ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Рубеж Святой Руси в прошлом, настоящем и будущем

Валентина Теплова: «Православная историко-церковная школа Беларуси XIX-начала XX в.: истоки и традиции.

Доклад Валентина Теплова на первой конференции
памяти Игоря Вацлововича Оржеховского
«Западнорусизм: прошлое и настоящее»

18 апреля 2012 года с 17.00 до 19.30 состоится заключительное заседание в онлайн режиме.

Возрождение православия, которое Беларусь пережила в конце XVIII – начале XX века породило уникальное явление – блестящую плеяду православных историков, мировоззрение и научная деятельность которых еще ждет своего осмысления [19, с. 89–116][1].

 

Появление этой историко-церковной школы было вызвано не только процессом зарождения православной белорусской интеллигенции с ее обостренным чувством прошлого и глубоким интересом к тому историческому пути, который прошли восточные славяне на протяжении своего более чем тысячелетнего существования, но и восстановлением утраченных традиций православной культуры (slavia orthodoxa) [34, с. 31-32]. Не случайно именно в XIX – начале XX вв. появляются фундаментальные труды, раскрывающие сложные, подчас трагические страницы истории Православной Церкви Беларуси.

Истоки изучения истории православия на белорусских (западнорусских) землях своими корнями уходят в конец XVIII в. и связаны с именем архиепископа Могилевского Георгия (Конисского). Интерес иерарха к историческому прошлому Беларуси объясняется, прежде всего, его церковной деятельностью, связанной с защитой попранных гражданских прав православного населения Речи Посполитой, хотя, по замечанию биографа владыки – М. Павловича, «видно, что Конисский по призванию и по образованию был историк; видно, что он любил историю, и что она составляла обычное его занятие» [31].

Одним из первых шагов епископа Георгия при вступлении на Могилевскую кафедру стала систематизация епархиальной документации и формиравание архива, которого до прихода святителя не существовало. Его предшественник, епископ Сильвестр Четвертинский, отмечал, что еще при пожарах во время Северной войны погибло множество фундушевых грамот Могилевской кафедральной церкви Св. Спаса и других храмов епархии [1, с. 653, прим. 2]. Несколько позднее епископ Иероним Волчанский сообщал в Св. Синод: «Во время шведской войны в Польше многие города, села и деревни, также церкви и монастыри  благочестивые разграблены, а иные сожжены, как и город Могилев со всеми церквами и кафедрою <…>»[23, лл. 1-2].

Однако были и другие причины гибели церковных документов. Зачастую это было связано с деятельностью правящих католических верхов, представители которых прятали королевскее привилеи на свободное отправление обрядов православным населением, фундушевые записи на земельные владения и т.п. Инициаторами уничтожения документов Православной Церкви являлось и католическо – униатское духовенство. Примером может служить нападение католических миссионеров и шляхты в 1751 г. на Марков монастырь в Витебске. Как сообщил игумен монастыря Иакинф Пелкинский, святыня была разграблена, монахи разогнаны, документы и привилеи насильно отобраны. Позже они погибли при пожаре доминиканского монастыря [23, лл. 1-2].

Неудивительно, когда возник вопрос о поставлении новога иерарха на Могилевскую кафедру после смерти епископа Иеронима Волчанского и Св. Синод обратился к наместнику могилевскому иеромонаху Иакову Ильницкому и киевскому митрополиту Тимофею с просьбой разыскать в местных архивах древние грамоты и привилеи на Белорусскую епархию, то и тот, и другой вынуждены были ответить, что таковых “не сискалось”[23, л. 156].

Первое знакомство епископа Георгия с епархиальной канцелярией поразило его упадком и запустением. «В архиве катедральной здешней и канцелярии, - писал он в Синод, - никакого порядку не нахожу; присланные из <…> Синода указы к антецессорам моим некоторые пособирал я, и не знаю все ли, особливо что репортов при указех також и черних о отнятии на унию церквей и обидах священству прошедших годов учиненных доношений нет<> и справки учинить о том нет с кого, на умерших все слагается» [24, л. 283].

