второй Речи Посполитой. 24 марта 1922 года польский Сейм принял Виленский край в состав Польши. А в середине марта следующего года парижская конференция Антанты признала край собственностью Польши. Все законно! Простенько и со вкусом — в духе демократии, миролюбия и соблюдения прав человека.

В.Гулевич: Освободительным – потому что были возвращены территории, отторгнутые польской короной от Руси. Поэтому СССР действовал по принципу «отторгнутое возвратих». Предвоенная Польша не была ни миролюбивой, ни демократической. Забрасывала своих диверсантов на территорию Чехословакии для совершения актов саботажа и нападений на склады и чехословацких военнослужащих, чтобы позже участвовать в разделе этой страны вместе с гитлеровцами (о чём существовали предварительные договорённости), надеялась вместе с Рейхом противодействовать Советскому Союзу, требовала для себя от европейских стран заморских колоний в Африке и Южной Америке. В Польше проводились т.н. Дни колоний, в костёлах служили праздничные мессы, на улицах висели красочные плакаты с лозунгом «Желаем колоний для Польши!», политики призывали народ поддержать эту инициативу и помочь Польше добыть дешёвое сырьё на далёких континентах. Посмотрите прессу и агитационные плакаты тех времён и убедитесь сами. К тому же, ещё сравнительно незадолго до сентября 1939 западные границы СССР подвергались набегам польских диверсантов. Вспомним хотя бы банды Булак-Булаховича, каравшие сельское население Западной Белоруссии за малейшее подозрение в нелояльности. Между тем, в современной Польше Булак-Булахович – герой и вообще положительный парняга, как и неудавшиеся идеологи польской колониальной политики 1918-1939 гг. И сегодня Польша, рассуждая о свободе и терпимости, преданно бросается на помощь американцам в их неуёмном желании долбить по голове дубинкой любого, кто приговорён на роль жертвы. Польша (и Литва, кстати, тоже) помогают Вашингтону порабощать иракцев и ливийцев, как до этого беспринципно поддерживали бомбардировки Югославии, а затем уже Сербии. Поэтому рассуждения о свободе и правах человека из уст европейских политиков, в т.ч. польских и литовских, звучат неискренне.

Я давно заметил, что на Западе (а Литва находится в орбите влияния Запада) в ходу прекраснодушные и примитивно наивные убеждения, что на Украине и Белоруссии всё население, как один, с тоской посматривает на Запад и со злобой – в сторону России. В этом виноват западный агитпроп, оболванивающий население европейских стран и скармливающий им недостоверную информацию. Не буду говорить о Белоруссии, но скажу об Украине. Пророссийские настроения в некоторых регионах страны достаточно сильны. Вспомните визит «клинического атамана» партии «Свобода» Олега Тягнибока в Крым, где он спасался бегством через чёрный ход от простых граждан. Потом он изрёк: «Мне показалось, что я приехал не на Украину, а в чужую страну». Украинская националистическая идея (а именно её адепты, замаранные оправданием украинского коллаборационизма времён ВОВ, ратуют за окончательный уход Киева на Запад) популярна не везде. Но наши власти делают всё возможное, чтобы пророссийских убеждений у населения было меньше. Подключают СМИ, административный аппарат, воздействуют через систему вузовского и школьного образования.

К Польше отношение в большинстве украинских регионов традиционно прохладное. Для рядовых граждан Варшава не сможет заменить Москву. Здесь десятки тысяч смешанных русско-украинских семей, десятки тысяч граждан Украины имеют родственников в России и регулярно её посещают. У нас общая история, с общими победами и огорчениями, с общими жертвами и достижениями. В конце концов, мы – один народ. Думаю, литовцам не хотелось бы, чтобы их, как народ, разделили и раскололи на три части, как это сделали с русским народом, расколотым в силу исторических причин на собственно русских (великороссов), белорусов и малороссов (украинцев). Не хочется этого и нам. Совершенно обратное здесь пытаются «протолкнуть» в массы только спонсируемые из-за рубежа украинские националистические движения и политическая верхушка, которая то клянётся в любви России, то кидается с поцелуями на Европу, надеясь такими манипуляциями выторговать для себя условия жизни получше.

Уважаемый Альгирдас!

С симпатией отношусь к Вашей самоотверженной деятельности,

Вашим отцу и деду. Считаете ли Вы, что для Литвы мог быть

возможным другой,условно говоря "лучший", сценарий событий

в тот период времени.

Спасибо за ответ. — Марк Вестон

А.Палецкис: Уважаемый Марк, спасибо. Нет, не думаю. Идеальных вариантов не бывает. 1940 год был суровый год уже начавшейся мировой войны. Стандарты, методы, менталитет, международное право были другими. И выбор для всех малых стран Европы был таков – или с нацистской Германией, или с Советским Союзом. „Великие демократии“ Англия и Франция сдали своих союзников. А Гитлер нам, малым народам, предвещал участь капли воды на раскалённом камне.

Известно, что передача Литве г.Вильно и Виленского края была произведена волюнтаристским способом и отражало конъюнктуру момента.На момент передачи города литовским властям,литовское население составляло там не более 3%. Как известно, литовские правительства ,с момента выхода Литвы из состава СССР,проводят откровенно антироссийскую политику.Чего стоят,например ,надуманные претензии компенсации. В этой связи, возможен ли отзыв подписи СССР Россией ,как правоприемником СССР, то есть дезавуирование подписи СССР под актом передачи г.Вильно и Виленского края Литве. А также дезавуирование подписи СССР под актом передачи Литве г.Мемель с прилегающей областью.Решение о будущем этих двух территорий можно было бы передать на усмотрение мирового сообщества. — Вячеслав

В.Гулевич: Само же мировое сообщество и постарается сделать всё, чтобы как можно меньше геополитических выгод досталось России. Но дело даже не в этом. Это нереально в силу, как Вы сами это назвали, текущей политической конъюнктуры.

А.Палецкис: Факт, что официальная Литва не хочет вспоминать об этих событиях. Это не вписывается в националистическую мифологию, на которой строится теперешняя политика. Но перекройка границ вызвала бы войны. Опять же, нам надо стараться выходить из порочного круга обоюдного национализма. Так мы пропадём все вместе. Надо политику строить на общности экономических интересов. Псевдо-патриоты Литвы уже обанкротились, их скоро сметёт свой же простой народ, который не настроен враждебно к другим народам.

Н.Малишевский: Во всяком случае основания для этого есть.

Современная Литовская Республика вышла из состава СССР в 1991 году с территорией, которая на треть превысила ту, с которой она вошла в состав Советского Союза в 1940 году! Литва, уйдя из Советского Союза как «восстановившееся довоенное государство» почему-то увела за собой территории, полученные в составе СССР – Клайпедскую область, курорт Друскининкай и даже свою столицу Вильно. И это называется «оккупацией и аннексией Литвы», за которые требуют компенсацию?!

Нелишне напомнить, что в 1945-м Сталин распорядился передать Литве Клайпедский регион (оккупированный Германией весной 1939 года), причем с устьем Немана (район Русне) и северной частью Куршской косы. А осенью 1939-го СССР передал Литве (особо замечу - «несоветской») Вильно с прилегающим районом, захваченные Польшей в 1920 году. За юго-западную часть Литвы (Вилкавишский район) советское правительство в 1941 году и вовсе заплатило Германии 7,5 миллионов долларов.

