ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Рубеж Святой Руси в прошлом, настоящем и будущем

Аналитические материалы к докладу «История как объект информационного противоборства»

Аналитические материалы к докладу «История как объект информационного противоборства», зачитанном кандидатом технических наук Виктором Ивановичем Ковалевым на международной научной конференции «Вставай страна огромная» в Севастополе (17.06.2011г).

ИСХОДНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

В рамках научной деятельности, проводимой в МГУ (на социологическом факультете) формируется новое направление в математической истории.

Его суть состоит в следующем.До последнего времени основными предметами исследований данной научной дисциплины были историческая реконструкция и исторический прогноз [1]. Исторический прогноз сегодня является одним из приоритетных направлений в мировой науке. Результаты исследований в настоящей области учитываются при определении национальных стратегий ряда стран, в частности США, Европейского союза, Японии, Китая.

Исторический прогноз, таким образом, производится для управления Будущим. То есть, прогнозируя Будущее, мы пытаемся управлять Будущим. Действительно, исторический прогноз позволяет выявлять возможные угрозы, которые ожидают общество и государство в будущем. Имея такой прогноз можно воздействовать на лица принимающий решения с целью минимизации (максимизации) рисков от выявленных угроз. В этом заключается суть управления Будущим с помощью прогнозирования истории.Предметом наших исследований является историческое обучение в условиях жесткого информационного противоборства заинтересованных сторон: государства, бизнеса, геополитических конкурентов и т.д. Нас будет интересовать влияние исторического обучения на динамику развития государства и общества. Таким образом, управляя Прошлым, мы попытаемся управлять Настоящим и Будущим. В этом заключается принципиальное отличие предлагаемого направления от исторического прогноза.

 

1. Процесс научения и исторический информационный менеджмент

Процесс научения человека складывается из процессов адаптации и обучения. В первом случае, в качестве учителя выступает «природа» - окружающая среда. Во втором – человек-учитель (наставник). И «природа», и учитель являются источниками информации. Результаты научения человека поддаются оцениванию [2]. В частности, можно оценить: какой из него вышел специалист, гражданин, муж (жена), отец (мать) и т.п. Качество специалиста-инженера, техника, менеджера напрямую зависит от качества преподавания естественнонаучных дисциплин, качество гражданина – от преподавания и содержания гуманитарных предметов и в первую очередь истории. В процессе научения у человека формируется множество адаптивных архетипов – шаблонов поведения и принятия решений в различных условиях обстановки (ситуациях) [3]. Таким образом, обучая можно управлять поведением, деятельностью и судьбой человека.

Исторический информационный менеджмент – эффективный метод управление поведением целевых аудиторий и Будущим с помощью процессов исторического обучения. Рассмотрим механизмы данного вида управления. Для этого согласимся, что всегда существовало три направления в историографии.

Первое, основное, – историография, в основу которой положен закон экономической целесообразности. Историография, представляющая интересы капитала и власти, в лице официальной истории и обслуживающей ее академической. Испокон веков данная история доказывала права на власть и капитал победителей и власти имущих. Отметим, что данные «виды историй» могут создаваться как в интересах государства, с целью обеспечения его суверенитета, так и Глобальным центром капитала и власти [3], последнее означает, что государство потеряло свой суверенитет. В последнем случае это так, если даже история «суверенного» государства отстаивается в его учебниках истории и «академических исследованиях». Это всего лишь значит, что такой «суверенитет» на данный момент выгоден Глобальному центру капитала и власти. Ни один историк, работающий в данном направлении, не признается даже себе, что его исследования подчинены законам экономической целесообразности.

Второе направление популярная история (попистория), т.е. история, служащая фоном для художественных фильмов, компьютерных игр, романов и книг в стиле «фэнтази». Данное направление имеет исключительно коммерческий характер, но при этом ее информационное воздействие имеет колоссальную разрушительную силу.

Третье направление историографии – исторический «андеграунд» практически не финансируется. Историки, работающий в данном направлении пытаются объективно, избегая меркантильных соблазнов, разобраться во множестве проблем, стоящих перед историографией. К историкам данного направления, в частности, можно отнести М. Блока, Л. Гумилева…

Коль скоро историю определяет экономическая целесообразность, попробуем формализовать некоторые важнейшие задачи современной математической истории. Конкретнее, проблему влияния истории на поведение целевых аудиторий.

