Карелина, Дита. "Промилле отчаяния, промилле любви..."

Автор: Карелина, Дита.

Имя Диты Карелиной любители поэзии впервые услышали лет пять назад, когда из печати вышел ее первый сборник стихов « Бешеная тчк моя». Уже само название книги, посвященной тогдашнему супругу поэтессы драматургу Андрею Карелину, свидетельствовало о том, что автор стремится не просто заявить о себе, но при этом каким-то образом эпатировать публику. «Любовница! От слова любованье.// От слова любование собой…», --писала тогда автор в одном из стихотворений. В дальнейшем достаточно самобытное дарование поэтессы помножилось не только на обретенное мастерство – этому можно научиться, но усилилось не скрываемой суперэмоциональностью, в которой всепоглощающее чувство любви – в самом широком понимании этого слова, -- превалирует над всеми остальными эмоциями.

 

Сегодня Д.Карелина выступает со своими стихами, чтение которых порой превращается в своего рода моноспектакль, перед зрителями и слушателями самых разных городов – Москвы, Минска, Санкт-Петербурга, редактирует литературное издание, является главным редактором серии «Более другое» в издательстве Алексея Вараксина. Совсем недавно из печати вышла ее новая книга «Эпистолярий»…

А оценить и примерить на себя ту бурю страстей, что наполняет стихи автора, мы предлагаем читателям сайта "Западная Русь".

Анатолий Аврутин

 

* * *

Ты не смотри, я не часто такая,
Просто с тобою – под локоть – другая.
Просто сегодня – бывает не часто –
Жутко, что вся эта – горечь – напрасна.

Пить эту горечь, так прямо из фляги:
Горечь из спирта, брусники и браги,
Горечь из каждой морщинки, из кожи –
Мы с тобой, нежная, слишком похожи.

Ты – это я, это я не однажды,
Я это ты, только гибну от жажды,
Только навзрыд – до глубокого днища –
Пью и по недрам сознания рыщу.

Ты не смотри, что стакан за стаканом –
Стерилизую – блуждаю по ранам,
Рваные дыры, пробоины, щели,
Трещины, ямы, обрывки, ущелья.

Спиртом и дымом – не насмерть, так может –
Мы с тобой, нежная, напрочь похожи.
Пью эту горечь – и жарко, и нежно –
Только дари эти крохи надежды.

* * *
Я – молилась. Я – молилась?
Причащалась – Боже мой…
Та, которая кружилась
В белом танце с сатаной.
Та, которая ночами
Ворожила на крови.
Загорелыми плечами
Всё вела не по любви.
Та, что пальцы пряча в кольца,
Шею в алые колье,
Прослыла глухим пропойцей,
Танцевавшим на столе.
Та, что карты разбросала
На червова короля,
Только всё трефовой дамой
Закрывалось… Разве я?
До глубин души винилась:
Боже мой, прости меня.
Неужели – я – молилась?!
Я молилась за тебя.

* * *

Перебирают подушечки пальцев
Собственной кожи сухие прожилки –
В тонкие веки легли, как снежинки,
Сети ночей без любимых объятий.
Перевдыхаю твой запах продлённый –
Переиначенный, незаглушимый.
Переуслышу – в беззвучном режиме –
Мною придуманный шепот влюблённый.
Перезапомню – все линии – к чёрту:
Новым рисунком ладони покрою.
Руки ещё не отмылись от крови –
Снова все линии наглухо стёрты.
Перебирают костяшки сухие
Все мои строки – во имя глухие!

* * *

Я в этой пропасти не виновата –
Юность треклятая, алая юность!
Просто на спуске нога подвернулась,
Так и неслась до трамплина – накатом.
Без передышек, посадок, сниженья:
Прямолинейно – так одержимо,
Что недоступных и недостижимых
Перескочила на грани скольженья.
Перелетела – без смысла и цели:
Плюхнулась на спину – больно и горько.
Может быть, я на мгновение только
В этой чужой невозможной постели.
Может быть, я догнала – но чужое…
Как же мне радостно рядом с тобою!

* * *

Как ствол кровоточащий – суть:
Я – ты насквозь. Ты только будь.
Ты только в трубку говори –
Ты вся во мне, ты вся – внутри.
Как стержень искренность моя:
Ты поперёк и вдоль ты – я.
Ты сердцевина – до корней.
Ты только верь! Ты только верь!
Я ствол кровоточащий – бред.
Дай хоть один – на всё – ответ.
Ты только тихо говори,
Что я не та, но я – внутри.

 

* * *

Днюй-ночуй в своей постели –
Что мне за ночь воевать.
Я могу, по крайней мере,
Эти руки целовать.