Свою работу епископ Могилевский начал со сбора королевских грамот и привилеев, которые получала Православная Церковь. Он внимательно изучил законодательство Речи Посполитой о правах православных, составил реестр отобранных церквей. В поисках исторической  правды епископ Георгий неоднократно обращался за помощью в Св. Синод и Коллегию иностранных дел, передавая сведения о всех случаях ограничения прав православных. Так в 1757 г. епископу Могилевскому было передано одиннадцать документов на владения Могилевской кафедрой, найденные в архиве князя А.Д. Меньшикова [25, л. 2-5].  Кроме того, Георгию Конисскому были направлены копии синодальных указов и формуляры доносений прежних епископов, в которых имелись сведения о православных храмах, захваченных униатами. Именно эти документы составили реестр отобранных церквей и положили начало знаменитому «Архиву Конисского» [14; То же 15]. Документы и копии «Архива» использовались православными в тяжбах с католиками, в том числе и униатами. Обоснованная и подтвержденная документами защита позиций православных в Могилевской епархии дала возможность иерарху сказать: «В бытность моего архиерейства еще не была отнята ни одна церковь».

Находясь с 1765 г. в течение трех лет в Варшаве, где Георгий Конисский был представлен новому королю Станиславу Августу Понятовскому, он подает «Мемориал об обидах православным» и реестр всех случаев угнетения православных в Речи Посполитой, которые имели место за время его епископства, а также список церквей, отнятых в унию [7, с. 372-418]. Основанный на свидетельствах неопровержимых документов, «Мемориал» содержал просьбу позволить свободный переход всем желающим из унии в православие. Вместе с заботой об укреплении материальной базы единственной православной епархии Речи Посполитой, епископ Могилевский прилагал большие усилия к поискам документов, подтверждавших и восстанавливающих права православных. Таким образом, исторические разыскания епископа Георгия служили решению конкретных задач, стоящих перед Православной Церковью Беларуси.

В 1767 г. он издает в Варшаве свою новую работу «Права и вольности, исповедующих греко-восточную веру в Польше и Литве» [22], ставшую незаменимым юридическим справочником в спорных вопросах между православными и униатами. Практическая ценность книги преосвященного Георгия была признана Св. Синодом: «Оную книгу для случающихся впредь справок вознесть в список и хранить в канцелярии Св. Синода с Указными книгами, а для удобнейшего чтения перевесть <…> на российский язык» [26, л. 1]. Значение предпринятого епископом Могилевским исторического исследования было понято его современниками и последователями. Так, архиепископ Филарет (Гумилевский), работая над историей Русской Церкви, писал: «Конисский основывал свои суждения не только на мыслях веры, но и на государственных постановлениях самой Польши»  [21, с. 367].

Первой попыткой изложения истории Православной Церкви на белорусских землях от истоков до «недавних лет» с краткими биографическими сведениями о ее иерархах стало «Историческое известие о епархии Могилевской, в Белой России состоящей, и о епархиях, в Польше бывших, благочестивых, т.е. греко-восточного исповедания, кои римлянами обращены на унию или соединены с Римскою церковию» с приложением «Каталога православных епископов Могилевских» [14. Ч. 2. С. 187-217]. Размышления об исторических судьбах православия звучат и в «Записке о том, что в России до конца XVI в. не было никакой унии с Римской церковью»,  поводом к созданию которой послужило суждение, будто жители Беларуси и Украины были униатами и до заключения церковной унии [9]. Благодаря усилиям официальных властей Речи Посполитой это утверждение получило широкое распространение в XVIII в. и носило не только религиозную, но и политическую антироссийскую окраску. В основуего было положено послание («эпистолия») митрополита Киевского Мисаила (около 1475– около1480) к папе Сиксту IV от 14 марта 1476 г., в котором содержалась жалоба на притеснения православных и просьба о восстановлении мира между православными и католиками «во едину любовь Христову». Опираясь на«эпистолию» униатский митрополит Ипатий Потей в 1605 г. заявлял, что уния в литовско-русском государстве существовала до 1596 г. Разоблачению этой мистификации и была посвящена работа архиепископа Могилевского.