СССР вооружённую агрессию против литовского государства не осуществлял и каких-либо военных действий никогда не вёл. Следовательно, определение «оккупация» в отношении присутствия частей Красной армии на территории Литовской Республики до июля 1940 года, а затем на территории Литовской ССР до начала Отечественной войны, а также после её окончания до 1992 года, - юридически абсолютно ничем не обоснованно.

Ввод частей Красной армии в Литовскую республику в середине октября 1939 г. и вывод советских войск из современной Литвы был осуществлён на основании соответствующих двусторонних межгосударственных договорённостей между Литвой и СССР, не содержавших никаких определений, которые констатировали бы оккупационный статус Советской Армии, подобно, скажем, тому, как это было на территории Германии после разгрома вермахта и капитуляции III Рейха.

Определение «аннексия» (присоединение), которое в последнее время всё чаще звучит в прибалтийских СМИ, также неуместно для определения того, что произошло в 1940 году, поскольку силового присоединения территории другого государства к территории СССР не было. Наоборот, всё происходило на законных основаниях. Советские войска были введены в республики Балтии на основе юридически оформленных договоров и строго соблюдали установленный порядок. Зачем это надо было советской стороне?

Дело в том, что после литовско-германских переговоров, 20 сентября 1939 г. сторонами были выработаны и парафированы «Основные положения договора об обороне между Германским Рейхом и Литовской Республикой» (Так как министр иностранных дел Литвы И.Урбшис под каким-то предлогом уклонился от официальных переговоров с Германией, инициативу взял на себя посол Литвы в Берлине полковник К.Шкирпа, которого уже тогда за преданность нацизму называли «уполномоченный Гитлера по делам Литвы»). Первая статья этого договора гласила: «Литва становится под протекторат Германского Рейха». 30 сентября 1939 г. Гитлер, на всякий случай, приказал сохранить в Восточной Пруссии войска, «чтобы быстро оккупировать Литву, даже в случае её военного сопротивления».

Известно, что лучшие сорта лжи делаются из полуправды. Поэтому в современной Литве холуйствующие историки перекраивают и подтасовывают исторические факты в угоду правящей элиты, спекулируя по поводу пресловутого пакта Молотова-Риббентропа, но в то же время замалчивая пакт Риббентропа-Шкирпы.

Вопрос товарищу Палецкису. Чем сегодня недовольны те, кто запретил в Литве советскую символику? Ведь именно Советская Россия позволила Литве оформить свое государство после распада Российской империи, именно СССР отнял у Польши белорусский город Вильно и передал его Литве, СССР расширил территорию Литвы, построил школы, промышленные предприятия, совремынный рыболовецкий флот – массу всего положительного сделал. Откуда такая неприязнь к советской символике, под которой Литва стала собственно Литвой? — Надежда Николаевна (Томск)

А.Палецкис: Парадокс в том, что советскую символику в Литве запретили именно те, кто ее гордо носили и с ней делали карьеру в советские времена. Я имею в виду наших псевдо-патриотов, которые в 1988-89 годах из красных сделались белыми, как редиски, с которых Дядя Сэм снял кожицу. Крича о своей любви к Литве, эти люди довели её до ручки за эти 20 лет. (Кризис, безработица, эмиграция, моральная деградация.) Эти самые горе-патриоты, желая скрыть свой карьеризм, то есть факты о том, что они жили припеваючи в советские времена, получали профессорские звания, по разному помогали КГБ и пели дифирамбы партии, сейчас стараются казаться святее Папы Римского. Вот они и запретили советскую символику. Они и запретили говорить, что не было оккупации в 1940 году.

Уважаемая Надежда, Вы многие аргументы привели правильно, только на счёт Вильнюса – трудно его соотносить с какой-то одной национальностью. Вильнюс изначально был многонациональный город на стыке разных государств, тут веками рядом жили и живут литовцы, белорусы, поляки, русские, евреи, украинцы, татары, другие. Спор о национальности, о том, кто пришел на эту землю (Виленского края, будущего Вильнюса) раньше, а кто позже – этот спор неразрешим, так как всё зависит от интерпретаций множества разнообразных фактов. Мы все люди, и нам пора объединяться для совместного выживания в деревне под имени Земля.

Правильно, именно СССР передавал этот город Литве два раза – Советская Россия в 1919 и СССР в 1939, вместе с Вильнюсским краем, а в 1945 – ещё и Клайпеду, которая до этого 800 лет была германским городом.

Уважаемые участники конференции, прошу высказаться по причинам, побудившим Советский Союз включать в свой состав бывшие владения Австро-Венгрии, которые в состав России никогда не входили и были захвачены Польшей. Там проживало украинское население, но разница между жителями Западной и Восточной Украины была примерно такая же, как и между Австрией и Германией – по менталитету, по укладу жизни и т.д. Ведь получила Россия Польшу после войн с Наполеоном – что выиграла? Постоянные мятежи, заговоры, измена во время Первой мировой войны. В сентябре 1939 у Сталина было огромное желание наступить на старые грабли? — Г.О., Борисов

А.Палецкис: В 1939 году вся Европа пропахла порохом. Уже шла война. Каждая пядь земли могла стать решающей для обороны СССР от оголтелых нацистов и их сателлитов. Так и оказалось. Сотня километров под Ленинградом, несколько сотен километров в Прибалтике, в рухнувшей панской Польше – эти километры оказались решающими в 1941 году. Благодаря им враг был остановлен около Москвы в конце 1941.

В.Гулевич: С геополитической точки зрения решение Сталина было верным. Была достигнута т.н. стратегическая глубина, максимально отодвигавшая советские границы дальше на запад. Об этом в том же духе высказывался как-то даже глава американской разведывательно-аналитической компании «Стрэтфор» Джордж Фридман. Поляки действительно отличались перманентным бунтарством и мятежами, но количество поляков, оставшихся верными России, было тоже не малым. Просто их вычеркнули из польской истории, т.к. они не вписываются в её официальную версию, где «весь народ, как один, поднялся на борьбу с русскими захватчиками». Почитайте о польских генералах, участниках Кавказкой войны, русско-турецкой, русско-персидской, Крымской войн. В войну 1812 г. число генералов-поляков в русской армии было больше, чем число польских генералов в армии Наполеона. В Первую мировую тоже немалое количество поляков воевало на стороне русских. Адмирал Генрих Цивинский, будущий маршал Константин Рокоссовский. До 1917 г. в Варшаве стоял памятник погибшим офицерам-полякам, оставшимся верными присяге российскому императору и участвовавшим в подавлении польского восстания. В 1917 г. его взорвали.

в июле 1938 года был издан закон о трудовых лагерях в Эстонии - еще до "советской оккупации". Эстония не собирается каятся за свою систему лагерей? — studenten

А.Палецкис: Не знаю, как Эстония, но псевдо-патриоты об аналогичной системе в Литве, о газовой камере в 1939 году предпочитают отмалчиваться.

В.Гулевич: У Таллина покаяние запасено только для русских. Эстония же, «как жена цезаря – вне подозрений».

