В годы Первой мировой войны Российское общество Красного Креста было одной из крупнейших организаций, оказывавших помощь раненым солдатам и офицерам на театре военных действий и в тылу. К сожалению, в отечественной историографии ее деятельность не исследована в полной мере. Как правило, она рассматривается в рамках истории благотворительности или военной медицины, ряд исследователей проявляет интерес к региональному аспекту. Значительно реже Красный Крест помещается в контекст военной истории.
Подробнее... Добавить комментарий
В годы Первой мировой войны Российское общество Красного Креста (РОКК) было одной из крупнейших организаций, оказывавших помощь раненым солдатам и офицерам на театре военных действий и в тылу. К сожалению, в отечественной историографии его деятельность не изучена в полной мере. Как правило, она рассматривается в рамках истории благотворительности или военной медицины. При этом доминируют два подхода: институциональный (внимание сконцентрировано либо на обществе как на самостоятельной организации, либо на отдельных направлениях его деятельности) и региональный (исследуется работа комитетов в губерниях).
Согласно достаточно распространённой точке зрения среди историков, причём не только коммунистической ориентации, в начале ХХ в. Россию сотрясли несколько революций – так называемая Первая русская революция 1905-1907 гг., Февральская буржуазная революция 1917 г. и Октябрьская коммунистическая революция 1917 г. Не ставя перед собой задачу проанализировать и дать оценку различным историографическим подходам к обозначенной проблеме, хотелось бы обратить внимание на то, что отмеченные события, обозначаемые как революции, имели не только формально-процедурные и процессуально-содержательные отличия, но и существенно различались по результатам.
Ирония заключалась в том, что, чем больше говорили о «забытой» войне, тем меньше она казалась таковой. Тем более, что за сто лет сформировалась весьма солидная историография, а определение «забытая» указывало скорее на разрыв между значимостью самой войны для истории России и ее слабым отражением в социальной и культурной памяти. Социологические опросы, проведенные в 2014–2015 годах, подтверждают эту гипотезу. Речь идет не о том, что люди не знают об этой войне в принципе; скорее она не имеет собственного «лица», оставаясь поглощенной революционными событиями 1917 года и гражданской войной.
Кн. П.А. Вяземский определил, что революционной у нас являлась царская власть, а народ в массе и до XIX в. оставался консервативен. Он, как и его учитель Н.М. Карамзин, заключивший о «вине» Пётра I, а затем и А.С. Пушкин, назвавший великого монарха «протестантом царём», понял, что первоначальную природу отечественной революционности надо искать в силовом «петербургском» уклонении от «московской» традиции.