Источниковая база «Записок», позволяющая воссоздать церковную жизнь населения Беларуси и Украины в XV– XVI вв., необычайно разнообразна и широка. Это были не только материалы, собранные самим святителем, но присланные его учеником и другом епископом Виктором (Садковским). Известно  письмо архиепископу Георгию от 1792 г., в котором епископ Виктор сообщает: «Подобных упомянутых в письме Вашем экземпляров книжек <…> собрал несколько, коих не упущу по верной оказии доставить Вашему Высокопреосвященству» [18, №90, 1146]. Это были труды греческих и латинских авторов, работы идеологов церковной унии – Петра Скарги и Антонио Поссевино,  исследования Стрыйковского, Длугаша, Кромера, Барония, а также современников описываемых событий.

По форме изложения «Записки» Владыки Георгия относятся к жанру богословско-полемической и апологетической литературы, столь распространенному на белорусско-украинских землях в конце XVI – первой трети XVII вв., и, скорее всего, являются продолжением и завершением этой литературы. Святитель связал между собою «век нынешний и век минувший», перенеся думы, чаяния и надежды православных мыслителей прошлого в новые условия конца XVIII в.

«Записки» архиепископа Георгия состоят из двух частей. В первой части Преосвященный полемизирует с доводами католиков, связанными с толкованием истоков христианства на Руси и распространением православия на древнерусских землях. Во второй части – последовательно и обоснованно доказывает, что до 1596 г. на Руси (Украина и Беларусь) унии с Римом не существовало. Таким образом, именно Георгий (Конисский) создал православную концепцию истории церковной унии, которая лежит в основе всех исследований православных историков, занимавщихся проблемами церковной унии в XIX – начале XX в.

Работу по сбору, систематизации и публикации исторических материалов, которую начал архиеппископ Георгий (Конисский), продолжил его внучатый племянник протоиерей Иоанн Григорович. Своим “светлым и правильным взглядом на вещи, прямым, открытым характером, и в особенности глубоким знанием древних языков и богатыми сведениями в отечественной истории” он, как позже писал его сын Николай, привлек внимание известного мецената Николая Петровича Румянцева, который предложил Григоровичу “быть помощником в его трудах, по разработке отечественной истории...” [4, с. 312]. Получив возможность учиться в Санкт-Петербургской духовной академии, Иоанн Григорович включился в работу Румянцевского кружка — неформального объединения историков и археографов, среди которых были чиновники, профессора, духовенство, члены Академии наук – руские, украинцы, белорусы, поляки, французы, немцы, фины и др.

О. Иоанном Григоровичем были досканально исследованы архиерейский архив и архив духовной консистории Могилева, сохранившиеся архивы монастырей Мстиславля и Орши. Собранные материалы легли в основу первой работы историка и археографа: «Белорусская иерархия», подготовленной к изданию в 1824 г. Тематически она была связана с «Историей российской иерархии» иеромонаха Амвросия, восполняя неизвестные страницы истории западнорусской церкви [20, с. 84-87]. Однако в исследовании о. Иоанна нельзя не заметить и близости с «Каталогом православных епископов Могилевских» Георгия (Конисского), дополненного сведениями биографического характера о Могилевских, Витебских, Полоцких православных и униатских епископах [14. Ч.4, с. 187-217]. В работе содержится также краткий очерк истории Могилевской семинарии, единственной православной духовной школы Речи Посполитой со списком ректоров и префектов. Это была первая попытка осмыслить значение основанной архиепископом Могилевским православной семинарии в той конфессиональной ситуации, которая сложилась на белорусских землях в конце XVIII века. Исследование Иоанна Григоровича не было опубликовано при жизни автора и увидело свет только в 1992 г., в год тысячелетия Полоцкой епархии [5].