Явился ли «Освободительный поход Красной армии» 17 сентября «ударом в спину» Польше, имевшей с СССР действующий договор как о границе, так и о ненападении? Польские и многие белорусские историки именно так трактуют события 17 сентября 1939 года. — Alex-21

Н.Малишевский: Во-первых, Польша еще 26 января 1934 года заключила 10-летний германо-польский договор «О дружбе и ненападении». Этот договор между двумя авторитарными режимами Пилсудского и Гитлера, на 5 (пять) лет, опередил пресловутый пакт Молотова-Риббентропа. И заключила его с нацистской Германией именно Польша, которую нынешние польские историки пытаются выставить «жертвой русско-немецкого сговора». Для становления гитлеризма этот акт был крайне важен – обратите внимание на дату заключения пакта. Именно с приходом Гитлера к власти началось активное польско-германское сближение. Благодаря пакту Польша добровольно взяла на себя защиту германских интересов в Лиге наций после демонстративного выхода оттуда нацистской Германии 14 октября 1933 года. А ведь уже тогда стали воплощаться на практике слова Гитлера, написанные в начале 1920-х годов («Майн кампф»): «Мы начинаем там, где остановились шесть столетий назад. Мы покончим с вечным германским устремлением на юг и запад Европы и устремляем свой взгляд в сторону земель на востоке…. Но когда мы говорим сегодня о новых землях в Европе, мы можем иметь в виду прежде всего Россию и подчиненные ей пограничные государства». Тем не менее, с трибуны Лиги наций польские дипломаты оправдывали наглые нарушения Гитлером Версальского и Локарнского договоров (вроде введения в Германии всеобщей воинской повинности, отмена военных ограничений или вступление в 1936 году гитлеровских войск в демилитаризованную Рейнскую зону и т.д. ).

Во-вторых, поход Красной Армии, закончившийся присоединением к Советскому государству Западных Белоруссии и Украины и воссоединением белорусского народа начался в 5:40 утра 17 сентября, когда тогдашнее польское правительство, бросив свой народ, просто сбежало, а германская армия подходила к Бресту и Львову и штурмовала Варшаву. Причины этого шага были подробно изложены в ноте советского правительства, врученной в 3:15 того же утра польскому послу в Москве Вацлаву Гжибовскому:

«Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность польского государства. В течение десяти дней военных операций Польша потеряла все свои промышленные районы и культурные центры. Варшава, как столица Польши, не существует больше. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может больше нейтрально относиться к этим фактам.

Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, оставались беззащитными. Ввиду такой обстановки Советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии…». («Правда» от 18 сентября 1939 г.)

22 сентября 1939 года английским и французским генштабами был подготовлен рапорт, квалифицировавший действия СССР по отношению к Германии как упреждающие и отмечавший, что они были предприняты лишь тогда, когда стало очевидным окончательное поражение Польши, с которой история сыграла злую шутку. Как подметил американский историк Б. Будурович, в июне 1936 года Польша препятствовала принятию международных санкций против фашистской Италии, захватившей территорию Абиссинии (Эфиопии) именно ввиду того, что последняя, по словам польского лидера Ю. Бека, якобы «перестала существовать как государство».

Российский исследователь Юрий Мухин хорошо и доступно изложил в своей книге «Антироссийская подлость» (она есть и в сети) следующие аргументы, подтверждающие, что ко времени вступления советских войск на территорию Западной Украины и Белоруссии, «перестала существовать как государство» сама Польша:

а) Гибель Польши была смертельной для Франции, но для французов было бы безумием атаковать немцев, если Польши уже нет. Французы отказались от активных действий на своем фронте 8 сентября.

б) То, что удирающее правительство Польши, которое 17 сентября «еще было на территории Польши», не объявило войну СССР.

в) То, что главнокомандующий польской армией, который 17 сентября «еще был на территории Польши», не дал приказ войскам на отражение агрессии. (Кстати, защищаясь, им легче было бы отойти и в Румынию).

г) То, что союзник Польши от агрессии СССР, Румыния, не усмотрела в действиях СССР агрессии и не объявила ему войну.

д) То, что союзники Польши Франция и Великобритания не предъявили СССР ультиматум отвести свои войска за пределы границ Польши.

е) То, что Лига наций не исключила СССР из своих членов и даже не призвала мир к его экономической блокаде.

О каком «ударе в спину» можно говорить после этого?

Господин Палецкис. Вопрос к вам не по теме, однако ответ на него объясняет всю вашу позицию уже конкретно как по этой теме, так и по другим. В Литве вас считают радикалом. На мой взгляд – вполне справедливо. По странному стечению обстоятельств вы говорите ровно всё, что выгодно России. Вы говорите о пробуждении фашизма в Литве, о том, что настоящие хозяева Литвы живут в Вашингтоне, выводите людей на митинги с какими-то совершенно древними лозунгами «новостных» передач 60-ых годов. От ваших идей разит тленом середины прошлого века. Ваши речи – штампы съездов и пленумов Компартии СССР.

Однако я наблюдал за вами во времена, когда вы еще были в рядах социал-демократов и возглавляли Вильнюсское отделение. И что же тогда было? Тогда был современный молодой господин (не товарищ, как сейчас) Палецкис, который отличался остротой ума, быстротой мысли, знанием языков и никак не походил на сегодняшнего товарища Палецкиса. Можно сказать, был полной противоположностью. В связи с этим вопрос: а где вы настоящий? Может, это игра, когда вас исключили из социал-демократов и вы вынуждены были вступить на путь радикального левого лидера и в связи с этим поменять свой образ и свои речи? Зачем вам это? Если вы такой убежденный социалист, так может надо было «врывать» элиту изнутри? Продолжать быть политкорректным и сбалансированным, а самому продвигать идеи социализма? А так, вас же сейчас никто всерьез не воспринимает. Вы сами своими речами и своим показным радикализмом погубили свое возвращение в большую политику! А ведь действительно могли стать крупным деятелем в третьем поколении своей династии. — Сочевствующий

А.Палецкис: Уважаемый «сочувствующий». Радикал (слово происходит от латинского слова "корень") – это тот, кто зрит в корень, кто старается добраться до сути. А суть в том, что капитализм есть путь к самоуничтожению. Разве это не ясно, посмотрев на мир за окном? При чём тут Россия? Она, к тому же, погрязла в диком капитализме. Когда неонацисты в Вильнюсе кричат "Литва - для литовцев", что это, если не обыкновенный фашизм? А разве не "Вашингтонский обком партии" назначает главных министров в столицах стран Балтии? Насчёт лозунгов. Разве лозунг "за социальную справедливость, за увеличение зарплат" устарел? Теперь о моей карьере. Да, если бы я, в 2003 году, будучи 32 лет, не ушёл бы из МИДа Литвы с поста главы западноевропейского отдела, я бы сейчас пил вино на каком-нибудь приёме для послов в Париже. То же самое бы было, если бы я прикинулся пай-мальчиком и помогал бы дальше вождям литовской социал-демократии дурить свой народ и реально служить крупному финансовому капиталу. Но личная карьера мне не нужна. Я поставил себе цель сделать максимум для трудового народа. Да, для понятия лучших путей к этой цели мне понадобилось время. И когда оно пришло, я сделал выбор. Политика – это и есть выбор, кому служить. Своему животу, своему клану, своей, как Вы говорите, династии – или своему трудовому народу. А для этого надо уничтожить или превзойти капитализм, власть финансового капитала. А вы мне предлагаете, чтобы я слился с ним и потом начал бы всё рушить изнутри. Чтобы я стал «Горбачёвым наизнанку»? Большие дела исподтишка не вершатся. Они вершатся в открытую. Вы пишете, что меня сейчас никто всерьёз не воспринимает. Да, только добавьте – в верхах (и то это не так, там побаиваются). Я с низами. Они скоро не захотят так жить далее. А верхи скоро не смогут. История идёт по спирали.