2.   Формализация процессов исторического информационного менеджмента

Пусть Q – множество характеристик исторических персонажей, то есть деятелей упомянутых в учебниках истории, т.е. i-ому персонажу придана характеристика Q. Из определения очевидно, что множество Q – конечное. Q(x) – функция информационного воздействия. Область изменения данной функции от -1 (злодей) до +1 (герой) [-1,+1]. Между данными крайними значениями могут находиться сколь угодно много промежуточных, наиболее часто пользуются 7-значной шкалой (в частности: «лучший», «один из многих героев», «герой, на есть круче», «ничего, но большинство лучше», «равнодушие», «так не очень», «плохой», «злодей»). Весьма часто подобный оценки носят бинарный характер -1 «злодей» и +1 «герой». Таким образом множество персонажей разделено на два множества: Q - множество «героев» и Q - множество «злодеев». Оценки «Герой» и «Злодей» вытекают из макроинформации, заложенной в головы совокупности элементов, образующей целевую аудиторию. Содержание макроинформации [6] зависит от исхода информационного противоборства сторон [2,3], воюющих за овладение капиталом и властью и связано с особенностями человеческой памяти [7].

Аналогично оценки исторических персонажей происходит оценка исторических событий S, где i = . То есть, +1 – событие сыграло положительную роль в истории страны; -1 – отрицательную. S(x) также является функцией информационного воздействия.

Перекраска персонажей и события из «черных» в «белые» тона и наоборот обычно происходит при разрыве функции исторического процесса. Разрыв функции происходит после эпохальных событий, связанных с переделом собственности. Такой передел собственности случается в результате: социальных революций; колонизации (для колонии), захвата чужых территорий (для объекта агрессии); деколонизации и освобождения оккупированных земель и т.п.. Таким образом, до и после точки разрыва функции исторического процесса новые собственники нуждаются в лиигитимизации приобретенных власти и капитала, что и является причиной пересмотра официальной истории (учебников истории).

Отметим, что наряду с точками разрыва функции исторического процесса на временной оси истории наблюдаются точки разрыва производной данной функции, Обычно данные точки связаны с великими географическими открытиями и открытиями в фундаментальной науке. После точек разрыва производной ход исторического процесса резко увеличивается, что в первую очередь сказывается на увеличении скорости изменений в обществе.

Таким образом, после прохода точки разрыва tв момент времени t tследует информационное воздействие на исторический процесс, «информационное пространство» возбуждается, «энергия» данного возбуждения распространяется в прошлое. Настоящий процесс представляет собой умножение на -1 оценок исторических персонажей в результате «Герои» становятся «Злодеями» и наоборот, подобное происходит с оценками исторических событий. «Глубина» такого возбуждения может затрагивать как новейшую историю, так и более поздние исторические события. В ходе последней стратегической операции сомнению подверглись достоинства Александра Невского, Ивана Грозного и т.д. утверждалось, что Куликовской битвы не было, как и подвига Ивана Сусанина.

Для реализации подобной операции используется широкий спектр технологий, от научного поиска до применения методов ложного доказательства и манипуляции сознанием [3].

Существуют ли критерии, позволяющие «объективно» оценить: «Действительно данный исторический персонаж является «героем» («злодеем»), а событие Х сыграло «благотворную» («трагическую») роль в истории того или иного государства?» Такие критерии существуют. Например, критерий «от противного», связанный с той же экономической целесообразностью. Суть критерия заключается в том, что «герой», в глазах геополитического конкурента России, является «злодеем», а для России наоборот. Так Александр Невский для Запада – «злодей», для России – «герой», поскольку все деяния нашего Святого были направлены против интересов Запада и способствовали становлению русской государственности. Это известный пример, приведенный в свое время Львом Гумелевым [8]. Получается, что оценки «герой» – «злодей», «благотворная» – «трагичная» роль события зависят от ракурса. Наши конкуренты имеют такой ракурс, мы – нет. Отсутствие «государственной точки зрения» всячески поощряется и навязывается заинтересованными лицами, поскольку данный пробел открывает широкие перспективы для управления поведением граждан России со стороны ее геополитических конкурентов. Таким образом, точка зрения на официальную историю может быть также определена из экономической целесообразности. «Правильный» ракурс способствует суверенитету страны, неправильный – нет.

