От эйфории до скепсиса: восточноевропейские уроки евроинтеграции

Автор: Кирилл Шевченко

Доклад доктора исторических наук Кирилла Владимировича Шевченко на круглом столе «Государства постсоветского пространства в Европе: конкурентные и альтернативные отношения», организованном филиалом Брянского государственного университета имени академика И. Г. Петровского в Новозыбкове и Центром евразийских исследований филиала РГСУ в Минске и прошедшем 10 октября 2017 года в городе Новозыбков.


Европа1946-2016Кризис коммунистической идеологии и последующий распад социалистического блока в конце 1980 – начале 1990-х годов привел к трагическим последствиям для стран Восточной Европы, в первую очередь для славянских государств, часть которых исчезла с политической карты Европы. Три многонациональных славянских государства – СССР, Чехословакия и Югославия – распались, не сумев пережить сложных внешнеполитических вызовов, трагических потрясений посткоммунистической трансформации и резкого роста национализма. На территории бывшего СССР образовались независимые Россия, Беларусь и Украина; в результате распада Чехословакии возникли независимые Чехия и Словакия; распад Югославии, проходивший в наиболее трагической и конфликтной форме, привел к возникновению в качестве независимых государств Сербии, Хорватии, Словении, Боснии/Герцеговины, Македонии и Черногории.

Если к началу горбачевской «перестройки» в 1985 г. в мире существовало всего пять славянских государств, из них три многонациональных (СССР, Югославия, Чехословакия, Польша и Болгария), то после краха социалистического блока и распада трех многонациональных славянских государств общее число славянских стран резко возросло. В настоящее время в мире насчитывается тринадцать славянских стран (Россия, Беларусь, Украина, Чехия, Словакия, Сербия, Словения, Хорватия, Босния/Герцеговина, Македония, Черногория, Болгария, Польша); при этом эксперты не исключают, что в будущем их число может увеличиться, тем более, что возникшие в результате украинского кризиса ДНР и ЛНР в Донбассе представляют собой уже вполне состоявшиеся де-факто государства.

***

Неспособность многонациональных славянских государств сохранить свою целостность и единство в конце ХХ века является убедительной иллюстрацией к мысли известного словацкого политического и общественного деятеля XIX века Л. Штура, который, критически оценивая исторические особенности славянских народов, писал в своем известном трактате «Славянство и мир будущего» о том, что отсутствие единства и неспособность к политической консолидации всегда являлись хронической болезнью славян. По меткому замечанию Штура, «славянам легче ненавидеть друг друга, чем любить, легче расставаться, чем встречаться».[1] Продолжающийся системный кризис на Украине в очередной раз подтверждает печальный диагноз, поставленный знаменитым словацким мыслителем.

Примечательно, что распад многонациональных славянских государств и общая дезинтеграция славянского культурно-языкового пространства в конце ХХ века символическим образом совпала с ростом интеграционных процессов в Западной Европе, что нашло свое выражение в успешном расширении Европейского Союза. Более того, зачастую процесс расширения Евросоюза протекал за счет включения в его состав новых независимых славянских стран, бывших ранее составными частями Чехословакии и Югославии.

Политические элиты новорожденных славянских государств с самого начала нуждались в максимальной легитимизации существования возглавляемых ими стран и собственной политики. Данное обстоятельство предопределило интенсивный процесс конструирования новых идентичностей в рамках многочисленных проектов нациестроительства, что нашло свое выражение в реинтерпретации исторического прошлого в соответствии с политической конъюнктурой и интересами новых элит. Симптоматично, что сразу после образования новых славянских государств в начале 1990-х годов в ряде славянских стран среди части местной интеллигенции принадлежность к славянской культуре и языковой группе стала непопулярной и немодной. Так, сразу после «бархатной» революции в Чехословакии в 1989 году, покончившей с социалистическим строем, среди части местных интеллектуалов были популярны идеи о том, что чехи являются не славянами, а потомками славянизированных в ранее средневековье кельтов, населявших территорию современной Чехии в конце первого тысячелетия до нашей эры. Похожие настроения были характерны и для интеллектуальной элиты многих других славянских стран.

С самого начала независимого политического существования славянских государств Центральной и Восточной Европы местная политическая элита выдвинула лозунг «назад в Европу», который предполагал радикальный разрыв связей с Россией и другими странами бывшего СССР и ускоренное вхождение в Евросоюз. «Европейская идея» в 1990-е годы стала не только доминирующей общественно-политической силой в славянских странах Европы и главным легитимизирующим фактором политики местных элит, но и своего рода идолом, безусловное поклонение которому стало само собой разумеющимся явлением, навязываемым всей мощью политической пропаганды и доминирующих СМИ. Те политические силы, которые выражали скепсис или просто сомнение по поводу целесообразности членства в Евросоюзе, высмеивались и всячески третировались со стороны ведущих СМИ и политических партий.

Первыми славянскими странами, вступившими в Европейский Союз в 2004 году, стали Польша, Чехия, Словакия и Словения; примечательно, однако, что членство в блоке НАТО обычно предшествовало вступлению в ЕС и являлось, по свидетельству некоторых авторитетных экспертов и политологов, своего рода пропуском для принятия в Евросоюз. Под влиянием активной, подчас агрессивной проевросоюзовской пропаганды и весьма наивных ожиданий, широкие массы в восточноевропейских постсоциалистических странах были уверены в немедленном и значительном росте благосостояния и в улучшении качества и уровня жизни сразу после вступления своих государств в ЕС. Однако реалии оказались значительно прозаичнее, а ожидания быстрого повышения уровня жизни – завышенными.

Результаты опросов общественного мнения в последние несколько лет свидетельствуют о том, что если в Польше около 2/3 населения в целом удовлетворено членством своей страны в ЕС, то в Чехии число тех, кто недоволен членством своей страны в Евросоюзе, превысило 60% населения; при этом удовлетворено членством своей страны в ЕС лишь 25% чехов.[2] Весьма низким оказался и уровень доверия чехов к ЕС. Так, по данным общенационального опроса, проведенного весной 2016 года в Чехии пражским социологическим центром STEM, лишь 29% чехов доверяет Евросоюзу и только 24% доверяет Европарламенту.[3]

Примечательно, что сразу после сенсационных результатов референдума в Британии, положившего начало Брекзиту, президент Чехии Милош Земан заявил о целесообразности проведения в Чехии референдума по поводу членства Чешской республики в НАТО и в Евросоюзе. В случае проведения подобного референдума в Чехии в настоящее время его итоги были бы значительно более негативными в отношении ЕС, чем результаты референдума в Великобритании. По данным чешских социологических опросов, если бы гипотетический референдум о вступлении Чехии в Евросоюз состоялся в конце 2015 или в начале 2016 года, то за вступление в ЕС высказалось бы только 38% чехов; 62% опрошенных либо голосовало бы против вступления, либо воздержалось от голосования.[4] Следует отметить, что Чехия вообще отличается сильными и укорененными традициями скептического отношения к Евросоюзу. Так, бывший президент Чехии Вацлав Клаус стал одним из символов евроскептицизма, выступая с постоянной критикой брюссельской бюрократии и призывая придать большие правомочия национальным правительствам в Европе.  

Существенным фактором, который подрывает популярность Евросоюза и способствует росту евроскептицизма среди населения славянских стран Европы, является продолжающийся миграционный кризис и стремительный рост террористической угрозы в Европе, что оказывает сильное влияние на отношение чехов, поляков, словаков и других славянских народов к Евросоюзу. Растущее непонимание и раздражение в первую очередь миграционной политикой Германии стало широко распространенным явлением не только среди широких масс славянских стран – членов ЕС, но и среди политических элит данных государств. Более того, растущие противоречия в вопросе миграционной политики между старыми членами ЕС и новыми странами-членами Евросоюза дают основания для более фундаментальной критики политики Евросоюза со стороны некоторых политологов и интеллектуалов славянских стран Центральной Европы.

Так, например, некоторые чешские и словацкие политические наблюдатели отмечают недостаток «истинной демократии» и определенные изъяны в функционировании демократических институтов стран Западной Европы, констатируя, что миграционная политика ЕС не соответствует интересам и настроениям большинства населения европейских стран. Часть политологов из восточноевропейских стран ЕС полагает, что имеет место растущее непонимание между европейскими политическими элитами, доминирующими европейскими средствами массовой информации и широким общественным мнением. По словам чешского политолога П. Робейшека, в посткоммунистических странах Центральной Европы принципы демократии как инструмента влияния на принятие политических решений являются более жизнеспособными и более ярко выраженными, чем в Западной Европе, где демократические институты постепенно деградируют.[5] П. Робейшек полагает, что политики в новых странах-членах Евросоюза более внимательны и более восприимчивы к общественному мнению в своих странах, чем это имеет место в странах Западной Европы. На основании данных фактов П. Робейшек даже делает вывод о том, что демократия в новых членах Евросоюза является более аутентичной, чем в старых членах ЕС.[6]

Евроскептицизм стал в последнее время более явственно ощущаться и в вошедших в состав ЕС балканских странах. По мнению ряда экспертов, членство в Евросоюзе подрывает и без того слаборазвитую местную промышленность балканских стран, превращает их в рынки сбыта для западноевропейских стран и, способствуя массовому оттоку населения на заработки в Западную Европу, вызывает растущую депопуляцию и проблему нехватки трудовых ресурсов.

Некоторые эксперты указывают, что евроскептики в славянских странах, критикуя различные негативные стороны функционирования институтов Евросоюза, все чаще прибегают к славянской риторике, противопоставляя славянские страны Западной Европе; причем, по мере нарастания проблем в ЕС, данная тенденция постепенно усиливается.[7] На этом фоне имеет место и устойчивый рост интереса общественности славянских стран к России и к развитию сотрудничества с ней, что, судя по всему, может стать существенным фактором, влияющим на политику славянских стран Европейского Союза.

Кирилл Владимирович ШевченкоКирилл Владимирович Шевченко,
доктор исторических наук, профессор кафедры правовых дисциплин,
 заведующий Центром евразийских исследований
Филиала РГСУ в Минске (Беларусь)

[1] Штур Л. Славянство и мир будущего. Москва, 1867. С. 3.

[2] См. Коровицына Н.В. ЕС и общественное мнение в странах Центральной Европы в начале ХХI века // Между Москвой и Брюсселем. Москва, 2016. С. 147-148.

[3] https://www.stem.cz/tag/evropska-unie/

[4] Ibidem.

[5] Právo. 14 listopadu 2015. Ročník 25. Číslo 266.

[6] Ibidem.

[7] Горизонтов Л.Е. Евроскептицизм в Центральной и Юго-Восточной Европе как исследовательская проблема // Между Москвой и Брюсселем. Москва, 2016. С. 147-148.

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.