В.Гулевич: Вопрос не ко мне, но позволю себе небольшую ремарку. «Древние лозунги 60-х» - это в равной мере можно отнести на счёт США. Кто там был, не даст соврать. Американской аудитории до сих пор скармливают протухший агитпродукт времён холодной войны. Американское ТВ до сих пор показывает политические боевики, где благородные американцы спасают человечество. То от гнусных вьетнамцев, то от злобных кубинцев, то от варварских русских, то от подлых арабов, то от коварных китайцев. Западный экономлиберализм – плод философской мысли Адама Смита, шотландского мыслителя XVIII. Правда, он не размышлял о том, как можно поставить себе в услужение полмира с помощью механизмов либеральной экономики. Это доделали за него другие, гораздо позже. При этом большинству рядовых граждан США в голову не придёт даже задуматься, что американское общество пребывает в атмосфере далёких 60-х. Это я к тому, Поэтому утверждения о том, что хозяева Литвы сидят в США, нельзя относить к временным рамкам «древнего» периода. Призывы отказаться от «инерционного мышления» советского стиля и отвергнуть даже сомнения в стремлении коллективного Запада к «торжеству прав человека во всём мире» отдают наивным прекраснодушием и непонимание текущего момента. Хозяева Литвы действительно находятся в Вашингтоне. И не только Литвы, но и Украины тоже. Вспомните высказывание Брюса Джексона, президента Института переходных демократий о том, что если американцам будет нужно, они, цитирую, «распнут Украину на кресте».

Вопрос Малишевскому: Чем объяснить тот факт, что 17 сентября не празднуется в Белоруссии как государственный праздник, а другие даты (типа дня танкиста) – празднуются. Боятся испортить отношения с Польшей? С Сикорским? — DDD_74

Н.Малишевский: Это обусловлено рядом причин. Во-первых, просто незнанием многими белорусами собственной истории, что в свою очередь также обусловлено рядом факторов – субъективных (вроде пофигизма и нежелания-лени) и объективных (вроде нежелания советской власти освещать подобные темы). Во-вторых, существенную роль играет фактор местных поляков и доморощенных «западников» во властных структурах РБ.

Вопрос Гулевичу: зачем к Украинской ССР надо было присоединять «Западную Украину» - источник постоянной головной боли во время войны (ОУН, УПА), после войны («западенцы»-диссиденты), сейчас (противники интеграции с Россией и сторонники вхождения в ЕС). Надеялись перевоспитать в составе СССР? — DDD_74

В.Гулевич: Присоединение Западной Украины носило геополитический характер. Достичь стратегической глубины, отодвинуть границы дальше на запад, а это значит отодвинуть угрозу подальше на запад. Горная цепь Карпат, таким образом, как естественный заградительный рубеж, были уже советской территорией. Их пришлось преодолевать немцам. Почему они это сделали очень быстро и смогли продвинуться так далеко в первые дни войны – это уже другой вопрос.

Видели ли участники конференции художественный фильм «Днепровский рубеж»? Это недавняя работа «Беларусьфильма» в стиле экшн, много бегающих людей в разной форме с оружием, много техники и пиротехники. По-моему, фильм достаточно неудачный со всех сторон – в т.ч. по соответствию сценария исторической правде. В частности, в фильме есть эпизод допроса пленного немца и при этом заявляется, что Красная армия и Вермахт в 1939 году проводили парад в Брестской крепости. Но ведь парада не было – был торжественный вывод немецких войск, которые раньше красноармейцев захватили крепость. То есть красноармейцы отдали воинские почести вермахту, с которым не были врагами (это ведь осень 1939, а не 1941 года). Откуда вообще взялась эта версия о параде – сплошь и рядом по ТВ о ней говорят? Или парад все-таки был? — Павел_Минск

Н.Малишевский: По сути ответ на первую часть Вашего вопроса содержится в нем самом. Фильм я смотрел – обычный продукт «Беларусьфильма» о войне, изготовленный за бюджетные деньги непонятно для кого.

Откуда взялась версия о параде? Оттуда же откуда «выплыл» известный «Ледокол» перебежчика Резуна и т.п. версии. Пропагандируют их (на постсоветском пространстве) с большевистским фанатизмом а-ля Сванидзе и завываниями в духе Радзинского те же люди, что убеждали нас в советское время в том, что сегодня «разоблачают» книги т.н. «Виктора Суворова».

В.Гулевич: Мнения историков разнятся. Хотя версия о церемониальном выводе войск более похожа на правду. Особенно громко голосили о параде с распадом СССР. Сперва на Западе, потом нашли целый национал-либеральный хор в постсоветских республиках. Это – метод информационной войны. Приходилось видеть фото трех улыбающихся офицеров – нациста, поляка и советского. Фото 1939 г. Потом видел это же фото уже без польского офицера. Комментарий гласил о коварном замысле немцев и русских по разделу Польши. Приходилось встречать фотографии улыбающихся офицеров вермахта и войска Польского, крепко жмущих друг другу руки после совместного раздела Чехословакии в 1938 г.

Что неправильного в том, что оккупацию Западной Украины и Западной Белоруссии называют оккупацией? Все говорят про оккупацию Ирака американцами – и правильно говорят. — Александр Игоревич Батлаков

В.Гулевич: Невозможно оккупировать свои земли.

Н.Малишевский: Польские историки не считают, что Польша оккупировала в 1920 г. Западную Украину и Белоруссию. Точно так же они не считают, что польский воинский контингент помогает американцам оккупировать Ирак.

Белоруссия входит в «Восточное партнерство» - программу Евросоюза, а ЕС принял декларацию, осуждающую коммунистический режим как тоталитарный и т.д. В Белоруссии тоже скоро запретят «коммунистическую символику», будут осуждать СССР? Не знаю, как с переписыванием истории в белорусских учебниках, но слышал, что в школах или вузах преподается «История Великой Отечественной» и «государственная идеология» - как там отображается 1939 год, присутствуют ли оценки событий в духе «Восточного партнерства»? Это вопрос к Николаю Малишевскому. — Николай Сколобов, Брянск

Н.Малишевский: Кое-кто в Белоруссии осуждает СССР уже не один десяток лет. И не только осуждает – акт развала СССР в декабре 1991 г. был совершен именно на белорусской земле.

История ВОВ действительно преподается, что, впрочем, не мешает учащимся порой демонстрировать дикое невежество в том, что касается событий 1941-1945 гг. Пример (далеко не единичный, а просто весьма красноречивый): за десять дней до 9 мая, защищая курсовую, одна из студенток заявила комиссии (я входил в ее состав), что Великая Отечественная война началась «в сентябре 1939 года», а «закончилась в октябре 1943 года» и воевали в ней “большевики и меньшевики”... и (после подсказки кого-то однокурсниц) с недоумением добавила “может быть, немцы?»!

В аудитории никто из присутствующих даже не улыбнулся – всем пофиг, многие даже не поняли в чем проблема…

А 1939 год для большинства белорусов просто «белое пятно» истории. «Отражать» его стараются чисто по-белорусски – весьма «толерантно», а, по возможности, и вовсе никак.