В своих архивных поисках исследователь не ограничивался только церковной историей. Он копировал акты и грамоты, которые затрагивали политическое и социально экономическое развитие Беларуси в целом. Собрав большое количество архивного материала, протоиерей Иоанн Григорович решил издать сборник документов по истории Беларуси. Идея его создания была воспринята гр. Румянцавым с интересом. Вполне возможно, что он с самого начала пообещал Григоровичу издать сборник за свой счет, а, кроме того, говоря о характере будущего сборника и соглашаясь с о. Иоанном, что публикация должна “обнаружить дух папизма”, посоветовал делать это “без всяческой желчи и той ненависти, которую часто являли наши духовные особы к католической религии”[6, с. 37-38 ].

Иоанн Григорович запроектировал издание, которое назвал “Белорусский архив древних грамот” в трех частях. Первый том (который только и был издан) составитель подготовил в очень короткий срок. В нем историк поместил 57 актов и все они, за исключением двух (из архивов мстиславского Свято-Успенского Пустынского и Оршанского мужского монастырей), заимствованы из хранилищ Могилева. История Церкви в сборнике представлена опубликованными фундушевыми грамотами, касающимися церквей и монастырей, актами о введении нового календаря, грамотами Стефана Яворского. Хронологически документы, помещенные в сборнике, относятся к концу XV– XVIII вв. “Белорусский архив древних грамот” представляет собой не только первый, но и лучший (с археографической точки зрения) образец публикации источников по церковной истории Беларуси [28, с. 25]. Вторая часть Архива длительное время считалась исчезнувшей, пока ее не обнаружили в Юдинском собрании (Красноярск). Эта часть Архива была подготовлена к печати еще в 1825 г. (предисловие к ней помечено 26 декабря 1825 г.). В настоящее время рукопись хранится Центральном государственном архиве литературы и искусства РБ. Среди документов Архива возможно имеются материалы, обнаруженные еще архиепископом Георгием (Конисским).

Выход в свет Архива сделали имя Иоанна Григоровича известным в широких ученых кругах России. В 1837 г. он был избран членом Археографической комиссии, а в 1839 г. назначен главным редактором издававшихся Археографической комиссией «Актов исторических» и «Актов Археографической экспедиции», сборники которых последовательно выходили в 20 – 50-е гг. XIX в. Среди них: «Акты археографической экспедиции» (1834-1838 гг.), «Акты исторические» (1841-1842 гг.) и «Акты, относящиеся к истории Западной России» (1846-1853 гг.). Все указанные сборники содержали материалы по истории Православной Церкви белорусско - украинских земель. Таким образом, прот. Иоанн Григорович, не только познакомил российского читателя с гражданской и церковной историей Беларуси, Литвы и Украины, но и положил начало развитию Российской археографии и источниковедения. Однако главное значение изданий о. Иоанна Григоровича состоит в воссоздании тех страниц исторического прошлого белорусского края, которые к началу XIX века были в силу разных причин почти утрачены или забыты.

Дело, начатое архиепископом Георгием (Конисским) и продолженное протоиереем Иоанном Григоровичем, получило развитие в трудах проф. Санкт-Петербургской духовной академии, уроженца Беларуси, М.О. Кояловича. Главной темой научной деятельности историка становится изучение Брестской церковной унии [16; 17]. Коялович был первым историком, который обратил внимание читателя на эволюцию церковной унии, заключающуюся в ее латинизации. Он убедительно показал роль базилианского ордена и решений Замойского собора в этом процессе, подчеркнул необратимость вытеснения в униатской церкви православных обрядов католическими.

М.О. Коялович первым из отечественных историков поставил вопрос о кризисе униатской церкви, наступившем вследствие латинизации унии. Этот кризис он связывал и с появлением в среде униатских иерархов нежелания принимать «новины», со стремлением к возврату «чистоты» унии. Исследователь убедительно доказал, что возвращение греко-католиков к условиям унии 1596 г. неизбежно способствовало сближению униатской церкви с Православной, что естественно порождало идею воссоединения двух церквей и делало этот процесс закономерным.

