Ад польских концлагерей

Автор: Алексей Карцев

Из цикла статей ко дню освободительного похода Красной Армии 17 сентября 1939 года.

О нечеловеческих условиях, в которых содержались в польских концлагерях пленные красноармейцы в 1919-1921 годах, написал влиятельный польский еженедельник "Ньюсуик Польска". Статья на эту тему называется "Ад за колючей проволокой". Ее автор – историк Игор Мечик.

"За колючей проволокой польских концентрационных лагерей советские военнопленные умирали, как мухи", пишет журнал, называя условия их содержания "польским бесчестьем".

Первоначально в руках поляков находилось около 10 тыс пленных красноармейцев, однако, после поражения армии Михаила Тухачевского под Варшавой в польский плен попало всего до 110 тыс солдат, командиров и комиссаров Красной Армии. Для них поляки созд ли целую сеть концлагерей – в Бресте, Лукове, Вадовице, Домбье, Тухоле, Стжалкове, Пикулице, Шипьорно и в других местах. Эта сеть покрывала почти всю польскую территорию.

Несмотря на то, что в 1919 году польское министерство по армейским делам составило для военнопленных специальный рацион, включающий хлеб, мясо, каши и даже кофе, ни в одном из концлагерей советские узники не ели досыта. Голод был овсеместный и вызывался польской лагерной охраной искусственно. Автор статьи приводит многочисленные примеры того, как пленных красноармейцев морили голодом. Так, группу из 300 узников пять суток гнали в концлагерь в Пулявах и за это время не кормили ни разу. По прибытии в лагерь изголодавшимся людям бросили дохлую лошадь, которую те вынуждены были есть сырой.

Осенью 1920 года польский комендант концлагеря в Бресте так приветствовал прибывающих к нему пленных красноармейцев: "Вы, большевики, хотели отобрать нашу землю. Вот вы землю и получите. Я буду вас так кормить, что сами подохнете".

В статье приводится сохранившийся в центральном военном архиве Польши рапорт генерала Зджислава Хордыньского-Юхновича, возглавлявшего санитарный департамент военного министерства. Этот документ генерал написал после инспекции лагеря в Белостоке: "Бараки переполнены, среди здоровых полно больных. По-моему, на 1400 заключенных здоровых нет вообще. Они покрыты лохмотьями и от холода прижимаются друг к другу, пытаясь согреться. В воздухе смрад от больных дизентерией и гангреной, развивающейся в опухших от голода ногах. Это ужасающая картина".

Посетившая лагерь для российских военнопленных в Стжалкове представительница Красного Креста Стефания Семполовска писала: "Барак для коммунистов так переполнен, что сдавленные узники были не в состоянии лечь и стояли, подпирая один другого".

По свидетельствам очевидцев, только в одном этом лагере ежемесячно умирали 100-200 красноармейцев. В Бресте цифры были еще страшнее. Там только за сутки от голода и болезней погибали от 60 до 100 пленных.

В Тухоле в конце 1920 года за два месяца умерло 440 заключенных. "Местные жители вспоминали, что еще в тридцатых годах были места, где под ногами проседала земля, а из-под нее выступали человеческие останки", –пишет "Ньюсуик Польска".

Медицинской помощи не было вообще никакой. Раненые по две недели лежали без повязок, пока в ранах не заводились черви и люди не умирали от заражения крови.

"В самый страшный для узников период – зимой 1920-21 годов – умерших считали уже тысячами", – утверждает "Ньюсуик Польска".

Помимо этого имели место многочисленные случаи расстрелов взятых в плен красноармейцев, утверждает издание. Так, в районе Млавы поляки расстреляли около 200 взятых в плен казаков, на Волыни был зафиксирован факт расстрела еще 18 военнопленных.

В статье приводятся воспоминания одного из очевидцев событий 1919 года о том, как командир 18-го польского пехотного полка приказал пленным красноармейцам раздеться, затем отдал приказ избить их нагайками, а затем всех расстрелял.

Всех попавших в плен комиссаров поляки вешали без суда. Ужасающие факты об этих жестокостях приводятся в книге "Замолкающее эхо. Воспоминания о войне 1914-1920 годов", написанной участником тех событий с польской стороны Станиславом Кавчаком, отрывки из которой приводятся в статье Игора Мечика.

Журнал "Ньюсуик Польска" цитирует также дневник Казимежа Свитальского, личного секретаря главнокомандующего польскими войсками маршала Юзефа Пилсудского, который писал о "жестокой и безжалостной ликвидации пленных нашими солдатами".