Я могу – одно движенье –
Всё додумать за двоих.
Прячу до изнеможенья
Безнадёжность слов своих.

Хочешь – хочешь эту душу?
Хочешь гордость в кулаке?
Каждым нервом я нарушу
Линии в твоей руке.

На ладони – льдинкой белой
Из холодных глаз твоих
Провожу – смешно и смело –
Вечность только на двоих.

* * *

Мне показалось, ты свернула в сад –
Идти с тобой – нехитрое желанье –
Мне хочется чуть слышного признанья
Среди унылых ледяных оград.

Мне хочется на пальчики дышать,
Ладонями от ветра закрывая.
Мне хочется, чтобы воронью стаю
Пугали мы, пытаясь устоять.

Мне нравится, что ты в снегу моя –
Сбивая с ног, ловлю твоё дыханье.
Ах, что за шутки шутит мирозданье:
Ты – женщина, ещё девчонка я.

* * *

Был вещим этот сон? А, может, наяву
По каплям на ладонь я слёзы собирала?
Ты здесь, в моих руках, а мне всё мало. Мало
Прижать тебя к себе. Да я сама реву
Вот так по вечерам. Мне мало для тебя
Весь мир к ногам бросать. Мне мало раствориться
В бессоннице ночей. Мне мало спать ложиться
Лишь с именем твоим, ругая и виня
Себя и всё вокруг. И мало мне сейчас
Прижать тебя к себе. Мне было бы довольно,
Когда б Господь, как знать, легко и добровольно,
Всю боль твою ко мне послал на этот раз.

* * *

Победно блистает мой профиль
На чьей-то подвеске.
Протянет свой угольный кофе
Чужая невеста.
И пальцы холодные брякнут
По бронзовой коже.
Нарушив былые порядки,
Мне лоб свой положит
Горячий – в поту – на колени
И будет стыдиться.
Да только божественной тенью
Твой профиль явился.
И чёлка, что еле скользнула,
Висок задевая.
Ты мельком в анфас повернула
Лицо, понимая,
Что значит твоё промедленье –
Ни взгляда, ни жеста.
Рыдает – глупыш – на коленях
Чужая невеста.

* * *

В исповедальне
Глаза, желаньем
Исполненные, измученные.
Пришла – не каюсь.
Испо-ведаюсь
О каждом случае.
И слышу – гибну,
Глядеть противно,
Сошла с пути – горю!
И слышу – кайся,
А нет – так майся.
А я – люблю!
Неужто дьявол
Ко мне направил…
Нет, он не мог!
Такую слабость –
И всё в ней – в радость –
Послал мне Бог!

* * *

Весь мой сон одним дыханием
Можно передать.
Он мне дал сегодня Вами
Глубоко дышать.
Он мне дал бездонной грудью
Запах Ваш втянуть:
И без мыслей, и без судеб,
Без неверий – жуть!
Ветер окна бил безбожно
Ветки драли высь.
Вы мне так неосторожно
Сладко поклялись…
Каждым вздохом, каждым взглядом
Сделались со мной:
Будто вместе, а не рядом
Сердцем и душой.

* * *

Нагромождение тебя
Густыми каплями нависло.
И больше чувств, и меньше смысла
В замёрзших каплях октября.
Бесстрашно мажу киноварь
На стены прожитой квартиры.
Пока здесь ветрено и сыро.
Но вот – заснежится январь –
Ты обещала… Всё зимой,
Когда земля совсем промёрзнет.
Так нависает тучей грозной
Перенасыщенность тобой.

 

* * *

В лихорадке невинной и винной тревоге
Нахожу сквозь себя все пороки влеченья,
Нахожу – как искусственно – блеск увлеченья,
Волочась за чужими по чуждой дороге.

Я искала тебя – в безобразных фактурах,
Перевязанных узами напрочь тугими,
Я тебя так настойчиво путать с другими
Научилась, теряясь в глазах и фигурах.

Никогда не ждала, я искала истошно,
Я царапала кожу о страшные мысли.
И теперь, чтоб сомнения снова не грызли,
Напиваюсь, насколько всё это возможно.

Оттого столько пью, что нашла твои руки,
Голос тихий нашла и дрожащие губы,
Только мир оказался холодным и грубым –
Мир он тоже, как мы, изнывает от скуки.

* * *

Этот голос настойчивый, голос напрасный –
Что ты хочешь опять: униженья и слов?
Научите меня быть к себе безучастной –
Научите меня не просить за любовь.

Тошно, нечем дышать – слишком мало надежды,
Слишком много страстей, неумения жить,
Будто я перед ней разлеглась без одежды
И молю – и рыдаю – меня полюбить.