Республика Беларусь уже не претендует на Белосток, Вильнюс и Смоленск? При объявлении незалежности вроде как претендовали. — Rommel99

Н.Малишевский: Допустим, какой-нибудь чересчур «накаленный» националист или «сын юриста» претендует на окунание сапог в Индийский океан. Но из этого вовсе не следует, что на океан претендует все государство, гражданином которого он является.

А.Палецкис: При объявлении «незалежности» звучали голоса националистов из Минска – Вильнюс наш. Если бы они прорвались к власти, то никто не знает, чем бы всё закончилось.

Могут ли участники конференции прояснить такую тему: в 1939-1940 СССР присоединил к себе территории Румынии, Польши, Прибалтики. Было на этих территориях антисоветское движение вооруженное – именно идейное, политическое, а не бандитизм, не движение урок под политическими лозунгами? Ведь криминала всегда хватало. В те годы стреляли всех налево и направо – политических и уголовников, в 90-х реабилитировали всех налево и направо – политических и уголовников… Как вообще выяснить: Горбатый из «Место встречи изменить нельзя» - политический, антисоветский элемент или уголовный? Те же «лесные братья», «аковцы» - политические или уголовные? — Alfaroom

Н.Малишевский: На эту тему в начале 1990-х в Белоруссии вышла прекрасная монография «Армия Крайова на Беларуси», основанная исключительно на архивных материалах.

Немного истории: генерал Владислав Сикорский (возглавивший в октябре 1939 года новое польское коалиционное правительство, образованное во Франции), в ноябре 1939 года отдал приказ об образовании на оккупированной территории Польши (включая отошедшие к СССР Западные Украину и Белоруссию) подпольной вооруженной организации - Союза Вооруженной Борьбы (ЗВЗ).

14 февраля 1942 года ЗВЗ (созданный в январе 1940 года) был преобразован в Армию Крайову - военную подпольную организацию, объединявшую организации и группы польского подполья, поддерживающие польское эмигрантское правительство в Лондоне, куда оно перебазировалось после разгрома Франции.

Приведу лишь несколько эпизодов борьбы Армии Крайовой (АК) на территории Белоруссии, а вы сами решайте кто такие «аковцы» - «политические или уголовные»:

В 1943 году в районе Гродно и Лиды действовала бригада АК под командованием поручика Зайончковского («Рагнера»). На неоднократные предложения командования Лидской партизанской зоны о совместной борьбе с фашистскими оккупантами Рагнер отвечал категорическим отказом. Вместо этого, в мае 1944 года у деревни Альховица (недалеко от Лиды), польская бригада Рагнера вступила в бой с одним из советских партизанских отрядов. Отряд этот только что отбился от немцев. АКовцы, воспользовавшись этим, ударили в спину. По-предательски, из-за угла. Бой длился два дня. Немцы наблюдали за этим боем со стороны. Зачем вмешиваться? АКовцы превосходно делали за них кровавую работу, добивая измотанных в боях с фашистами советских бойцов. Всех, кого взяли в плен, Рагнер приказал утопить. Свидетели позже рассказывали, как вылавливали из воды трупы. Через несколько дней рота Пазурковича (из бригады Рагнера), уже вместе с немецкой зондеркомандой, напала на другую группу советских партизан…

А.Палецкис: О Прибалтике. Документально доказано, что антисоветское вооруженное сопротивление в этом регионе начали организовать СС и германская разведка в 1943 году, когда после Курска в Берлине улетучились последние иллюзии на счёт исхода войны. Шла идеологическая, военная подготовка руководящих кадров этого сопротивления. Есть данные, что немцы работали с американскими спецслужбами, которые также желали остановить продвижение СССР на Запад. Идеологически это сопротивление обосновывалось, оправдывалось, сопровождалось такими лозунгами, как борьба за независимость и против жыдов-коммунистов. Организаторам и рупорам (Голос Америки, Радио Свобода) удалось привлечь в это движение и таких людей, которые искренне верили, что они борются за независимость. Но с каждым годом (с 1945 по 1953) таких людей становилось всё меньше. За этот период в Литве от рук «лесных братьев» погибло 25 000 гражданских лиц. Именно они – гражданские лица, включая детей от 3 месяцев до 15 лет, были главными жертвами этого сопротивления. Ну а Горбатый из упомянутого фильма был типичный бандит, может только для идеологического оправдания ворчавший против “краснопёрых”.

В.Гулевич: Горбатый – уголовный элемент. «Аковцы» и «лесные братья» от политических убийств и террора скатились очень быстро к уголовщине. Характерно, что уже в 1950-х Вашингтон отказался считать латышских эсэсовцев военными преступниками.

Правда ли, что первые концлагеря появились даже не в Польше при Пилсудском, а в Австро-Венгрии? Почему белорусские историки не занимаются проблематикой концлагерей в Прибалтике и Финляндии – там ведь и белорусы лежат (белогвардейцы, беженцы)? — Lorni_Kaunas

Н.Малишевский: Да, правда. Ряд публикаций об австро-венгерском лагере смерти Талергоф можно найти в сети. Главная проблематика, которая интересует многих белорусских историков – это гранты в валюте, идущие, в том числе и через Прибалтику. Под проблематику концлагерей в Прибалтике и Финляндии их вряд ли выделят.

В.Гулевич: Прообраз концлагерей создали англичане в англо-бурскую войну, куда они сгоняли непокорных буров. Тема «концентрационного» прошлого Финляндии и Прибалтики ждёт своего исследователя. Но здесь главное – не скатываться к озлоблённой «исторической политике», а трезво и здраво освещать неприятные для руководства этих стран факты из их истории.

А.Палецкис: В Литве во время войны немцы и местные коллаборационисты учредили целую сеть фабрик смертей. Сейчас это всё как бы нечаянно преданно забвению. Как будто не было этого. О зверствах нацистов у нас предпочитают молчать. Сейчас это не модно, политически “не корректно”. А в реальности это есть идеология. Это есть целенаправленная политика. Вот уже десяток ярых неонацистов служат в рядах наших славных вооруженных сил. Пресса написала – а министр обороны их дальше держит под своим крылышком.

Как случилось так, что ни Англия, ни США, ни Франция или кто-либо еще не вступился за Латвию, Эстонию, Литву тогда, когда происходили их вхождение в СССР? Как удалось СССР так бескровно присоединить эти территории? Финляндия, например, сопротивлялась и ей все помогали – Швеция, Германия, Англия и т.д. — Ольга, Гомель.

Н.Малишевский: Повторюсь, советские войска были введены в республики Балтии на основе юридически оформленных договоров и строго соблюдали установленный порядок. СССР вооружённую агрессию против них не осуществлял и каких-либо военных действий никогда не вёл. И определение «оккупация» в отношении присутствия частей Красной армии на их территории - юридически ничем не обоснованно. Ввод (и вывод) советских войск был осуществлён на основании соответствующих двусторонних межгосударственных договорённостей, не содержавших никаких определений, которые констатировали бы оккупационный статус Советской Армии, подобно, скажем, тому, как это было на территории Германии после капитуляции Третьего рейха. Определение «аннексия» (присоединение), которое в последнее время всё чаще звучит в прибалтийских СМИ, также неуместно для определения того, что произошло в 1940 году, поскольку силового присоединения территории другого государства к территории СССР не было. Наоборот, всё происходило на законных основаниях.