Самым страшным считался концлагерь в Стжалкове /между Познанью и Варшавой/. Командовавшие лагерем капитан Вагнер и поручик Малиновский секли заключенных бичами, сделанными из колючей проволоки. Обычная норма при избиении составляла 50 ударов. Тех, кто просил пощады, тут же расстреливали, пишет польский журнал.

В этот лагерь попали солдаты латышского полка российской армии, добровольно сдавшие оружие и перешедшие на сторону поляков. В лагере с них сняли всю одежду и предупредили, что "живыми они из лагеря не выйдут, поскольку являются жидовскими наемниками". Латышам запрещали выходить из бараков за водой и вообще не давали есть. От нечеловеческих условий погибло несколько десятков солдат этого полка. Остальным удалось спастись только благодаря тому, что в лагерь прибыла следственная комиссия и Вагнер с Малиновским были арестованы.

Польский журнал задает вопрос, "не было ли все это сознательным уничтожением, может быть, не на уровне правительства, но по крайней мере на уровне начальства отдельных лагерей?" И тут же признает, что с таким утверждением "трудно спорить".

Кто то подумает, что может быть поляками руководила классовая ненависть – какое-то «быдло» в серых шинелях осмелилось поднять руку на высокородных шляхтичей да угодило в плен, так чего с ним церемониться? Да нет, для них не было никакой разницы между «красными» и «белыми».

Показательный факт. В феврале 1920 г. в Польше была интернирована 20-тысячная белогвардейская группировка генерала Бредова, отступившая туда под натиском красноармейцев из Украины. Казалось бы, Польша, находившаяся тогда в состоянии войны с большевиками, должна была бы относиться к белогвардейцам, как к союзникам. Как бы не так. Создатель польского государства маршал Юзеф Пилсудский отправил их в лагеря Берёза Картузская, Стшалков, Торн, Тухоль, Щепёрно и многие другие. Несчастных почти не кормили и не оказывали медицинскую помощь. Лагерная охрана ограбила интернированных, сплошь и рядом жестоко избивала их. Гибли не только зрелые и пожилые высшие офицеры, но и молодые, полные сил, как, например, терский казачий генерал-майор Слесарев.

В Госархиве РФ есть воспоминания поручика Каликина, который прошел через лагерь смерти Тухоль и которому посчастливилось выжить. Поручик писал:

"Еще в Торне про Тухоль рассказывали всякие ужасы, но действительность превзошла все ожидания. Представьте себе песчаную равнину недалеко от реки, огороженную двумя рядами колючей проволоки, внутри которой правильными рядами расположились полуразрушенные землянки. Нигде ни деревца, ни травинки, один песок. Недалеко от главных ворот – бараки из гофрированного железа. Когда проходишь мимо них ночью, раздаётся какой-то странный, щемящий душу звук, точно кто-то тихо рыдает. Днём от солнца в бараках нестерпимо жарко, ночью – холодно... Когда наша армия интернировалась, то у польского министра Сапеги спросили, что с ней будет. "С ней будет поступлено так, как того требуют честь и достоинство Польши", – отвечал он гордо.

Неужели же для этой "чести" необходим был Тухоль? Итак, мы приехали в Тухоль и расселились по железным баракам. Наступили холода, а печи не топились за неимением дров. Через год 50% находившихся здесь женщин и 40% мужчин заболели, главным образом, туберкулёзом. Многие из них умерли. Большая часть моих знакомых погибла, были и повесившиеся".

Как считают некоторые  историки, в целом в концлагерях Польши было умерщвлено 80 тысяч военнопленных – преимущественно красноармейцев, но и белогвардейцев предостаточно. Ю. Пилсудскому, очевидно, принадлежит сомнительная честь именоваться отцом системы концлагерей для массового уничтожения пленных.

А теперь из прошлого вернемся в наши дни. За последние два-три десятилетия в Польше сложилась и завертелась на полных оборотах общенациональная пропагандистская машина, которая с неутомимостью отбойного молотка «врубается» в пресловутую катынскую тему. В Польше создан так называемый Институт национальной памяти, который занимается расследованием преступлением против поляков, где бы и когда бы они не были совершены. Главное направление его деятельности, без сомнения, — это Катынь. Правда после гибели в авиакатастрофе под Смоленском всего "актива Катыни", дело притормозилось. Но думается временно, потому что за этим  кроются баснословные деньги, которые Польша рассчитывает получить в качестве компенсации от правоприемников СССР.

А между тем Польша и поныне не признает факта гибели безоружных людей. До сих пор на территории бывших польских концлагерей не воздвигнуто ни одного мемориала в память о погибших красноармейцах. Не проявляет наш западный сосед и готовности к христианскому покаянию.

 

Алексей КАРЦЕВ, корр. ИТАР-ТАСС в Варшаве

Источник: По материалам ИТАР-ТАСС

 

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.