В информационных войнах, направленных на вывод системы (государства и/или власти – конкурента) из области устойчивости [3], подобное информационное воздействие может быть оказано в любой точке на исторической оси времени. Настоящее воздействие может носить форму искусно навязанной обществу дискуссии на тему: «Герой X вовсе не герой, а…». Так, в конце XX в. советскому обществу были навязаны дискуссии о личных качества и «деяниях» героев коммунистической эпохи государства. В результате энергия данных возбуждений распространилась как в Прошлое так и в Будущее, во многом способствуя разрушению СССР.

Что значит «энергия возбуждения» исторического пространства? Прежде всего, введем само понятие «исторического пространства». Пользуясь определениями исторического события, ключевого события или инцидента [3,9], сделаем такое определение. Историческое пространство – это множество исторических событий, связанных между собой причинно-следственными связями. Настоящее пространство образует сеть, если следовать концепции классической истории и многомерный континуум в случае вероятностной и квантовой историй [9].

Любое вмешательство в историческое пространство вызывает в нем возмущение. Например, изъятия или наоборот включение соответственно реальных и выдуманных событий, приводит к эффекту М. Блока то есть «одна маленькая ложь» влечет необходимость конструирования целых цепочек лжи, а это «хлопотное дело». Проще изменять оценки и комментарии.

Возбуждение исторического пространства, связанное с построением «цепочек лжи» трансформацией оценок и комментариев, происходит в Прошлом, а материализуется в Настоящем и Будущем. Данная материализация осуществляется через следующие механизмы управление поведением целевых аудиторий: ментальное моделирование (формирование системы убеждений); изменение отношений; синтез эмоций [7] и по следующей схеме:

«Оценки (комментарии) исторических персонажей и событий отношения к персонажам и событиям (отношение к окружению одно из: «успех»; «превосходство»; «депрессивность»; «безнадежность») эмоции (настроение) формирование системы убеждений (ментальной модели) заданное поведение (с определенной вероятностью)».

Дальновидный Центр при проведении подобной информационной операции учитывает возможные в Будущем ущербы и старается минимизировать риски, но это бывает редко, обычно приходится «учиться на ошибках». Яркими примерами являются попытки Сталина и Путина возвратить России ее подлинных героев и святых. Данные усилия по исправлению ошибок радикальных большевиков и либералов носили фрагментарный и не системный характер.

Следует отметить, что на поведение людей помимо исторического образования влияет множество других информационных воздействий, например попиндустрия, СМИ, глянцевые журналы, реклама и т.п. Однако, неоспоримо то, что историческое образование в силу своей системности, регулярности и времени воздействия оказывает существенное влияние на формирование системы убеждений (ментальная модель) [4] и базовых отношений. Одновременно отметим, что наши исследования не исключают поиска эффективных технологий противодействия информационной агрессии со стороны Глобального центра капитала и власти и деструктивному влиянию на население отечественных СМИ.

В настоящее время существуют эффективные методики измерения отношений, ментального состояния, которое определяет восприятие индивидуумом факторов внешней среды и его реакции на них [2], системы ценностей и психического состояния людей [7]. То есть существует возможность измерять составляющие состояния человека, которые во многом определяют его поведение, и на которые оказывает влияние процесс исторического обучения.

Таким образом, информационное воздействие, связанное с историческим обучением (образованием), может являться как механизмом подавления, так и механизмом, оказывающим прогрессивное влияние на развитие общества и государства (Объекта).


Для анализа рассматриваемой ситуации можно привлечь теорию информационных войн [2,3]. Рассмотрим организационную систему, включающую в себя противоборствующие стороны с их агентами, группу из N заинтересованных лиц и Объект, представленную на рис. 1. (здесь для компактности, изображен только один член группы). Объект это целевая аудитория, поведением которой стремятся управлять противоборствующий стороны, с целью овладения капиталом и властью. Интеллектуальный механизм информационного противоборства (ИМИП) предполагает обучение и гибкое реагирование элементов систем агитации «центр – агенты» в борьбе с соперником за влияние на Объект. Формально, ИМИП включает в себя интеллектуальный механизм агитации (ИМА) Центра = {,} и ИМА его Соперника = {,} и обозначается как = {,} = {{,},{,}}. Здесь Центр – Глобальный центр капитала и власти. Как и ранее, целью Центра является подавление Объекта, т.е. управление поведением целевой аудиторией в своих интересах. Соперник – национальное государство.