В.Гулевич: Юридически присоединение было безупречным. Были подписаны соответствующие документы. Это уже потом начались пересуды, что прибалтийских правителей вынудили поставить свою подпись.

А.Палецкис: Присоединение Литвы (как и Латвии и Эстонии) прошло бескровно, так как: 1) режим в Литве был прогнившим насквозь и почти никто его не поддерживал (как в принципе и сегодня); 2) простой народ хотел перемен, особенно - социальных, ведь очень многие голодали (сегодня эта проблема тоже актуальна). Конечно, внешний фактор был. Он всегда есть (напомню, в те годы уже шла Вторая мировая война). Голосование на выборах в Сейм было массовым. Что тут было сказать “господам демократам” из Лондона, Парижа и Вашингтона?

Можно ли вообще с позиций сегодняшнего дня судить тех, кто руководил странами (СССР, Литвой и др.) в 1939-1940? Ведь совершенно иная была геополитическая обстановка, совершенно иная система международного права действовала. — Александр (Брест)

Н.Малишевский: Не судите и… Нужно не судить, а изучать и, по возможности, способствовать исторической правде. Хотя бы для того, что бы не возникало желания выкрасить все в черно-белый цвет. Типа хорошая, демократическая Польша всегда дружила со столь же хорошей Литвой против плохого, тоталитарного СССР. И это на полном серьезе говорится о стране, чье руководство захватило в начале 20-х гг. Виленщину, а затем, в течение всех 20-30 гг. не оставляло намерений оккупировать и остальную территорию Литвы, которую именовали не иначе как «польская Австрия». Особо вдохновили Варшаву захватнические действия Гитлера в Австрии в марте 1938-го. Когда Гитлер 11-12 марта 1938-го осуществлял аншлюс Австрии, Варшава попыталась то же проделать с Литвой.

15 марта 1938 г. в Варшаве и Вильно прошли антилитовские демонстрации под общим лозунгом «Вперед на Ковно!» (Каунас — тогдашнюю столицу Литвы). Литве был предъявлен ультиматум, а на литовской границе сосредоточено свыше 100 тыс. польских войск. И только позиция СССР и Франции удержала Польшу от военного вторжения. Польское руководство ограничилась тем, что заставило Литву восстановить с ней дипломатические отношения, расторгнутые после захвата Вильно и Виленской области.

А.Палецкис: Нельзя и можно. Нельзя, так как менталитет и политическая мода была другая. Можно, если видеть процесс прогресса человечества и анализировать, во благо чего действовали тода те или другие политические силы. На пример – в 1933-39 годах выбор правивших классов Словакии, Венгрии, Болгарии, Финляндии, Хорватии, Польши в пользу Германии оказался преступным. Выбор Литвы, Латвии, Эстонии в 1940 – исторически правильным.

В.Гулевич: Да, Вы правы, Александр. Многим сегодня видней, что нужно было делать вчера.

Кстати, СССР исключили из Лиги наций за что? Война с Финляндией – она была актом агрессии? Говорят, что Финляндия сама хотела напасть и Маннергейм об этом заявлял. Но ведь СССР напал на Финляндию, а в 1941 СССР ждал, пока на него нападут. Советско-финская война привела к тому, что СССР терпеливо выжидал, когда на него нападут, чтобы полноправно выступить в роли жертвы агрессии? — Br_Volk

Н.Малишевский: Не совсем ясен вопрос, но все постараюсь ответить на него простым перечислением фактов:

31 октября 1939 года Советский Союз официально предъявил Финляндии свои территориальные претензии. К этому времени Финляндия, а также Латвия и Эстония, не принявшие гарантий защиты, предложенных СССР, заключили с фашистской Германией пакты о ненападении. Вслед за этим в Финляндию и прибалтийские государства с целью «инспекции оборонительных сооружений» прибыл гитлеровский генерал Гальдер, что крайне усилило беспокойство Сталина по поводу возможного нападения на Ленинград. Тем более, что к этому времени «нейтральная» Швеция предоставила Маннергейму 80 тыс. винтовок, 500 автоматов, 200 орудий и 25 самолетов, а фашистская Италия поставила в Финляндию 30 самолетов и большое количество зенитных пушек.

Советское правительство потребовало у Финляндии провести демилитаризацию приграничных районов, перенести границу на 70 км от Ленинграда и ликвидировать военно-морские базы вблизи наших границ в обмен на значительные территориальные уступки. Территорию в 2700 км2 вблизи Ленинграда предлагалось обменять на 5500 км2 в Карелии. Английский историк Б.Лиддл Гарт в 1970 г. писал о требованиях СССР 1939 г. к Финляндии: «Объективное изучение этих требований показывает, что они были составлены на рациональной основе с целью обеспечить большую безопасность русской территории, не нанося сколь-нибудь серьезного ущерба безопасности Финляндии...»

К моменту официального предъявления советской стороной своих претензий переговоры с финнами по вопросам безопасности в районе советско-финской границы и восточной части Балтийского моря длились, в общей сложности, полтора года. На разных этапах переговоров и в разных комбинациях Финляндии предлагались: пакт о взаимопомощи; аренда, покупка или обмен на советскую территорию островов в восточной части Финского залива; обмен финской территории на Карельском перешейке на аналогичную советскую в Восточной Карелии; устройство советской военно-морской и военно-воздушной базы на полуострове Ханко.

13 ноября 1939 года делегация Финляндии прервала переговоры с советской стороной и отбыла в Хельсинки. Ее отъезд означал, что все попытки советской стороны договориться мирным путем окончились неудачей. В середине ноября на военном совете Сталин безысходно заявил: «Нам придется воевать с Финляндией».

26 ноября в районе советско-финской границы у д. Майнила позиции советских войск подверглись артиллерийскому обстрелу, в результате чего несколько красноармейцев было убито и ранено. В тот же день советское правительство направило финской стороне ноту протеста в связи с происшедшим и потребовало в целях предотвращения в дальнейшем подобных инцидентов отвести свои войска от линии границы на 20-25 км.

30 ноября 1939 года, как говорилось в официальном сообщении «по приказу Главного командования Красной Армии, ввиду новых вооруженных провокаций со стороны финской военщины войска Ленинградского военного округа в 8 часов утра перешли границу Финляндии на Карельском перешейке и в ряде других районов».

Нынешние либералы от истории говорят, что события 26 ноября были советской провокацией. Странная какая-то провокация - советская сторона потеряла крайне важный при переходе в наступление фактор внезапности (с момента инцидента до времени перехода Красной Армией финской границы прошло 3,5 дня), так как все еще надеялась договориться с финнами мирным путем. Не получилось. И тогда началась советско-финская война.

Разве не Советский Союз предлагал Чехословакии военную помощь, от которой та отказалась? Почему русские и белорусы должны каяться, а французы и англичане - все в белом? Разве Польша - не такой же соучастник Второй мировой, как и Германия? И почему это с нападения Германии на польшу считают начало Второй мировой, а не с Мюнхенского сговора? — Георгий Николаевич

А.Палецкис: Потому, что идёт не только информационная, но и классовая борьба. И удары надо держать, а не посыпать головы пеплом. Но для этого надо понять, за что идёт борьба. Это борьба на несколько фронтов. Конфликт капитала и труда на мировом уровне. Конфликт капитала и труда на уровне своей страны. Плюс разница менталитетов Запада и Востока. И давайте противопоставим яду национализма, который нам постоянно подбрасывают, солидарность всех людей труда и дружбу народов.