Увлеченность историка предметом своего исследования и полная неизученность конфессиональной истории Беларуси, Украины и Литвы, способствовали появлению плеяды блестящих исследователей церковной истории, учеников и последователей М.О. Кояловича, которые создали целое направление церковно-исторических исследований, проблематика которых определялась не только ее полной неизученностью, но и фактом белорусского происхождения исследователей. Наиболее талантливыми среди них стали П.Н. Жукович, С.Г. Рункевич, В.З. Завитневич, К.В. Харлампович. История Брестской церковной унии, православных братств, история епархий, приходов, церквей и монастырей Беларуси, история святых мучеников Православной Церкви литовско-белорусских земель, история чудотворных икон и богословско-полемическая литература Западной и Южной Руси – вот неполный перечень проблематики, которая не просто интересовала историков, она, становилась смыслом всей их жизни.

Историографическая и источниковая база, созданная историками Церкви в 60 – 70 гг. XIX в., способствовала появлению новых исследований, отражающих историю Киевской митрополии. Среди них особое место занимают «Очерки истории Западнорусской церкви» проф. Санкт-Петербургской духовной академии И.А. Чистовича, вышедшие в 1882-1884 гг.[32]. Историю Православия на землях Великого княжества Литовского И.А. Чистович доводит до конца XVIII в. Большой интерес представляет анализ событий, связанных с разделением Киевской Руси на уделы, оценкой влияния этого фактора на судьбу Русской Православной Церкви, заключением Брестской церковной унии, освещением деятельности ордена базилиан, а также церковной жизни православного населения Беларуси и Украины в XVI-XVII вв.  Материалы, привлеченные историком для изучения,  не утратили своего значения и до сегодняшнего дня, но в большей степени представляют интерес их интерпретация как свидетельство развития идеологии  западнорусизма через осмысление того исторического пути, который прошла Православная Церковь на белорусско-украинских землях.

В 1895 г. был напечатан «Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве» преподавателя Литовской духовной семинарии Г.Я. Киприановича [11], ставший учебным пособием для воспитанников православных духовных школ Беларуси и Литвы вплоть до их закрытия в ходе революционных преобразований 1917 г. Однако вершиной научного творчества  историка явилась работа «Жизнь Иосифа Семашки, митрополита Литовского и Виленского, и воссоединение западнорусских униатов с Православной Церковью в 1839 г.» [11]. Посвященная 100-летию со дня рождения митрополита Литовского, она представляет собой первую серьезную попытку определения места и значения деятельности этого церковного деятеля в истории  всего  литовско – белорусского края. Г.Я. Киприановичу принадлежит также очерк об униатском Полоцком архиепископе  Иосафате Кунцевиче [13] и исследование «К истории женского образования в Западной России» [12]. Отличительной чертой работ Киприановича и Чистовича является анализ истории православия Западной и Южной Руси в контексте истории католичества и унии, определивших  специфику  церковной жизни населения  края.

Разработка церковной истории переживает расцвет в последней четверти XIX века. Это было связано не только с публикацией нового пласта источников и исследований, позволяющих поднимать темы доселе неизвестные в истории Западнорусской церкви. Пятидесятилетие Полоцкого церковного собора и совпавший с ним юбилей (100-летие со дня рождения) митрополита Литовского Иосифа (Семашко), вызвали новую попытку осмысления церковной жизни населения Беларуси и Украины. Среди литературы, вышедшей в это время, интерес представляет монография Н.Д. Извекова «Исторический очерк состояния православной церкви в Литовской епархии за время с 1839 – 1899 гг.», воссоздающая непростой процесс становления православной жизни Литовской епархии в пост-Полоцкий период [10].

Особое место в исследованиях этого времени занимают многочисленные работы церковных историков-краеведов, трудившихся в Литовской, Могилевской, Минской и Витебской семинариях: И. Котовича, Е. Орловского, Л. Паевского, П. Горючко, Ф.А. Жудро и других. Их исследования, как правило, затрагивающие узкие, неизученные темы в истории Православия Западной Руси, публиковались преимущественно на страницах местных Епархиальных Ведомостей и отличались не только глубоким проникновением в историческое прошлое родного края, но созвучием поднимаемых проблем текущему времени.