Известно [3], что агитация Соперника неэффективна, если нормы заинтересованных лиц не зависят от мнения r его агента. Действительно, в условиях отсутствия информационного противодействия со стороны национального государства, т.е. паралича административных механизмов защиты государственного образования и информационного пространства от информационной агрессии, нормы всех заинтересованных лиц будут задаваться Глобальным центром капитала и власти. Данное положение является следствием математического моделирования процессов информационного противоборства на основе базовых моделей конкурентной борьбы [3]. Отсюда, в соответствие со следствием теоремы о подавляющих механизмах агитации механизм информационного противоборства S={SA,SC}={{SС,SA},{SСC,SAC}} в рассматриваемом случае является подавляющим. То есть, Глобальный центр капитала и власти, будет контролировать поведение целевых аудиторий в национальных государствах. Это одно из условий потери суверенитета. Данный результат определяет актуальность исторического информационного менеджмента в условиях глобальной информационной войны, направленной на лишение суверенитета России.

3.   Упрощенная математическая модель исторического информационного менеджмента

В основу математической модели исторического информационного менеджмента положена гипотеза об экономической целесообразности выбора варианта истории из множества альтернативных вариантов. При таком предположении такая модель может быть представлена в виде следующей системы уравнений:

где r – коэффициент дисконтирования, используемый для приведения будущих доходов к текущему моменту времени t, 0<r<1; T – «дальновидность» Центра управления историческими процессами, исчисляемая в периодах времени, – стимул Элемента (объекта информационного воздействия), зависящий от показателем его выхода уt и плана xt. k – коэффициент сопряжения. dQ(x(t))/dt – динамика изменения характеристик исторических персонажей (аналогично в левой части может быть S(x(t))/dt – динамика изменения оценок событий, dQ(x(t))/dt и S(x(t))/dt взаимосвязаны и взаимозаменяемы, поскольку с изменением оценок событий изменяются и характеристики персонажей). Первое уравнение в системе связывает изменения в трактовке истории со стимулом объекта информационного воздействия. Второе уравнение является критерием принятия решения в периоде t, то есть предлагаемая система уравнений описывает процесс информационного исторического менеджмента. «Дальновидность» Центра управления оценивается не только глубиной видения Будущего, но и глубиной обозрения Прошлого. Первое уравнение характеризует амплитуду и скорость распространения возмущений в информационном пространстве. Распространение возмущения не происходить мгновенно, поскольку данный процесс связан с закономерностями распространения информации в условиях информационного противодействия и особенностями трансформации информации в макроинформацию, формирования систем убеждений и отношений. Второе уравнение величина прибыли или ущербов (убытков), следующих от возмущения информационного пространства. Из сказанного следует, что процессы конструирования альтернативных историй связаны со спекулятивными рисками.

Рассмотрим пример. Марк Блок предположил [10], что диплом Карла Великого, «доказывающий», что Барбаросса прямой его наследник и имеет полное право на римский престол, был изготовлен манипуляторами, имеющими далеко идущие планы. Предположим, что гипотеза французского историка является истиной. Если это так, получится, что эта фальшивка («возбудитель» информационного пространства) была сфабрикована с целью спровоцировать Фридриха Барбароссы на великие завоевания, которые должны были, в конце концов, обеспечить его господство над Римом. Иными словами, корыстными злоумышленниками был создан стимул для Ф. Барбароссы, который должен был подтолкнуть его на совершение «священного деяния». Таким образом, получается, что возбуждение прошлого (описываемое первым уравнением) материализовалось в крестовом походе Барбароссы. Данный крестовый поход с одной стороны мог привести к громадной прибыли (Фридрих во главе возрожденной Римской империи), с другой – к тяжелым ущербам, что и случилось рыжебородый гигант утонул во время похода (второе уравнение).