Этот голос проник в клетки каждого нерва,
Голос просящий, голос униженный мной.
Голос просит побыть хоть на миг и не первой,
Лишь бы только минуту и рядом с тобой.

* * *

Простите женщину мою
За то, что счастье погубила,
За то, что я её любила
Простите женщину мою.

За все её «Оставь меня!»
За все заносчивые «К чёрту»
Простите ту, что нынче стёрта
С лица измучившей меня.

Сама её не узнаю,
Чужую, под руку с другою.
За то, чего теперь не стою
Простите женщину мою.

* * *

Постучали в ворота – я не та.
Постучали по плечу – всё прощу.
Я изгиб не разжимаемого рта,
Как косу в купальский день, распущу.

Буду петь-плясать – гостей созывать.
Буду пить вино – нет слаще питья.
Буду именем чужим называть.
Ты не смотришь – как? – да это ведь я!

А у ног моих – чужие уста.
Что ж твоих я губ холодных ищу?
Постучали в ворота – я не та.
Я тебе себя такую прощу.

* * *

Какие-то ночи… Не то чтобы ночи…
Какая-то нежность – не то чтобы нужность.
Какая-то слабость. Какая-то дружность.
Крапиву и жадность мне некто пророчил.
Пришёл в темноте и ладонь мою просит –
А я – без оглядки – в ближайшую хату.
Он слёзно – я грозно, он бредом – я матом,
Пророчит и имя моё произносит…
Клянётся безбожно, что женские губы
Мне жизнью и смертью недолго, но будут.
Что будет расплата, что будет… Да, к чёрту.
Последняя фраза мной начисто стёрта!

* * *

Начался рассвет – не светлее тут.
Меня двое в дом сквозь туман ведут.
Меня двое в дом на мою постель
На холодную – положить скорей –
Так торопятся, что асфальт сырой
Раздирает в клочья колени. Боль
Не замечу. Боль – это только ты.
Это клочья – ты – от моей мечты.
Начался рассвет – а я здесь лежу.
Не от холода, от тебя – дрожу.
От того, что ты – на чужих руках,
От того, что я – это только страх.
Это только страх, что ты вся с другой.
Ты нальёшь меня – захлебнусь тобой.
Утону в тебе, начался рассвет,
А меня уже и на свете нет…

* * *

Всё-то мне забава – люди!
Поглядите – пляшут груди!
Поглядите – рвется блуза –
Я – награда, вы – обуза.
Убивайте, не стыдитесь!
Люди, бог мой, веселитесь!
Я танцую вам чёчетку –
Воду вылейте на плётку.
Я не чувствую ударов –
Бейте слева, бейте справа,
Бейте – метче – между ног!
Каждый сделал всё, что мог!
Что ж вы хмурые, людишки!
Ярче, ярче жгите книжки!
Мне под ноги – угли, пламя!
Я горю, но я – не с вами!
Всё-то, право, мне забава –
Бейте слева, бейте справа,
Крик последний – новый грех –
Самый жуткий громкий смех.
.

* * *

Подъём был, видно, слишком крут –
Ты гибнешь там, я гибну тут.
Я вытравлена из зеркал –
Мой мир глубок, но слишком мал.
Он узок, он изрезан весь –
Ты слишком там, я слишком здесь.
Я выжжена тобой насквозь –
Мы вместе там, и там же врозь.
Я от обратного – навзрыд –
Я – слишком боль, я – слишком стыд.
Я - слишком ты, ты – слишком там,
Ты примешь всё, я – всё отдам!

* * *

И всё затихло. Всё остановилось.
И только Вас
Я видела. Какая злая близость
На этот раз.
Всё стихло. Только искры звонко
От мостовой
Вас отделяли. Тонкая шубчонка.
И возглас мой.
Всего одна проклятая минута.
И божий дар.
И Вы свернули. Как-то очень круто,
Оставив жар.

* * *

Вспомни – я женщина! Видишь – я женщина!
Не полюби меня, вспомни – ты женщина!
Видишь, я тоже с тобою – помешена:
Каждым непонявшим в центре повешена
Площади. Именем милым увенчана –
Вспомни, ты – женщина, первая женщина!

Вспомни – ты слабая, вспомни – ты верная,
Вспомни – ты женщина женщине верная,
Видишь – ты первая, чуешь – ты первая,
Сетью покрылась изысканной – нервами.
Видишь – я голая. Видишь, я – нервная,
Вспомни – ты женщина, ты – неизменная.

Неповторима секунда осенняя –
Милая женщина, сладость последняя.

* * *

Крохи не стою –
Демон внутри.
Дать бы покоя –
Нет же, смотри.
Кожа – как губка,
Руки – как лёд.
Чёртова трубка
Пальцы прожжёт.
Символы-строки –
Слёзы не в счёт –
Символы-слоги,
Руки – как лёд.
На расстоянье –
Строки, как гром.
Нерасставанье –
Хлопаю ртом.
Только бы рядом –
Демон внутри.
Встретиться взглядом –
Только смотри.
Крохи не стою –
Чёрт с ней – с ценой.
Я за верстою –
Справлюсь с виной.

* * *

Пережить бы только этот
Невозможно долгий час.
Жуткий мрак в борьбе со светом
Гонит Вас и любит Вас.
Тянет высохшая кожа –
Соль её не пощадит.
Нет, она же так не может! –
Глупый разум говорит.
Час разбился на минуты,
На секунды, доли их.
Это бес меня попутал
Всё решить за нас двоих.
Счастья Вы мне так желали,
Что уж лучше умереть.
Если б Вы меня прощали
И сумели пожалеть!
Не бывать ни слаще бреду,
Ни кого-то горче нас.
Пережить бы только этот
Невозможно долгий час.
---
Я могла бы – так и знайте
Лучше стать, добрее стать.
Но играйте, так играйте,
Чтобы снова умирать
Мне, и делаться как будто
Злее, стало быть, сильней.
Ночью каждая минута
Дышит сладостью твоей.

* * *

Играйте мазурку, мои дьяволята –
Я нынче и глубже, и тише, и слаще!
Зачем эта водка пропитана мятой –
Я горечи требую! Больше и чаще!
Я требую, чтобы меня не щадили.
Прощаюсь с надеждой последней сегодня…
Ах, как грациозно к разлуке входили,
Как страстно плясали на дне преисподней!
Какая же скука – ромашка и руки:
Не любит, полюбит, обнимет, изрежет.
Тебя я, наверное, знала от скуки –
И как-то не полностью, мимо, небрежно…
Играйте мазурку, родимые черти!
Последняя капля – и снова в дорогу.
Играйте, любите, да только не верьте:
Не дрожь – это тело немного продрогло.

* * *

А на ветру сегодня душно –
Он пылью забивает горло.
Мне ничего почти не нужно –
Лишь только шею выгнуть гордо,
Лишь только выдержать порывы,
И даже если сотни градин –
Неповоротливые глыбы –
Наделают кровавых впадин,
Стоять вот так, легко и гордо,
Немного приоткрывши губы,
Перебирая – в такт – аккорды
Жестоких слов – смешных и грубых.

* * *

Извини за бессвязную речь –
За разбитые вдребезги мысли.
Мне немного светлее без смысла
По наклонной поверхности течь.
Так сползать, растекаясь в словах,
Заполняя собою пространство.
Я своё напускное жеманство
Для тебя превращаю во прах.
Закрывая лицо от других
Безнадёжно ликующей маской.
Для тебя, как ужасная сказка,
Открываю чудовищ своих.
Каждой самой ужасной чертой,
Самым жутким безжалостным смехом.
Я сегодня, покорнее эха,
Соглашаться готова с тобой.

* * *

Я боюсь любви немножечной –
Быть твоей, так до беспамятства.
Не умею осторожничать –
Мне куда приятней раниться.
Как тебе сегодня кажется –
Целовать тебя – нелепица?
Мне так хочется пораниться –
Мне исследовать не терпится.
Целовать виски – отпрянешь ли?
Целовать ладони – веришь ли?
Целовать запястья – скажешь ли,
Что ждала меня теперешней?
Всю себе хочу до клеточки,
Изучить тебя до атома.
Получила не по мерочке,
Да беру в себя – накатами.
Не гони меня, безумицу,
Без тебя умру на улице!

* * *

Нет, всё же любви не бывает за гранью.
Признайся – я буду готова к признанью:
Все эти границы, запреты – уловка
Сбежать виртуозно, изящно и ловко.
Да нет, не бывает ни века, ни масти,
Когда капилляры пропитаны страстью.
Когда каждый мускул немеет и гибнет
В попытке дрожать под руками твоими.
Нет, страсть не бывает за гранью – и баста!
Согласна, случается это не часто…
Признайся, свершись, чтоб иною была –
Ты б также ко мне никогда не пришла!?

* * *

Помнить руки чужие – страшнее другое –
Я боюсь, что тебя не запомню такою.
Я боюсь, что твоя недоступная кожа
Будет в сны приходить на другую похожей.
Я боюсь, что твой запах смешается с чьим-то
Непохожим, случайным, убогим каким-то.
Я боюсь потерять и оставить не в праве –
Ну, признайся, мы обе с тобой проиграли!

Дита Карелина


 

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.