Прорыв, который произошел в изучении истории Киевской митрополии во второй половине XIX в., тем не менее, не означал, что вся проблематика, связанная с ее осмыслением, исчерпана. Значительная часть источников, характеризующих действия представителей православной и католической иерархии Беларуси и Украины, были еще не известны. Явно не доставало источников из Ватиканского архива. Постепенное появление новых материалов уточняли картину, уже созданную православными историками.

И тем не менее можно констатировать, что к концу XIX – началу XX века сложилась школа православных историков, уроженцев Беларуси, воспитанников Санкт-Петербургской и Киевской духовных академий, труды которых охватывали все периоды существования Западнорусской церкви и раскрывали историческую роль Православия в судьбах белорусов и украинцев.

Исследовательская традиция, сложившаяся в XIX в., получила продолжение в творчестве историков, талантливейшими представителями которых являются воспитанник Санкт-Петербургского университета А.П. Сапунов [31], Санкт-Петербургской духовной академии – К.В. Харлампович  [29] и последний протопресвитер армии и флота Георгий Шавельский [33]. Так в начале нового века проблематика, близкая только церковным историкам, становится интересной и светским исследователям. В тоже время политическая история Беларуси делается предметом изучения историков Церкви, например, П.Н. Жуковича [8]. Так два исследовательских потока сливаются в едином русле. Для большей части исследователей истории Православия, уроженцев Беларуси, интерес к прошлому определялся не только с желанием восстановить его неизвестные страницы, но и был окрашен личными мотивами, связанными с восстановлением исторических традиций духовной жизни православного населения Беларуси, почти утраченных в эпоху нового времени. Вот почему так сильна была тяга к церковной истории среди интеллигенции Беларуси, вышедшей из сословия потомственного православного духовенства. Достаточно назвать имена таких историков как М.О. Коялович, П.Н. Жукович, С.Г. Рункевич, К.В. Харлампович и др., чтобы понять значение историко-церковной проблематики в их исследованиях. Большой интерес в этой связи представляет творческое  наследие А.П. Сапунова.

В выборе научной проблематики А.П. Сапунов руководствовался, прежде всего, интересом к прошлому родного края, который был, по мнению историка, изучен хуже, чем “<...> история <...> всех Людовиков, всех Генрихов, всех Карлов...”. Исторические труды А.П. Сапунова неразрывно связаны с полоцко-витебской стариной. Уже, будучи известным и признанным ученым, вспоминая начало своей исследовательской деятельности, историк писал: “Белоруссия – край кургагов, городищ, замчищ – край, где чуть ли не на каждом шагу вы встретите следы минувшего. Но все это мало научным образом разработано. Одним словом, во всех образцах изучения Белоруссии существует масса весьма существенных пробелов. <…> Жатва, таким образом, велика, делателей же пока мало»[3, лл. 42-43].

Среди этих «делателей» А.П. Сапунову принадлежит одно из наиболее почетных мест. Глубокий интерес к краеведению у А.П. Сапунова всегда поднимается до уровня осмысления роли Беларуси в истории восточного славянства в целом. Наиболее существенное место среди его разысканий принадлежит церковно-историческим исследованиям, что, несомненно, было связано с его религиозными воззрениями. Религиозные чувства А.П. Сапунова сформировались в семье и в местной сельской школе (скорее всего, Усвятском народном училище), где он получил первоначальное образование. Во время учебы в Витебской гимназии по предмету «Закон божий» он имел неизменно отличную оценку, был певчим в архиерейском хоре.

История Полоцкой епархии, ее храмов, монастырей и икон, по словам А.П. Сапунова, для любого верующего является не чем иным, как «святыней полоцкой и духовной, русско-исторической»[27, с.1].