Приведенный методический подход позволяет решать несколько типов задач. В частности, планируя определенную прибыль, сформировать информационное воздействие в виде варианта истории. Здесь возможны самые разные варианты: от фабрикации исторических документов «доказывающие» права на собственность, до переписывания всей истории, в результате которого возникают и пропадают целые государства. Другой тип задач связан с оценкой рисков от возмущений исторического пространства. Переписывая или «подправляя» историю следует оценить вероятности возможных прибылей и ущербов.

4.   Один пример эффективности применения методов информационного исторического инфорационного менеджмента

Таким образом, информационный исторический менеджмент это направление математической истории, предметом управления которого является Настоящее и Будущее, а управляющими воздействиями – историческое обучение. Таким образом, мы пытаемся управлять Прошлым для того, чтобы воздействовать на ход Настоящего и Будущего. Насколько это возможно и эффективно демонстрирует пример неудачно проведенной на Правобережной Украине реформы образования. Последствия данной реформы имели трагические последствия.

Стратегической ошибкой, совершенной царской администрации в конце XVIII века, было сохранение на Правобережней Украине системы польского образования. Данная система объединяла учебные заведения различных уровней: высшего, среднего (четырехклассные и шестиклассные училища) и низшие (трехклассные школы).

Настоящая система была шляхетско-польской и реализовывала принципы школьного образования, разработанные в духе идеологии Просвещения Эдукационной Комиссией (1773–1776 гг.). Основной целью этой Комиссии явилась организация на базе иезуитских коллегий и школ национального светского образования и воспитание у молодежи польского патриотического духа. На момент присоединения Правобережья к России на территории Подольской губернии действовали пять средних учебных заведений (три государственные академические школы и две при монастырях), а в Волынской – 11 (одна гимназия, семь школ при монастырях и три академические школы), особенно славились Винницкая и Кременецкая академические школы, позже преобразованные в гимназии. Основной контингент учащихся средних учебных заведений, окончание которых давало право поступать в университет, в данном случае – виленский, составляли выходцы из польской и полонизированной украинской шляхты. В течение 80-х гг. XVIII в. образуется также сеть школ низшего уровня, которых было явно недостаточно для реализации идеи всеобщего просвещения. По данным на 1805 г., в Подольско губернии насчитывалось всего 16 приходских школ(268 учащихся), а в Волынской – 28 (505 учащихся), в 1811 г., их было соответственно 24 (488 учащихся) и 62 (1508 учащихся), в 1822г. – 43 (828 учащихся) 37 (626 учащихся) [11]. Обучение во всех типах школ велось на польском языке, обязательными были также уроки католической религии, что в условиях приходских школ, где большинство учеников составляли дети крестьян непольского происхождения, отнюдь не способствовало эффективности обучения. Тем не менее, украинский язык (как и белорусский на северо-восточных «кресах») из-за боязни утраты польского влияния считается неприемлемым даже в низших школах. Г. Коллонтай исключает из проекта украинские школы и преподавание русского языка, равно как и преподавание православной религии, из-за боязни возникновения нежелательных настроений и отхода от католицизма.

Коллонтай (Гуго) (1750–1812) это глава польской либеральной партии и наиболее выдающийся польский публицист последних лет независимого существования Польши Принимал деятельное участие в работах эдукационной комиссии, сосредоточивавшей в своих руках дело народного образования. Во время восстания Т. Костюшко занимал должность члена учрежденного в Варшаве народного совета и управляя финансами, Коллонтай принимал деятельное участие в этой последней борьбе за независимость Польши. В эту пору он стал во главе партии крайних революционеров, намеревавшихся вести дело освобождения Польши при помощи тех средств террора, которые так успешно послужили французской республике. Деятельность Коллонтай за данное время вызвала впоследствии многочисленные нарекания со стороны его политических врагов, обвинявших его не только в прикосновенности к варшавским убийствам, но даже и в присвоении казенных денег. После подавления восстания Коллонтай бежал в Австрию, но здесь был схвачен и заключен в тюрьму, сперва в Иосифштадте, потом в Ольмюце (1795–98, 1798–1802). Освобожденный в 1802 г. по хлопотам князя Ад. Чарторыйского, он поселился на Волыни и занялся сельским хозяйством.

Украинская часть населения имела доступ к учебным заведениям: элита – к польским гимназиям и академическим школам, крестьянство – к школам приходским. Однако если на Левобережной Украине в XVIII в. существовала разветвленная система школ при казацких полках с преподаванием на «простой мове», то на Правобережье количество собственно украинских школ было ничтожно мало [11].

После включения Правобережья в Российскую империю царское правительство оказалось перед фактом наличия на данной территории уже сформировавшейся системы образования – польской.

Подолье и Волынь вместе с бывшими белорусскими и литовскими землями Речи Посполитой в 1803 г. объединились в составе Виленского учебного округа, попечительство которым было вверено А. Чарторыйскому, куратору университета. Руководство деятельностью гимназий осуществлялось им же при содействии инспекторов. Инспектором Подольской, Волынской, а также Киевской губерний с 1803 по 1812 гг. был другой не менее известный деятель польского национального движения, Т. Чацкий. В те времена поляки – в первую очередь кн. А.Е. Чарторыйский – являлись весьма влиятельной силой при императорском дворе. Следует отметить, что в первые годы правления Александра I князь Адам Чарторыйский был самым близким к нему человеком, "самым интимным поверенным" и его "правой рукой" и, как следствие этого, "самым влиятельным человеком в России" вообще. Сам он так характеризует свое положение: "Как ни малозначительна было моя роль в текущих делах, я все же более, чем кто-либо другой, пользовался доверием Александра. Со мной он чувствовал себя свободнее, доверял мне больше чем другим; я мог лучше понять его мысли, и мне было легче сказать ему правду о людях, делах и о нем самом".

8 сентября 1802 года был подписан проект учреждения министерств. Согласно ему Чарторыйский заседал, в частности, в Комиссии военных школ и в Комитете по таможенным тарифам. Однако наиболее активным и заинтересованным было участие князя в подготовке реформы народного просвещения и в работе учрежденной в ходе этой реформы Комиссии. В это время начинается процесс активного внедрения концепта «Украина». Возникают понятия протоукры, также древние укры и протоукраинцы – мифические древние родоначальники современной украинской нации. Данный концепт был впервые введен в оборот польским графом Тадеушем (в русских текстах – Фаддеем) Чацким (Tadeusz Czacki) в его сочинении «O nazwisku Ukrainy i początku kozaków», изданном в Варшаве в 1843 году. Т.Чацкий утверждал, что древние укры, положившие начало украинской народности, были кочевой ордой и пришли на Днепр из заволжских степей в VII веке нашей эры. Идея о глубокой древности происхождения украинцев была позднее подхвачена и развита М. С. Грушевским, отказавшимся тем не менее от явно абсурдного термина, заведомо выдуманного самим Т.Чацким. Второе рождение термин получил после суверенизации Украины в 1991 году [12].

При активном содействии поляков А. Чарторыйского, С. Потоцкого, С. Сташица и др. разрабатывалась и программа реформирования системы образования в России, в которой максимально был учтен опыт и достижения Эдукационной Комиссии. Реформирование это, в конце концов, по замыслу реформаторов должна была привести к украинскому сепаратизму и отторжению Украинской России. Польская заинтересованность в украинском сепаратизме лучше всего изложена польским историком Валерианом Калинкой [3], понявшим бессмысленность мечтаний о возвращении юга России под польское владычество.

Он писал: «Край этот потерян для Польши, но надо сделать так, чтобы он был потерян и для России. Для этого нет лучшего средства, чем поселение розни между южной и северной Русью и пропаганда идеи их национальной обособленности». В этом же духе составлена и программа Людвига Мерославского, накануне польского восстания 1863 года [14].

Система учебных заведений, созданная за время работы Эдукационной Комиссии, была сохранена практически в неизменном виде, обучение в гимназиях по-прежнему велось на польском языке по откорректированным программам. Небольшие изменения произошли в наборе дисциплин для учащихся гимназий, добавились новые языки: русский и греческий. Однако тех учебных заведений, которые находились в руках иезуитов и других католических орденов, а также василиан, реформа вообще не коснулась. (Базилиане или василиане, греко-униатский монашеский орден св. Василия Великого, возник в XVII в. в Польше вследствие преобразования православных монастырей по римско-католическому образцу).

Сохранение польской в своей основе системы образования и преподавания на польском языке на Правобережье создавало условия для своеобразной языковой и культурной автономии западных губерний и укрепляло позиции польской культуры как альтернативы культуре русской. По-прежнему ощущалась общность научно-образовательного пространства на всей территории бывшей Речи Посполитой благодаря налаженной системе распространения книг и периодических изданий. Преподаватели, в большинстве своем сами выпускники польских гимназий и Виленского университета, способствовали этому.

В ходе реформы образования А. Чарторыйского на бывших территориях Речи Посполитой были основаны польские университеты в Вильно и Харькове. В результате поляки оказались властителями умов в малороссийском крае. Известна роль польского кружка в харьковском университете, в смысле пропаганды малороссийского наречия, как литературного языка. Украинскому юношеству внушалась мысль о чуждости общерусского литературного языка, общерусской культуры и, конечно, не забыта была идея нерусского происхождения украинцев. Гулак и Костомаров, бывшие в 30-х годах студентами Харьковского университета, подверглись действию этой пропаганды.

В 1847 году Костомаров, вместе с Белозерским, Гулаком и Шевченко, основал в Киеве, «Кирилло-Мефодиевское Братство», тогда же он написал «Книги бытия украинского народу» – своеобразную политическую платформу, где казацкое устройство противопоставлялось аристократическому строю Польши и самодержавному укладу Москвы. Как писал Н. Ульянов [4]: «Костомаров в тот период был достаточно невежественен в украинской истории [14]. Впоследствии он хорошо узнал, кто такой был Свирговский и зачем ходил в Валахию. Но в эпоху Кирилло-Мефодиевского Братства, грабительская экспедиция польских шляхтичей легко сошла у него за крестовый поход и за служение «Богу, а не идолу золотому».

Таким образом, Н.И. Ульянов [14] считает, что все ранние статьи Костомарова написаны без достаточного знакомства с предметом и совершенно не аргументированы. Первое глубокое погружение его в исторические источники произошло в 50-х годах, когда он начал работать над историей Богдана Хмельницкого.

Демократом Н. Костомаров остался навсегда, но занятия малороссийской историей произвели в его украинско-националистических воззрениях целый переворот. Крепостнические устремления казачества открылись ему в полной мере, и уже не слышится под конец жизни историка восторженных гимнов запорожскому «лыцарству». Очевидна стала несправедливость и нападок на Екатерину II, как главную виновницу закрепощения украинского крестьянства. Под конец, Костомаров вынужден был назвать «Историю Русов» «вредным» произведением. Оставшись украинцем до самой смерти, он, тем не менее, подверг очень многое строгой ревизии. Даже царь московский перестает быть «идолом и мучителем». В 1882 г., в статье «Задачи Украинофильства», он упоминает о царе в совсем ином тоне: «Малорусс верен своему царю, всей душой предан государству; его патриотическое чувство отзывчиво и радостью и скорбью к славе и к потерям русской державы ни на волос не менее великорусса, но в своей домашней жизни, в своем селе или хуторе, он свято хранит заветы предковской жизни, все ее обычаи и приемы, и всякое посягательство на эту домашнюю святыню будет для него тяжелым незаслуженным оскорблением».

Под старость, Н. Костомаров перестает приписывать малороссам не существовавшую у них враждебность к единому российскому государству, перестает возбуждать и натравливать их на него. Политический национализм представляется ему, отныне, делом антинародным, разрушающим и коверкающим духовный облик народа. Таковы, например, его высказывания против упорного стремления некоторых кругов искусственно создать новый литературный язык на Украине.

Сходную с Костомаровым эволюцию совершил Пантелеймон Александрович Кулиш (1819–1897) – талантливый малорусский поэт, публицист и историк. Кулиш являлся членом Кирилло-Мефодиевского братства; вместе с Костомаровым и Шевченко был арестован и посажен на 2 месяца в крепость, затем на 3 года водворен в Туле. В 60-х и 70-х годах Кулиш писал стихи и повести на малорусском языке, преимущественно в галицийских изданиях; перевел на малорусский язык Пятикнижие, Псалтырь и Евангелие. С начала 70-х годов Кулиш обратился к историческим занятиям - и с этого времени в нем происходит резкая перемена взглядов и убеждений, выразившаяся в порицании казачества и в особенности Запорожья, в симпатии к власти и начальству, начиная с старопольской шляхты, в прославлении Екатерины II за уничтожение Запорожья.

Окончательно порвать с украинизмом, которому они посвятили всю жизнь, ни Кулиш, ни Костомаров не нашли в себе сил, но во всей их поздней деятельности чувствуется стремление исправить грехи молодости, направить поднятое ими движение в русло пристойности и благоразумия. Тем не менее, семена украинского национализма и сепаратизма были посеяны. Тяжелыми оказались последствия неразумной и непоследовательной политики России в сфере образования. В дальнейшем, через 200 лет они привели к разрыву единого русского государства и до сих пор отравляют русско-украинские отношения.

В соответствии с теорией информационных войн [17] для того чтобы победить в такой войне достаточно запустить один из ее подавляющих механизмов и противник, рано или поздно, будет повержен. Так, в самом начале XIX в. князь А. Чарторыйский, будучи куратором реформы «народного просвещения», запустил этот механизм, который стал воспроизводить разрушителей (заинтересованных лиц-идеологов сепаратизма) славянского единства. Даже осознав преступность своей деятельности, некоторые «винтики» данного чудовищного механизма (Костомаров и Кулиш, в частности) не могли хоть как-то повлиять на ход процесса разрушения. Идеологи сепаратизма, в свою очередь, породили УНА-УПСО. Этот механизм, не требуя каких-то сколь значимых ресурсов, продолжает свою деструктивную деятельность. Только специальная стратегическая информационная операция в состоянии переломить ситуацию.

Литература

1.  МАЛИНЕЦКИЙ Г.Г., ПОДЛАЗОВ А.В. Математическое моделирование исторических процессов. М. Информационные войны, № 1(5), 2008, с. 23-33.

2.  БУХАРИН С.Н., ЦЫГАНОВ В.В. Методы и технологии информационных войн. М.: Академический Проект. 2007. 382 С.

3.  ЦЫГАНОВ В.В., БУХАРИН С.Н. Информационные войны в бизнесе и политике. Теория и методология. 2007. 335 С.

4   КОННЕР Дж., МАКДЕРМОТ И. Искусство системного мышления. М.: Альпина бизнес букс. 2006. 371 С.

5.  САХАРОВ А.Н. Россия: Народ. Правители. Цивилизация. М. 2004. 955 С.

6. ЧЕРНАВСКИЙ Д.С., ЧЕРНАВСКАЯ Н.М., МАЛКОВ С.Ю., МАЛИНЕЦКИЙ Г.Г., МАЛКОВ А.С. Борьба условных информаций./ М.: Информационные войны. №1. с. 3-15.

7.  АТКИНСОН Р.Л., АТКИНСОН Р.С., СМИТ Э.Е., БЕЕМ Д.Дж., НОЛЕН-ХОЭКСЕМА. Введение в психологию. С.-Пб.: Прайм-ЕВРОЗНАК. С. 816.

8.  ГУМИЛЕВ Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М.: АСТ, 2001, С. 560.

9. ПЕРЕСЛЕГИН С. Б. Проблема будущего» и философия истории. www.igstab.ru/materials/PeresleginEsse.htm

10.БЛОК М. Антология истории или ремесло историка. М.: Наука, 1973. 420 С.

11. ОСТАПЧУК О.А. Языковая ситуация на Правобережной Украине. Регионы и границы Украины в историческо ретроспективе. Под ред. Л.Е. Горизонтова. М.: Институт славяноведения РАН, 2005. С. 65, 66.

12.України «Варта», 2003. ISBN 966—585-046-6.

13.КАЛИНКА В. "Ostatnie lata panowania Stanisława Augusta" (в X т. "Zbior pamiętnikow z XVIII w.", 1868) и "Sejm czteroletni" (I т., 1880 г., II – 1884 и 1886).

14.УЛЬЯНОВ Н.И. Происхождение украинского сепаратизма. М.: Грифон, 2007.С. 296.

15. КОСТОМАРОВ Н. И. — «Гетман Иван Свирговский», Исторические монографии т. 2, СПБ. 1863.

16. ГРУШЕВСКИЙ М. — Иллюстрированная История Украины. М.: Сварогог и К. Чистые родники. 2001. С. 533.

17. ЦЫГАНОВ В.В., БУХАРИН С.Н. Информационные войны в бизнесе и политике. Теория и методология. М.: Академический Проект. 2007. С. 335.

Виктор Ковалев

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.

Сейчас на сайте

Сейчас 122 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте