ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Сайт Западная Русь размещает цикл из трех статей священника Алексея Хотева, посвящённый вопросам изложения истории христианства на территории Белоруссии в школьных учебниках. Статьи были опубликованы в 2010-2011 годах на страницах православной газеты «Воскресенье». Вопрос правильного, исключающего малейшие ошибки,  изложения духовной истории белорусов крайне важна для воспитания школьников.  Поскольку у газеты нет сайта и ее тираж невелик, считаем необходимым, чтобы с этими статьями ознакомилось как можно большее число заинтересованных читателей.

1. Начало христианства на Беларуси в школьном курсе истории

Новый учебный год в средней школе - это всегда возможность внести изменения в школьную программу, обновить учебники и пособия. Учебник по истории Беларуси для 6 класса под ред. Г.В. Штыхова (Мн., 2009) представляет собой очередной такой опыт. Понятно, что история должна освещать все важнейшие аспекты развития общества, в том числе и его культурную и духовную жизнь.

Трудность понимания богослужебного языка в настоящее время это не только проблема восприятия текста, но и проблема диалога Церкви и общества. Одни заявления, что служба в храме ведется на мертвом и малопонятном языке, чередуются в Беларуси с другими, что Белорусская Православная Церковь якобы не является национальной. И то и другое заявление ждет от Церкви адекватного ответа. Со своей стороны могу только приветствовать проект документа Межсоборного присутствия с пожеланиями скорее перейти от слов к делу.

В первую очередь мне бы хотелось коснуться проблемы малопонятности церковнославянского языка и возможности перевода богослужения на современный, более понятный язык. Для иллюстрации невразумительности нашего богослужения зачастую выбирают отдельные фразы каких-нибудь молитв. Известное выражение из 57 псалма: «Иже не услышит гласа обавающих, обаваемь обавается от премудра», - может хорошо охарактеризовать эту проблему. В синодальном переводе фраза звучит так: «Не услышит голоса заклинателя самого искусного в заклинаниях» (речь идет о глухоте человеческого жестокосердия). Трудность заключается не только в том, что за объяснением слова «обавати» нужно лезть в словари. Здесь славянские переводчики три раза употребили слово «обавати» (заклинать) для перевода двух греческих слов Септуагинты (соотв. «заклинать» и «чародействовать»), что только затемнило смысл («как змея с заткнутыми ушами, жестокосердный не услышит заклинаний мудрейшего из чародеев»). Между прочим, из этого стиха следует полезная для прояснения нашего вопроса мораль: как бы искусно не составлялись слова молитв, глухому они не принесут пользы.

«…чтобы и бедственное разделение Восточной и Западной Церкви прекратилось когда-нибудь с той кротостью и в том именно христианском духе, в каком совершилось ныне соединение частей Церкви Русской Православной».

Из «Записок» митр. Иосифа Семашко [12, 123]

Брестская уния по своему существу есть событие церковное, но по своей силе она имела и политические, и культурные последствия. Существование католического «восточного обряда» делает унию актуальной проблемой во взаимоотношениях между Православной и Католической Церквями и в наше время.

Есть одно "загадочное" обстоятельство, повергающее белорусского медиевиста в крайнее недоумение и растерянность. Это – почти полное отсутствие белорусского[1] агиобиографического материала в сохранившихся богослужебных и четьих сборниках XV–XVII вв., созданных на землях Беларуси, то есть в сборниках, которые обязательно должны были бы содержать, как минимум, жития подвижников, вошедших в Собор Белорусских Святых[2] (дальше – СБС).

«...достойное созидается достойными и честное совершается честными»

Из письма князя К.К. Острожского епископу Владимирскому Ипатию Потею.

В память Константина Константиновича Острожского, определяем роль, которую в проведении православного Собора 1596 года сыграл человек, явившейся «зеркалом своей эпохи, отразившей ее во всей полноте и сложности».

Трудами историков Церкви в последнее десятилетие проделана большая кропотливая работа по восстановлению событий, связанных с проведением Брестских соборов 1596 г. и их экклезиологической оценке. Несмотря на это, участие в работе Православного Собора экзарха Константинопольского патриарха Никифора Кантакузина и князя К.К. Острожского и по сей день вызывает интерес исследователей и требует объяснения.

Православие пришло на Белорусскую землю вместе с крещением всей Руси в конце X века. «В лето 990... – говорится в Густынской летописи, – Владымер раздели Русскую землю на 12 княжений, сынам своим дванадесятим; во-первых, посади на великом княжении Новгородском старейшаго сына своего Вышеслава, в Полоцке – Изяслава ... Посла же с ними и священники, заповедая сыном своим, да каждо по всей области своей повелевает учити и крестити людей, и церкви ставити; еже и бысть» [1].

Однако традиция древнерусских преданий связывает начало распространения слова Божия на белорусских землях ещё с апостолом Андреем. Не исключено, что задолго до официального принятия новой религии уже во второй половине IX – середине X веков христианство было известно на территории древней Беларуси. Участвуя вместе с дружинами русских князей в походах на Константинополь, её воины не только знакомились с результатами византийской цивилизации, но и усваивали вместе с ними основы православия. Источником знакомства населения древней Беларуси с христианством могла быть и Скандинавия, связи с которой были достаточно оживленные. Вполне вероятно, что полоцкий князь Рогволод и его семья благоприятствовали христианской вере, а в столице княжества имелись христианские храмы.

Существующая в современной историографии неоднозначность, а подчас и противоречивость оценок деятельности Виленского генерал-губернатора М.Н.Муравьева, особенно в связи с подавлением польского восстания 1863-1864 гг., объясняется, как видится, тем, что отсутствуют единые четкие основания и критерии оценивания той роли, которую сыграли в исторической судьбе Беларуси собственно российские государственные деятели. Однако, если признать, что "борьба за Православие в Западной Руси была… борьбой за духовное выживание народа" и что "Православная Церковь - мать белорусской нации. Если бы она (Церковь.-М.Н.) была уничтожена, на этой земле не было бы белорусов"[21, 155,116], то мы получим достаточно убедительное основание и достаточно четкий критерий для адекватной характеристики того или иного российского деятеля в Западной Руси. В этой связи нельзя не отметить тот очевидный факт, что все действия Виленского генерал-губернатора М.Н.Муравьева, в том числе и действия по подавлению польского восстания, были направлены именно на планомерное укрепление позиций Православной Церкви на Белой Руси.