Однако интенсивное и плодотворное изучение церковной истории Беларуси было прервано катаклизмами начала XX века. События 1917 г., открывшие богоборческий советский период, привели не только к разгрому церковных структур и физическому истреблению духовенства, но и способствовали уничтожению церковной науки, как одного из направлений исторических знаний. Православная школа церковной истории, созданная к началу XX века, так же как и ее создатели, оказались ненужными новым властям. Один за другим в лишениях и болезнях они уходили из жизни. Так трагически сложилась судьба того поколения православной белорусской интеллигенции, которое сформировалось во второй половине XIX в. Блестяще образованные и убежденные в светлом будущем белорусского народа в союзе с православной Россией, они оказались лишними людьми в советской России и ненужными в советской Беларуси. С уходом из науки и жизни этого поколения историков оборвалась преемственность в развитии исследовательской школы, связанной с изучением церковной истории. Пласты знаний, восстановленные историками XIX – начала XX века, так же как и их имена, оказались погребенными под руинами. Утраченными и  подлежащими реставрации оказались целые направления историко – церковных знаний, таких как церковная археология, церковное источниковедение, церковная историография, библиография, разработка которых началась еще в XIX веке.

Изучение жизни, мировоззрения и мироощущения, специфики формирования православной интеллигенции Беларуси второй половины XIX – начала XX века невозможно без реконструкции биографий отдельных ее

представителей, вышедших из среды потомственного православного духовенства и в 60-70-е гг. XIX в. осознававшего свою сопричастность к тем изменениям в жизни белорусского народа, которые произошли после отмены крепостного права.

Восстановить забытые имена, вернуть работы историков современному исследователю, понять вклад православных историков XIX - начала XX в. в развитие исторической науки – задача современных исследователей.

 

 

Литература

1. Архив Киевской консистории. Д. №6. Приведено: Шпагинский Н., свящ. – Киевский митр. Арсений Могилянский и состояние киевской митрополии в его правление (1757– 1770). – Киев, 1907.

2. Буглаков М., свящ. Преосвященный Георгий Конисский, архиепископ Могилевский. – Мн.: Виноград, 2000.

3. Государственный архив Витебской области, ф.204,оп.1, д.173.

4. Григорович Н. Очерк жизни протоиерея Иоанна Иоановича Григоровича // Странник. –1861, № 6.

5. Грыгаровіч І.І. Беларуская іерархія. – Мн.: Беларуская Энцыклапедыя, 1992.

6. Григорович Н. Переписка протоиерея Иоанна Григоровича с графом Румянцевым // Чтения в обществе истории и древностей российских. – 1864. – Кн. 2. – С. 37-38.

7. Документы, объясняющие историю западнорусского края и его отношения к России и Польше». - Спб.: тип. Праца, 1865.

8. Жукович П.Н. О русском землевладении в Северо-Западном крае со времени присоединения его к России. – СПб.: печатня С. Яковлева, 1895.

9. Записки преосвященного Георгия Конисского о том, что в России до конца XVI века не было никакой унии с Римской церковью». – М.: Унив. тип., 1847.

10. Извеков Н.Д. Исторический очерк состояния православной церкви в Литовской епархии за время с 1839 – 1899 гг. – М.,1899.

11. Киприанович Г.Я. Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве с древнейшего времени до настоящего времени. – Вильна: тип. И. Блюмовича. 1895.; 2-е дополненное изд. вышло в 1899 г.; Жизнь Иосифа Семашки, митрополита литовского и виленского, и воссоединение западнорусских униатов с православной церковью в 1839 г. – Вильно: тип. И. Блюмовича, 1897.

12. Киприанович Г.Я. К истории женского образования в Западной России. – Вильна: Губ тип., 1910.

13. Киприанович Г.Я. Архиепископ полоцкий и витебский Иосафат Кунцевич, западнорусский мученик за унию с Римом.. – Вильно: тип. «Русский почин», 1912 .

14. Конисский Г. Собрание сочинений Георгия Конисского, архиепископа белорусского с портретом и жизнеописанием его. Изд. прот. Иоанном Григоровичем. – Ч. 1 – 2. — Спб: тип. Рос. акад., 1835;

15. Конисский Г. Собрание сочинений Георгия Конисского – Ч. 1—2. Спб.: тип. А. Вейсмар, 1861.