В.Гулевич: Миром правят не деньги, а идеи. Идея о советском варварстве и благородстве западных стран призвана установить соответствующий мировой порядок, где нам места нет.

Н.Малишевский: Спасибо за вопрос, Георгий Николаевич. Почему считают так? Наверное, потому, что им так выгодно.

Что касается Польши, то замминистра иностранных дел Польши Я.Шембек ещё 27.02.1936 г. писал в своём дневнике: «Мы должны поддерживать направление германской экспансии в юго-восточном направлении, тем более, что представляется почти бесспорным, что она не пойдёт на север, а примет направление Дуная; Лукасевич считает, что если Германия «наложит руку» на Чехословакию, то это будет выгодно для Польши». Руководитель польской внешней политики Ю.Бек инструктировал польского посла в Германии Липского перед встречей последнего с Гитлером в Берхтеогадене 20.09.1938 г. (на которой Гитлер пообещал Польше и Венгрии поддержку их «территориальных требований» к Чехословакии): «Чехословацкую республику считаем искусственным образованием… противоречащим действительным потребностям и… правам народов Центральной Европы. В течение прошедшего лета польское правительство четырежды отвергло предложение присоединиться к международным действиям в защиту Чехословакии».

Сразу же после заключения мюнхенского сговора, в полночь с 30 сентября на 1 октября, польское правительство предъявило Чехословакии ультиматум о немедленной передаче Польше Тешинской области. Ее оккупация польскими войсками началась на следующий день. В области на тот момент проживало 156 тысяч чехов и всего около 77 тысяч поляков. Причем эти поляки, в отличие от украинцев и белорусов в Польше, не испытывали в Чехословакии никакого культурного или экономического гнета и не собирались присоединяться к Польше. Но что самое примечательное — Польша напала на Чехословакию безо всякого разрешения Англии и Франции — совершенно самостоятельно. А вот Чехословакия отказалась от советской помощи, в том числе и из-за давления Англии и Франции – реальных творцов Мюнхенского сговора, ставшего катализатором раздела Чехословакии и новой мировой бойни.

Неправильно ставить Европу в начало Второй мировой войны. Надо смотреть на Мировую войну которая уже шла. Надо посмотреть на Китай - там шла Мировая война. В Польше погибло много людей, в Китае погибло больше людей. Япония была союзник Гитлера, а СССР нам помогал. Когда Гитлер напал на Польшу это не начало Второй мировой войны, это середина войны, это война в Европе. — Ван

Н.Малишевский: В принципе, согласен с вами. Разве что не совсем середина.

В.Гулевич: Во всём виноват европоцентричный (шире - западноцентричный) взгляд на исторические процессы. Этот взгляд господствует повсюду. В истории, философии, культуре. Эдмунд Гуссерль писал о европейском человечестве. Вам приходилось встречать термин «африканское человечество» или «азиатское человечество? Мне нет. Потому что их не существует. Западная цивилизация такая же цивилизация, как все остальные. Со своими достижениями и недостатками. Но Запад мыслит только себя средоточием экзистенциального бытия. Это проявления своеобразного расизма. Но вопрос ещё в том, почему многие из нас подчиняются этим расистским установкам.

Включение Бессарабии и Западной Украины в состав СССР - историческая ошибка или политическая? — Медведев Дмитрий

В.Гулевич: Это геополитически оправданный шаг.

Н.Малишевский: На тот момент, с точки зрения советского руководства – политическая необходимость.

Каковы были политика Польши и результаты этой политики на оккупированных с 21-го года территориях Украины, Белоруссии и Литвы? Насколько выборы 22 октября 1939 отражали политические взгляды населения своих областей? Спасибо! — Михаил

Н.Малишевский: По отношению к оккупированным территориям Пилсудский проводил жесткую политику полонизации. Закрывались православные храмы. Украинские и белорусские школы и культурные организации преследовались. К середине 30-х годов 43% белорусов были безграмотными, а студентов-белорусов во всей Польше не насчитывалось и двухсот человек. 17 июня 1934 года был открыт концлагерь для политических заключенных в Березе Картузской. К 1939 году все школы были окончательно преобразованы в польские, а две трети православных храмов превращены в костелы. «Крэсы всходные», как величали белорусские земли поляки, были всего лишь аграрно-сырьевым придатком их страны, а еще служили источником пушечного мяса, использовать которое планировалось как на Востоке (против России), так и на Западе (против Германии). 22 октября большая часть населения Белоруссии голосовала за новую власть, утверждавшую, что она является народной.

А.Палецкис: Политика Польши в Вильнюсском крае была сугубо националистическая политика. Шла целенаправленная ассимиляция литовцев, белорусов. Результаты национализма таковы, что до сих пор мы имеем напряжение на национальной почве. И выхода не видно, если оставаться на матрице национализма.

В современных российских учебниках истории как-то сумбурно излагаются события 1939-1940 годов. Не пора ли изучать историю, а не хронологию? — Валерия, Тамбов

Н.Малишевский: К сожалению, история является служанкой и инструментом власти в гораздо большей мере, чем эта власть является служанкой и инструментом воли руководимого ею народа. До тех пор пока это так, сумбур в изложении истории будет только увеличиваться.

Почему политики,историки и пресса постоянно поднимают вопросы недавнего общего прошлого? Хотят историческими проблемами отвлечь людей от сегодняшних проблем? — Игорь. гор. Вильнюс Литва

Н.Малишевский: Не только отвлечь, но и извлечь из этого выгоду для себя. Гораздо проще громить в прессе абстракции вроде сталинизма и обвинять во всех бедах ДАВНО умершего Сталина или Чингизхана, чем объяснить выборщикам почему, и благодаря кому, они живут именно так СЕГОДНЯ. Это что касается политиков и прессы, а историки – на то они и историки, чтобы заниматься делами «давно минувших дней».

В.Гулевич: Некоторые пытаются превратить историю в инструмент закрепления собственных геополитических достижений или наоборот, манипулированием историей проложить к ним путь. «Историческая политика» - концепт, изобретённый на Западе. России, например, нет смысла заниматься беспрерывным депрессивным трагизмом, тыкая в лицо каждому нелицеприятными историческими фактами из его биографии, потому что Россия выдержала столько иноплеменных нашествий, что каждый день нужно было бы поминать очередное сражение с очередным противником. Россия способна забыть обиды и идти дальше. Но не все хотят пойти в этом России навстречу. В Польше «историческая политика» возведена в ранг официальной идеологии. И все уговоры польских интеллектуалов отказаться от такого неконструктивного подхода (Анджей Валицкий, Ян Юзеф Липский) остаются гласом вопиющего в пустыне. Кстати, Вашингтон зорко следит за тем, чтобы Варшава не вздумала отказаться от этого поведения. Вспомним хотя бы настоятельные рекомендации американских «ястребов» сделать из места погребения Леха Качинского культовое место, куда поляки могли бы приходить, как на памятник жертвам «второй Катыни», имея ещё один повод для проклятий в адрес Москвы. России же отмалчиваться нельзя, отдавая свою историю на поругание.

А.Палецкис: Уважаемый Игорь, отвечу так: да, важнее настоящее и будущее. Однако этот мир не идеален, в нём идёт борьба за право направлять общество или в сторону регресса, или в сторону прогресса. Эта борьба начинается с борьбы идей и идеологий. А история есть часть идеологии. Идеология отжившего эгоистичного капитализма ведёт к регрессу, но она выгодна сверхвлиятельному меньшинству. Идеология социализма ведёт к прогрессу, она служит интересам большинства, и потому её пытаются очернять путём очернения истории.

В Западной Белоруссии готовились к приходу Красной армии? Там ведь жило много белорусов, которые ждали Красную армию. Они что, все эти годы сидели и ждали и даже когда немцы начали раздербан Польши – сидели и ждали? Почему восстания не готовили, не захватывали телеграф и телефон? Вот во время Великой Отечественной – были партизаны. — _Kirik

Н.Малишевский: Партизанское движение в Польше было в межвоенный период, но к 1939 году было подавлено. Накануне 17 сентября 1939 года были попытки самоорганизации в Западной Белоруссии. Население встречало красноармейцев не только цветами, но, где возможно – с красными флагами и пленными польскими полицейскими. Таких эпизодов было достаточно много. Взять, к примеру, скидельское восстание.

Белорусский исследователь Леонид Матусевич в свое время напечатал материал, основанный на архивах нашей республики, где он познакомился с документами, относящимися к воссоединению Беларуси. В частности, речь идет о документах описывающих подавление восстания местного населения в Гродно и Скиделе 16-17 сентября 1939 года польскими уланами, жандармами и озоновцами. (ОЗОН - союз польских националистических партий, созданный в 1935 году).

Восстание в Скиделе началось 17 сентября 1939 года, когда фактически Польши, как государства, уже не существовало. К этому времени польская армия была раздавлена военной машиной фашисткой Германии. Правительство Польши к середине сентября сбежало сначала в Румынию, а оттуда благополучно добралось до Парижа. Восточную границу Польши перешла Красная Армия. Она фактически без боев приближалась к Бресту, Гродно и Белостоку.

Рабочие Скиделя, возглавляемые бывшими членами компартии Западной Белоруссии (сама КПЗБ по решению Исполкома Коминтерна от 16 августа 1938 года была распущена), подняли восстание, как только узнали, что Красная армия перешла границу развалившейся Польши. Восставшие создали ревком, в который вошли бывшие члены КПЗБ М.Литвин, Г.Шагун, И.Мышко, Ф.Бубен, А.Мозолевский, Б.Олех, комсомолец П.Терешко. Восставшие захватили почту, полицейский участок, а полицейских разоружили и отпустили по домам. То же сделали и с солдатами, находившимися в воинском эшелоне на железнодорожной станции Скидель...

Трое повстанцев, молодых людей с ружьями и красными повязками, остановили на мосту через Котру машину с польскими солдатами, ехавшую в сторону Гродно. Парни велели польским солдатам сойти с грузовика и сдать оружие. В ответ из машины раздались выстрелы. Один из парней был убит, второй ранен, а третьего сбила крылом машина. Грузовик с солдатами помчался в Гродно. Через 3 часа польские солдаты, усиленные ротой гродненских жандармов, вернулись и началась кровавая мясорубка, бессмысленная, ибо никакие репрессии не могли воскресить Речь Посполитую. Основные силы восставших были сгруппированы на западе от Скиделя, ибо именно оттуда ждали нападения остатков польской армии, бежавшей под ударами немецкого вермахта. Со стороны Щучина на помощь солдатам, жандармам и озоновцам пришел эскадрон уланов.

Натиска хорошо вооруженных польских солдат и жандармов небольшой отряд восставших на реке Котра не выдержал. Скидель оказался на сутки в руках смертельно раненого зверя. В маленьком городке началось большое зверство. 30 человек каратели сразу же расстреляли. Расстреливали и просто тех, кто подвернулся под руку. Перед расстрелом издевались: одним выкалывали глаза, другим резали языки, третьим ломали прикладами пальцы на руках. А члену подпольного райкома КПЗБ Д.Почимку отрезали уши, выкололи глаза, а на груди и спине вырезали звезды. Потом собрали до двухсот человек. Озоновцы старались во всю, по своему выбору указывая на тех, кто в предыдущие два дня ходил по Скиделю с винтовками или красными повязками. Не разбирали ни мужчин, ни женщин. Всех их согнали у православной церкви, заставили лечь лицом вниз, били прикладами по головам, заставляли целовать землю и при этом кричали: 'То земля наша, польска, вам на ней не жить!». Пока одни каратели издевались над белорусами у православного храма, другие пошли по городу. Озоновцы показывали им дома активистов восстания и сторонников СССР. В те дома солдаты и жандармы бросали гранаты и факелы. Тушить соседям не давали, отгоняли выстрелами. Сгорело 19 домов, в некоторых домах сгорели заживо женщины и дети. Но и на этом трагедия маленького городка не закончилась. Ближе к вечеру из тех двухсот человек, которые пролежали весь день у православного храма, отобрали 70 человек - «наиболее активных повстанцев» и погнали на расстрел, на берег Котры. Когда первую пятерку истерзанных людей выхватили из толпы обреченных и поставили для расстрела, из-за лесочка показалась танкетка с красной звездой на борту. Это на выручку повстанцам в Скидель спешил летучий отряд во главе с капитаном Чернявским - два броневика и два танка. Они были нагружены оружием. Капитан Чернявский вооружил этим оружием крестьян из окрестных деревень. С их помощью Скидель был полностью очищен от польских карателей 20 сентября 1939 года.

Аналогичная трагедия произошла в те далекие дни и в Гродно. В центре города, рядом с Фарным костелом, находилась тюрьма для политзаключенных. В довоенной Польше политзаключенных было много. Антибелорусская, антиправославная политика, нищета и безработица множила противников диктатуры Пилсудского. Поэтому гродненская уголовная тюрьма после 1921 года стала тюрьмой для политических. Услышав о приближении к Гродно частей Красной Армии, охрана разбежалась. Родственники политзаключенных и красногвардейцев бросились к тюрьме. Хозяйственные охранники, убегая, прихватили от тюрьмы и камер ключи. Тюрьму пришлось брать «штурмом».

Разбив ворота, народ стал взламывать двери камер. Вскоре освободители и освобожденные с красными флагами и революционными песнями, единой толпой двинулись на площадь Батория (ныне центральная Советская площадь). Где-то часам к одиннадцати на площади стихийно возник митинг. Но праздник длился недолго, минут сорок. На митингующих напала рота жандармов, наряды полиции и добровольцы из ОЗОНа. По счастливым, охмелевшим от свободы, людям дали несколько залпов. Каратели врезались в оцепеневшую от ужаса толпу, жестоко избивая и хватая всех, кто был в арестантских халатах, и у кого на рукавах были красные повязки. Всех схваченных загнали в тюрьму, по камерам.

Два следующих дня жандармы, полицейские, озоновцы, офицеры польской армии, ходили группами со списками по городу. Без суда и следствия они убивали бывших членов КПЗБ и сторонников СССР. За 2 дня было убито 26 человек, раненых и избитых - до ста человек. Агония Польши для жителей Гродно и Скиделя обернулась кровавыми побоищами.

В конечном итоге воссоединение Западной Белоруссии и Восточной состоялось, но оно не было бескровным.

ИА REGNUM

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.