От этноцида к геноциду

Автор: Кирилл Шевченко

 


Полная версия доклада доктора исторических наук, профессора кафедры гражданского права и процесса РГСУ, заведующего Центром евразийских исследований Филиала Российского государственного социального университета в г. Минске Кирилла Владимировича Шевченко, тезисы которого прозвучали на круглом столе «Первая мировая, Возвращение памяти», состоявшегося 19 сентября в Посольстве Российской Федерации в Республике Беларусь.

 


 


От этноцида к геноциду

Австро-Венгрия и русины в Первую мировую войну

 

Массовые военные преступления Австро-Венгрии против собственного восточнославянского населения в лице русинов Галиции, Буковины и Угорской Руси, совершенные в ходе Первой мировой войны, представляют собой не только малоизвестную, но и искусственно замалчиваемую позорную страницу европейской истории ХХ века. Между тем, наряду с многострадальными сербами, трижды оказывавшимися первыми жертвами агрессии западных держав в ХХ веке – сначала Австро-Венгрии в 1914 г., затем нацистской Германии в 1941 г. и, наконец, НАТО в 1999 г. - русины стали одним из самых пострадавших от действий австро-венгерской военщины народов Европы. Масштабы, системный характер и крайняя степень жестокости австро-венгерских военных преступлений против русинов позволяют утверждать, что имел место заранее спланированный Веной геноцид. В свете совершенных Австро-Венгрией кровавых репрессий против мирного русинского населения расхожий имидж Дунайской монархии как толерантного и цивилизованного европейского государства с венской оперой и вальсами Штрауса в качестве визитной карточки не вполне соответствует историческим реалиям и нуждается в существенной корректировке.

Итогом развязанного Веной кровавого террора стало истребление ранее доминировавшей русофильской части русинского общества, которая считала русинов частью единого общерусского цивилизационного пространства от Карпат до Камчатки. По сути, австро-венгерские власти в ходе Первой мировой войны выступили в роли палача, осуществившего коллективную казнь общерусской идентичности в Галиции при  деятельном участии галицких украинофилов. В ходе практикуемых австро-венгерской военщиной массовых расстрелов, на виселицах, в тюрьмах и в концлагерях были уничтожены крайние юго-западные рубежи русского мира. На его развалинах  окончательно утвердились идейные враги галицких русофилов в лице украинофилов, поддерживаемых австрийцами. После Первой мировой войны русофильская Галиция коренным образом поменяла свой этнокультурный облик, превратившись в бастион украинского национализма, символом которого она остается и по сей день, играя зловещую роль в продолжающейся гражданской войне на Украине.

 

***

Русины Галиции и Угорской Руси, входившие к началу Первой мировой войны соответственно в австрийскую и венгерскую части Австро-Венгрии, являлись крайним юго-западным рубежом общерусской цивилизации, сохранившим, вопреки длительной полонизации и мадьяризации, этнокультурное своеобразие и осознание своего родства с русским миром. Уже первые представители нарождавшейся русинской интеллигенции и общественной мысли были убежденными сторонниками общерусского единства, считая карпатских и галицких русинов неотъемлемой частью единого русского народа от Карпат до Тихого океана. Примечательно, что именно русинские деятели в значительной степени способствовали складыванию славянофильского направления русской общественно-политической мысли, как, например, известный историк-славист и русин по происхождению Ю. Венелин, некоторое время бывший учителем в семье Аксаковых.

Австрийские власти, панически боявшиеся угрозы сепаратизма со стороны русинов, населявших северо-восточные провинции Дунайской монархии, которые граничили с Россией, стремились любыми путями ослабить русофильские настроения среди русинского населения с помощью весьма изощренных методов этнокультурной инженерии. Со второй половины XIX века эта политика приобретает все более последовательный характер, выражаясь в запретах использовать русский литературный язык в русинской прессе, в попытках заменить кириллицу латиницей, а также в стремлении реформировать используемую русинами кириллицу так, чтобы она как можно сильнее отличалась от русского литературного языка. Однако наибольшее внимание Вена уделяла трансформации самосознания русинского населения, стремясь вытравить из него русофильские идеи и сформировать новую идентичность на антирусской основе, трактуя русинов как особый народ, цивилизационно чуждый и даже враждебный русскому миру. Именно этим объясняется широкая поддержка австрийскими властями украинофильского движения в Галиции, ставшего распространяться во второй половине XIX в. Данная поддержка носила тщательно организованный и системный характер, выражаясь в финансировании украинофильских обществ, научных изданий, периодической печати, в реформах сферы образования и в конфессиональной области. Так, в мощное орудие украинизации русинов Галиции была превращена греко-католическая церковь. По существу, изощренные этнокультурные эксперименты Вены в отношении собственного русинского населения представляли собой  политику последовательного этноцида. Частично эта политика достигла своей цели – в Восточной Галиции возникло щедро подпитываемое австрийскими властями агрессивное украинофильское движение, которое сразу вступило в борьбу с галицкими русофилами.  

Начало Первой мировой войны сразу повлекло широкомасштабные репрессии австро-венгерских властей против галицких и угорских русинов. Репрессии проводились организованно, целенаправленно и системно, охватив как тыл, так и прифронтовые области. Жертвой репрессий стали все социальные слои русинского общества – от русинских депутатов австрийского рейхсрата и лидеров русофильского движения до рядовых крестьян, подозреваемых в прорусских настроениях.

С начала августа 1914 г. австрийскими властями были закрыты все русские общества и организации во Львове и в других крупных городах Галиции, а их участники подверглись репрессиям. Австрийские власти начали массовые аресты русофилов и лиц, подозреваемых в русофильстве, по доносам провокаторов-украинофилов. По словам современника тех трагических событий, «в самом начале войны австрийские власти арестуют почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и переданным административным и военным властям украинофилами… Каинова работа своих же вызывала особый ужас и отвращение… Хватали как подозрительных всех, кого можно было заподозрить в каких-либо симпатиях к России, русской культуре – достаточно было когда-то побывать в России, быть членом читальни общества им. Качковского, читать русскую газету…».[1]

Для арестованных русофилов в начале сентября 1914 г. в австрийской Штирии был создан концентрационный лагерь Талергоф, явившийся творческим вкладом австрийских властей в технологию борьбы с инакомыслием среди граждан собственного государства. Многочисленные воспоминания выживших узников Талергофа свидетельствуют о том, что обычной практикой концлагеря были изощренные пытки и издевательства по отношению к заключенным; санитарные условия в лагере «были ужасны… Бараки были переполнены… Вместо положенных 200 человек в них помещалось до 500… Эпидемия тифа унесла, начиная с ноября 1914 г., за два месяца, до трех тысяч жертв».[2] Наибольшими зверствами по отношению к заключенным отличались сотрудники концлагерной администрации из числа галицких украинцев.

По подсчетам активистов русинского движения в Северной Америке, через Талергоф в общей сложности «прошло свыше 30 тысяч человек крестьян, интеллигентов и священников, число которых достигло 800. Тысячи заключенных погибли от голода, заразных болезней и побоев…». По сути, в Талергофе был ликвидирован цвет русофильской интеллигенции Галиции, а сам концлагерь вошел в историческую память галицких и угорских русинов как символ мученичества за народность и веру.[3] Помимо Талергофа русинские русофилы томились и в ряде других австрийских концлагерей, включая Терезин, Куфштейн и Шпильберг.

Положение мирного русинского населения в прифронтовой зоне было еще более отчаянным. Австро-венгерская администрация «фактически использовала по отношению к собственным подданным режим военной оккупации, и к тому же весьма жестокой. Казни часто были массовыми и публичными, расправы нередко проводились на месте, без какого-либо подобия суда. Иногда уничтожались целые деревни. Простое подозрение было достаточным для того основанием…».[4] В соответствии с показаниями очевидцев, «только в одном селении Камен-Броды в Галичине палачи через единственную петлю повесили 70 крестьян на глазах их матерей, жен, детей, а затем убитых докалывали штыками».[5] По подсчетам современных историков, общее число убитых в ходе австро-венгерских репрессий русинов за все время Первой мировой войны составило не менее 150 тысяч человек.

Массовый террор и военные преступления против русинского населения, осуществлявшиеся в крайне жестоких формах, позволяют говорит о том, что антирусинская политика австро-венгерских властей с началом Первой мировой войны эволюционировала от последовательного этноцида к откровенному геноциду. Ранее доминировавшая среди русинов русофильская интеллигенция, ставшая главным объектом точечного австро-венгерского геноцида, была в значительной степени уничтожена при деятельном участии галицких украинофилов, которые после Первой мировой войны стали определять этнокультурный облик Восточной Галиции, окончательно превратившейся в «украинский Пьемонт».

Собственно, сам этноним «украинец» в качестве самоназвания местного восточнославянского населения получил широкое распространение именно после Первой мировой войны, окончательно вытеснив в Восточной Галиции, вошедшей в состав межвоенной Польши, традиционное самоназвание «русин». В отличие от Восточной Галиции, в Угорской Руси, вошедшей в 1919 г. в состав Чехословакии под названием «Подкарпатская Русь», длительное время сохранялась традиционная русинская идентичность и присущая ей русофильская система ценностей, а самоназвание «украинец» было практически неизвестно большинству местного населения. По иронии судьбы, окончательная украинизация русинов Подкарпатской Руси, начатая в 1945 г., стала результатом политики СССР в главе со Сталиным, который явился и главным архитектором украинских границ, включив в состав УССР Восточную Галицию со Львовом в 1939 г. и Подкарпатскую Русь в качестве Закарпатской области Украины в 1945 г.  

Трагические события Первой мировой войны и развязанного Австро-Венгрией геноцида русинов Галиции и Угорской Руси приобретают особое звучание в настоящее время, когда после майданного переворота на Украине в феврале 2014 г. в условиях цивилизационного разлома и начавшейся кровавой гражданской войны политика Киева в отношении Донбасса и других русскоязычных регионов Украины все больше напоминает политику Австро-Венгрии в отношении русинов. 

Кирилл Шевченко

 



[1] Пашаева Н.М. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва, 2007. С. 105.

[2] Там же. С. 108.

[3] См. Талергофский альманах. Львов, 1930.

[4] Айрапетов О.А. Участие Российской империи в Первой мировой войне (1914-1917). Том I. Москва, 2014. С.97.

[5] Аристова Т.Ф. Федор Федорович Аристов и карпаторусская проблема // Аристов Ф.Ф. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва, 1995. С. 10.

 

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.