16 Коялович М.О. Литовская церковная уния. – Спб.: тип. П. Тихомирова, 1859.–Т.1;– Спб.: тип. журн. «Странник», 1861; Т.2.

17. Коялович М.О. История воссоединения западнорусских униатов старых времен. – Спб.: тип.2-го отд-ния собств.е.и.в. канцелярии, 1873.

18. Могилевские губернские Ведомости. 1859. №90, 1146.

19. Нечухрин А.Н. Вклад воспитанников Православной Церкви в разработку краеведческих вопросов истории Беларуси (вторая половина XIX – начало XX вв.) // Наш радовод. Матэрыялы міжнароднай навуковай канферэнцыі “Царква і культура народоў вялікага княства Літоўскага і Беларусі XIII- XX  стст.” Кн.4 (Частка I). – Гродна, 1992. С.89 – 116.

20. Нікалаеў М.В. Іван Грыгаровіч – гісторык беларускай Царквы. Знаходка ў адзеле рукапісаў.) // Наш радовод. Матэрыялы міжнароднай навуковай канферэнцыі “Царква і культура народоў вялікага княства Літоўскага і Беларусі XIII- XX  стст.” Кн.4 (Частка I). – Гродна, 1992.

21. Обзор русской духовной литературы. Изд.3-е. - Спб., 1884. С.367.

22. Права и вольности исповедующих греко-восточную веру в Польше и Литве. – Варшава, 1767; Собр. соч. Изд. – 2-е. Ч. 1.

23. Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 796,оп. 46, д. 343.

24. РГИА, ф. 796, оп. 35, д. 493.

25. РГИА, ф. 796, оп. 38, д. 135, лл. 2-5.

26. РГИА,ф. 796, оп. 58, д. 320, л.1.

27. Сапунов А. Полоцкий Спасо- Евфросиниевский девичий монастырь. - Витебск, 1888.С.1.

28. Улащик Н.Н. Очерки по археографии и источниковедению истории Белоруссии феодального периода. - М., 1973. С. 25.

29. Харлампович К.В. Западнорусские православные школы XVI XVII века, отношение их к инославным, религиозное обучение в них и заслуги их в деле защиты православной веры и церкви.- Казань: тип. имп. Ун-та, 1898.

30. Хмельніцкая Л. Гісторык з Віцебска.- Мн.: “Энцыклапедыя”, 2001.

31 Теплова В.А. Церковная история Беларуси в трудах А.П. Сапунова (1852–1924). К 155-летию со дня рождения. / Православные святыни белорусского народа. Материалы международной научно-практической конференции. Минск, 1-2 ноября 2006 г. – Минск: АПО, 2008. С.5-18.

32 Чистович И. Очерки истории западнорусской церкви.Ч.1–2. Спб.: тип. деп. уделов. 1882,1884.

33.Шавельский Г. Последнее воссоединение с православною церковью униатов Белорусской епархии (1833-1839 гг.) – Спб.: тип. «Сельск. вестн.», 1910. Он же. Из былого alma mater. Белорусская [Полоцкая], греко-униатская семинария в 1833-1834 гг. пред воссоединением униатов.- Витебск: тип. М. Неймана, 1906.

34.Пиккио Р. Slavia orthodoxa и Siavia romana // Пиккио Риккардо. Slavia orthodoxa: Литература и язык. М.: «Знак», 2003.

 

 

 


[1]Одна из попыток разобраться в этом феномене принадлежит гродненскому историку А.Н. Нечухрину, автору статьи «Вклад воспитанников Православной Церкви в разработку краеведческих вопросов истории Беларуси (вторая половина XIX – начало XX вв.). Однако тематика работ православных историков Беларуси выходила далеко за рамки краеведения и определялась полной неизученностью истории Киевской митрополии (т.е. православия) на белорусско-литовских и украинских землях.

Валентина Теплова

Все материалы конференции «Западнорусизм: прошлое и настоящее»

 

 


Добавить комментарий

Внимание! Комментарии принимаются только в корректной форме по существу и по теме статьи.


Защитный код
Обновить

Сейчас на сайте

Сейчас 119 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте