Праведный воин Феодор Ушаков - апогей русской морской славы.

Автор: Владимир Артамонов

 


13 февраля 2015 г. исполняется 270 лет со дня рождения Федора Федоровича Ушакова (13 февраля 1745 — 2 октября 1817). С 2000 г. «морской Суворов» - Ф.Ф.Ушаков почитается как святой покровитель Российского военно-морского флота и Стратегических военно-воздушных сила (с 2005 г.). В 2001 году православная церковь канонизировала Ушакова и причислила его к праведникам. Память совершается (по юлианскому календарю) 23 мая (Собор Ростовских святых), 23 июля и 2 октября. В преддверии юбилей со дня рождения великого русского флотоводца публикуем статью кандидата исторических наук Владимира Алексеевича Артамонова.

 

 

 

Новаторство флотоводческого мастерства адмирала Ф.Ф.Ушакова.

 
    С времён Петра Великого  Русская армия и флот  были двумя руками  могучей державы-«потентата», но никогда за время Романовской династии 1613-1917 гг. военная слава России не стояла так высоко, как в конце XVIII - начале  XIX вв.  Причина была не только и не столько  в расцвете феодальной формации, умножении  крепостных мануфактур, большей (чем  всюду в мире) выплавке чугуна и железа, в профессионализме служивших пожизненно воинов, а в том, что державная сила России, заканчивая объединение восточных славян  в одном государстве, стала выполнять миссию  освобождения «континента» православной цивилизации  - греков,  сербов, болгар, валахов,  молдаван, грузин  и армян от исламского и  католического гнёта, а позже – освобождения Европы  от ига Наполеона.  Мессианизм России осознавался как «божественное предопределение» (историческая неизбежность – направление исторических событий энергией высших сил).    
       Взлёт русской гордости был невиданным.  Воины осознавали превосходство Русской армии и флота  над любой военной силой в мире.  Все – от солдата до генерала окрылялись «русской идеей» и боевыми кличами – «Бог за русских!», «С нами Бог и Екатерина!», «Виват, Екатерина!», «Никто в мире не одолеет русских!». Смерть за высшие ценности - «вдохновлённую Богом» Россию, правоверие и «богоносную» царскую власть воодушевляла русских не меньше, чем французов, рушивших замшелый феодализм в Европе под лозунгом «Свобода, равенство, братство».  Бывшая пассивная стойкость воина преобразилась в атакующий натиск, огромные потери сократились, стали побеждать меньшинством.  Вера в непобедимость создала победный дух, опрокидывавший врага до соприкосновения с ним.
     Пехотинцы и матросы, кавалеристы и артиллеристы впитали победный настрой задолго до 1791 г., когда поэт Г.А.Державин и композитор О.А.Козловский написали гимн-марш «Гром победы раздавайся!»   Подобный энтузиазм редок в истории народов.  В нашем Отечестве это случалось при кульминации Российского царства в середине XVI века, Российской империи в конце XVIII - начале XIX вв., в середине века ХХ, когда СССР был второй сверхдержавой мира.  Такой же процесс начался в Российской Федерации в начале ХХI в.
       На гребне русской державности и мессианизма поднялись два национальных героя - А.В.Суворов (1730-1800)  и Ф.Ф.Ушаков  (1745-1817).
    
       Ко времени Ф.Ф.Ушакова линейная тактика на море насчитывала больше сотни лет.  Кильватерный строй, при котором линейные корабли вели огонь на параллельных курсах, применяли голландцы в войнах с Англией в 1652-1654, 1665-1667, 1672-1674 гг. В то время на море и суше избегали решающих схваток и стремились проводить оборонительные бои.
    В отечественной историографии высказывалось мнение, что Русский флот перешёл от линейной к маневренной тактике либо в Северную войну (1700-1721), либо при адмирале Г.А.Спиридове (1713-1790), либо при Ф.Ф.Ушакове в 1790-х гг.[1]
     Пётр Великий не только создал в 1696 г.  регулярный Военно-морской флот, но перенёс на Балтику забытую тактику гребных судов и абордажей. В 1714 г.  при мысе Гангут 23 русских галеры бросились фронтом на линию шведского «морского льва» контр-адмирала Н.Эреншельда, состоящую из фрегата, шести галер и трёх шхерботов. После отчаянного абордажа были захвачены все десять шведских судов.  Таким же способом   была одержана победа генерал-аншефа М.М.Голицына  при Гренгаме в 1720 г.  Однако парусный флот с неопытными командами предпочитал отбиваться от шведов в гаванях, стоя на якорях.
      Адмирал Г.А.Спиридов у о.Хиос в 1770 г., действуя в русле традиционной линейной тактики, потерял много времени, вытягивая линию.[2]  Он не использовал фактор внезапности и, хотя поначалу и шёл поперёк турецкого строя, но не собирался его прорезать. Корабли авангарда, последовательно выстраиваясь вдоль турецких судов, вводились в бой по частям и сильно пострадали от их огня. Корабли «Евстафий» и «Три святителя» со сбитым рангоутом были снесены на линию противника.  «Евстафий», хотя и вывел из строя неприятельский флагман, но взорвался вместе с ним. Погибли 507 матросов, солдат и офицеров. Впрочем, даже такой неловкий напор русской линии навёл панику на турок  и они укрылись в Чесменской бухте, где и были уничтожены.
    Линейную тактику на маневренную сменил только Ф.Ф.Ушаков. Его победы контрастно выделяются на фоне боёв на Балтике.  Адмирал-шотландец на русской службе С.К.Грейг  (1736-1788) стабильно держался линейных порядков.  В шестичасовом Гогландском сражении 1788 г. в Финском заливе, окончившимся победой над шведским флотом, отстали центр эскадры, арьергард и сильно пострадал авангард.
      Многочасовая артиллерийская дуэль адмирала В.Я.Чичагова  со шведским адмиралом, герцогом  Карлом Сёдерманландским (Зюдерманландским) в сражении у о.Эланд 15 июля 1789 г. окончилась ничейным результатом.
    В победном Ревельском сражении 2 мая 1790 г. Чичагов приказывал кильватерной колонне  стрелять только по рангоуту шведов.
    Эффектной после пятичасового сражения  в Выборгском заливе  21-22 июня 1790 г. была другая виктория Чичагова. Шведы потеряли 7 кораблей, 3 фрегата и 54 других судна, но много судов противника прорвалось сквозь русскую линию.
   В Роченсальмском сражении  28 июня 1790 г.  шведы нанесли крупное поражение флотилии  вице-адмирала  принца К.Нассау-Зигена.
    Во вторую Турецко-русскую («Суворовско-Ушаковскую») войну 1787-1791 гг. Османская империя пыталась уничтожить черноморский флот и отвоевать Крым. (Отказа России от Крыма требовала и Швеция). В то время боеспособность Русского флота и команд из бывших крестьян-общинников, оставленных на  пожизненную службу, была сравнима с английской. Русские моряки  ставили свои суда  между кораблями противника, чтобы громить их с обоих бортов.[3]
     Ушаковские  морские триумфы при Фидониси 1788, Керчи и Тендре  в 1790 и Калиакрии1791 г. слились с  фейерверком русских побед на суше у Кинбурна 1787, Очакова 1788, Фокшан и Рымника  в 1789, геройским штурмом Измаила  в 1790 и с успехами при Мачине и Анапе в 1791 гг.

   Решительный, прямой и смелый от природы (подростком ходил с рогатиной  на медведя), Ф.Ф.Ушаков закалил свои бойцовские качества  в Морском шляхетском кадетском корпусе, куда поступил  15 февраля  1761 г. Рождение  Черноморского  флота  России совпало с переводом будущего героя в июне 1783 г. из Петербурга в Херсон. Как и у всех, у капитана второго ранга  Ушакова  была твёрдая вера  в помощь  высших сил. «Надеясь на всещедрую помощь  Божью, окажем себя  полезными Отечеству».[4] Как и у Суворова, мужество  Ушакова   переливалось  в неустрашимость  его подчинённых.  Ставя цель,   он твёрдо, ни на йоту не отклоняясь, преследовал её, и каждый его приказ подлежал  неукоснительному исполнению.
      Новаторство Ушакова разбиралось «по косточкам» давно, ещё с XIX в.  В настоящее время  перспективным может быть  сопоставление его военно-морского мастерства  с другими отечественными и иностранными флотоводцами.
     Русский адмирал возродил и ввёл  в морскую тактику непреходящие  правила  военного искусства: сосредоточение  сил на решающем направлении, внезапность атаки (без перестроения  из походного в боевой порядок), взаимность поддержки, быстрый маневр, расчленение строя противника, окружение и разгром его по отдельности.  Флагман занимал самое опасное положение и требовал бить противника  не по всей кильватерной линии, а громить его по частям с кратчайшей  (картечной)  дистанции «неукротимой пальбой» в два огня. Канонаду  больших 100-120-пушечных кораблей  (при скорострельности один выстрел  в две минуты) он приказывал сосредоточивать  в первую очередь на авангарде и флагманских кораблях неприятеля.[5] Ушаков выделял резерв из нескольких фрегатов  для нападения на адмиральский корабль и приказывал  преследовать убегающие суда без соблюдения номеров. При каждой пушке  должны уметь стрелять  не менее трёх человек на случай выхода из строя  каждого из них. [6]
       Для Ушакова, как для П.А.Румянцева и А.В.Суворова, а позже Наполеона, главным было – сломить дух противника.  Вместе с тем, тактика Ушакова не всегда совпадала с призывом  командующего вооружёнными силами на юге  России («Екатеринославской сухопутной и морской силой») фельдмаршала Г.А.Потёмкина: «где завидите флот турецкий, атакуйте, хотя б всем пропасть!» Ушаков избегал необоснованного риска и заботился о сбережении  кораблей. (Возможно, в этом состояла  причина его  временного  конфликта  с молодым капитаном Д.Н.Сенявиным (1763-1831).
     В отличие от войны на море в 1700-1721 гг., экипажи при Ушакове отлично управлялись как со стрельбой, так и с  парусами.
       Противники  новаторской тактики  Ушакова  - флотоводцы Н.С.Мордвинов (1754-1845) и М.И.Войнович (1750-1807) были бесцветными лицами.  Позже, когда самодержавие Николая I  сковало  русскую военную силу, лишённые  мессианского вдохновения  военачальники типа А.С.Меншикова (1787-1869) и М.Д.Горчакова (1793-1861)  также препятствовали  новым инициативам во флоте и армии из-за перестраховки.
     В отличие от вышеназванных фигур, светлейший князь  Г.А.Потёмкин распахнул путь  для наступательной тактики Ушакова и призывал всех моряков биться «по черноморски» (то есть «по ушаковски»), подходить к врагу  на расстояние меньше кабельтова (185, 2 м), «сильным и живым огнём  бить флагманские  турецкие суда бомбами и брандскугелями»[7], истреблять, а не брать в плен корабли противника.
     Сражение у ФидонисиВсего через пять лет молодой Черноморский флот  завоевал  преобладание на Чёрном море.  В первом морском бою  при о.Фидониси (Змеином) 3 июля 1788 г.   «капитан бригадирского ранга» Ушаков, взяв на себя инициативу, занял место не в середине,  а во главе строя. Русские канониры  стреляли с «таким отменным старанием и храбрым духом», что турецкие корабли, несмотря на  численное превосходство, один за другим выходили из боя. Потери русских были ничтожны – всего пять убитых и двое раненых.  «Всевышний… победою  спомоществовал!» - писал Ушаков. Разительным был контраст с беспомощностью контр-адмирала, серба из Черногории   М.И.Войновича, который уговаривал  Ушакова «окуражить» его и держать сомкнутую линию  «порядочно в ордере»: «Будь, душенько, осторожен»; «Наш флотик  заслужил  чести и устоял противу  этакой силы»[8]. Потёмкин имел полное право обвинить того в трусости и сменить Ушаковым.  14 марта 1790 г. Ушаков  был произведён  в контр-адмиралы.

    В мае  1790 г. «Богом хранимые», по выражению Ушакова, три линейных корабля, четыре фрегата и 11 малых судов  обошли турецкие берега от Синопа до Анапы.  22 мая у Синопа  Ушаков на корабле «Святой Александр Невский» вместе с эскадрой  обстрелял турецкие батареи, два фрегата и несколько малых судов,  стоявших в гавани, потопил и захватил  15 торговых судов.   25 мая он  перешёл к Самсуну, а 31 мая – 1 июня  произвёл обстрел ядрами, бомбами и брандскугелями Анапы и четыре военных корабля, укрывшихся  под защиту тамошних береговых батарей.   Разгрома Анапы и Синопа, (как при П.С.Нахимове  в 1853 г.) не произошло только потому, что  Потёмкин не ставил задачи  «делать поиск» этих городов. Ушаков правильно писал, что  синопский и анапский порты  без брандеров, бомбардирских и гребных судов, вооружённых пушками, «дёшево взять нельзя». Тем не менее, после рейда  две части  турецких эскадр  «искали своего спасения под крепостями и… трепетали  от страха и отчаянности».[9]  Установка «не бессилить флот»  в мае 1790 г.  была оправданной и в июле и августе 1790 г.  Ушаков ещё  дважды разбил турок.

     В соответствии со стратегией Потёмкина – «исполнять должность не щадя жизни»; «хотя б всем погибнуть, но… показать свою неустрашимость  к нападению и истребить неприятеля» - Ушаков  превратил только что рождённый  Черноморский флот в грозу Стамбула.

    Керченское сражение8 июля 1790 г. у Керчи турки пытались окружить авангард  русской эскадры, но контр-адмирал, вопреки линейной тактике, выйдя из строя, поддержал  авангард своим центром и  прорезал турецкую линию.  Рвение и храбрость  русских моряков, как писал  Ушаков, были безмерными – турецкие команды сметались с палуб картечью. Турки даже  закрывали пушечные порты  со стороны русских кораблей.  Во второй половине боя  Ушаков занял  место  головного корабля, атаковал арьергард  и с расстояния пистолетного выстрела  «жестоким огнём» нанёс великое повреждение  противнику, который бежал, как «курва» (Г.А.Потёмкин).

   С невероятной быстротой   Ушаков исправил повреждения  и 28-29 августа  нанёс поражение противнику у о. Тендра около юго-западного  берега Чёрного моря.  Тремя походными колоннами  «с отличною неустрашимостью» он внезапно атаковал турецкого адмирала, разбил его авангард  и рассеял турецкую эскадру.  Турки потеряли  около двух тысяч человек, русские всего  16 убитыми и  25 ранеными.

  9 сентября священники Черноморского флота  служили благодарственный  молебен  в севастопольской церкви св. Николая Чудотворца  под гром салюта  с флагмана «Рождество Христово», на котором Потёмкин собрал  всех командиров.[10]

 15 сентября императрица Екатерина  присутствовала на молебне  в Петербурге и  «пила здоровье» победоносного  Черноморского флота и Ф.Ф.Ушакова, «служащего за десяток адмиралов».  23 сентября 1790 г.  «охотник до драки» (так именовал Ушакова Потёмкин) планировал нападение на Стамбул.[11]

     Сражение у мыса Калиакрия 31 июля 1791 года. Очередная победа 31 июля 1791 г. у мыса Калиакрия под Варной  дала Русскому флоту  господство на Чёрном море.  Эскадра Ушакова (15 линейных кораблей, 2 фрегата и 19 малых судов – 990 пушек) с командой в 11528 чел. вышла против  78 судов турецкой эскадры (18 линейных кораблей, 17 фрегатов при полутора тысячах  пушек) с командой в 25 тысяч человек. [12] Атака со стороны берега, очень рискованная из-за турецкого огня береговых батарей  (такой приём  через семь лет использовал адмирал Г.Нельсон) оказалась ошеломляющей и оправданной. Пальба почти в упор  с дистанции 50-70 м  заставила турецкие корабли  сталкиваться и прятаться друг за другом. Носовыми пушками  ушаковские корабли  гнали турок как стадо.  Лишённые мачт, разбитые остатки османского флота бежали к Босфору и разнесли панику о намерении «Ушак-паши» взять Стамбул.  Осознав безнадёжность продолжения войны, султан Селим III  «стал мягок и сговорчив, как телёнок».[13]

    Конечно, победы над османским флотом  облегчались из-за негодного качества  турецких экипажей. Турки не имели  постоянных морских команд, матросы плохо управлялись с парусами и хуже стреляли. Насильственные наборы  приводили к массовому дезертирству. Греческие мастеровые  и урядники, совершавшие  православные богослужения на кораблях,  не усиливали турецкую боеспособность. Но лучше построенные и обшитые медью  турецкие корабли  были более быстроходны  и имели больше орудий крупного калибра.

    К началу войны с Францией  в 1798 г.  Ушаков стал воплощением морской мощи России. Важной  базой в центральной  части Средиземного моря были Ионические острова с французской крепостью Корфу, имевшей 650 орудий.  После неудачной осады Гибралтара  французами и испанцами   в 1779-1783 гг.  считалось, что  осады крепостей с моря  невозможны.

   Главными боевыми средствами Ушакова  являлись корабельная артиллерия  и десант.  18-20 февраля 1799 г.  произошло неслыханное  в мировой военной истории:  десант при поддержке  с кораблей, яростным штурмом  захватил большую часть  острова и крепости.  После этого  черноморские моряки  участвовали в изгнании французов из Италии, помогли англичанам  захватить Неаполь и вошли в Рим. В 1799 г. император Павел I  произвёл Ушакова в полные адмиралы.[14]

  17 января 1807 г.  Ушаков по личному прошению был уволен  от службы «с мундиром и пенсией». Правительство не использовало  Ушакова  в войне с Турцией 1806-1812 гг.,  но его новаторство развил  вице-адмирал Д.Н.Сенявин (1763-1831).  В Афонском сражении  19-20 июня 1807 г. он не только  атаковал авангард и флагманские корабли неприятеля,  но выставил против борта   каждого турецкого корабля  по два русских, создав двойное превосходство  в артиллерии.

  Лебединой песнью  русского парусного флота  стала Синопская победа  адмирала П.С.Нахимова. Потом флот, старея вместе с самодержавием, дошёл до Цусимской катастрофы  1905 г.

    Если при Петре Великом   морская сила России  была четвёртой  после Великобритании, Франции и Османской империи, то к 1796 г. Российский флот  мог считаться вторым после  Британского.  Вряд ли стоит противопоставлять  британских и русских моряков, флотоводческое мастерство Ушакова и  Г.Нельсона. Сто лет линейной тактики  завели военно-морское  искусство самоуверенного, приученного к штормам Британского флота в тупик.  Нарушение кильватерного  строя в бою каралось  вплоть до смерти.  Кораблям не позволялось выходить из линии  даже на помощь соседу. Неудачи в сражениях  с французским флотом, постоянно державшемся  оборонительной тактики,  вызывали раздражение в английском обществе, обвинявшем своих моряков  в трусости, а флотоводцев – в бездарности.     Как известно, «идеи носятся в воздухе, а  мысль материальна».  Маневренная тактика  появилась почти одновременно в России и Западной Европе. Случайный человек – мелкий шотландский  чиновник  Д.Клерк  (1728-1812), размышляя над неудачами  английского флота, теоретически обосновал маневренную тактику.  Он доказывал, что не следует брать под огонь  всю эскадру  противника, но сосредоточить  превосходящие силы  против её части, а оставшихся обратить в бегство.

  Потомственный моряк, служивший во флоте с 1732 г., адмирал Д.Б.Родней (1718-1792) в сражении  при о.Доминика  9-12 апреля 1782 г.  впервые отошёл от линейной тактики.  Не боясь нарушить строй,  он прорезал  линию французской эскадры  с целью разгрома её части. Адмирал А.Дункан в сражении 11 октября 1797 г. при Кампердауне в Северном море атаковал двумя неправильными колоннами  арьергард и авангард  голландской эскадры, прорезал её строй, оставив центр без внимания и смешал суда противника. [15]  Подобные идеи появились и во Франции, но их развитию помешала  Французская революция, несмотря на призывы Наполеона стремительно нападать, не считаясь с потерей своих  судов.

  Для барона Нильского, франкофоба Г.Нельсона (1758-1805) главным было истребление  морской силы врага. Нельсон интересовался  идеями  Клерка, но в основном исходил  из своего  опыта.  Атака при Абукире  1-2 августа  1798 г.   проходила без перестроения  из походного в боевой порядок. Удар наносился по флагману, противник ставился в два огня, стрельба велась  не по рангоуту, а по корпусу, чтобы уничтожить канониров и орудия врага.  В Англии  великий флотоводец пользовался  огромным авторитетом. (Провожая его в походы, перед ним, бывало, становились на колени). В битве при Трафальгаре 21 октября 1805 г.  Нельсон приказал  прорезать линию франко-испанской эскадры  в двух местах  и, произведя стрельбу в упор (англичане стреляли  вдвое чаще, чем неприятель), одержал блестящую победу,  потопив и пленив 18 кораблей.  Английские моряки проводили бой с огромным воодушевлением, раненые продолжали вести огонь, оставаясь при орудиях;  один из матросов  при ампутации руки пел  гимн «Правь, Британия!»

  К концу XVIII  века  русская нация стала не только сухопутно-военной, но и морской, ни в чём не уступавшей  англичанам. Г.Нельсон и Ф.Ф.Ушаков обладали  равным талантом. Известно, что Нельсон предостерегал  своих капитанов  от абордажных схваток с русскими.  При одинаково высокой  выучке   английских и русских моряков  и равенстве  флотоводческого мастерства  Ушакова и Нельсона, компьютерное  моделирование боя между этими двумя адмиралами, скорее всего, дало бы ничейный результат.

  Национальная слава России - Ф.Ф.Ушаков будет вечной гордостью нашего народа.

  С 2000 г. «морской Суворов» - Ф.Ф.Ушаков почитается  как святой покровитель Российского военно-морского флота  и Стратегических  военно-воздушных сила (с 2005 г.). 

  
  
Кандидат исторических наук Владимир Алексеевич Артамонов.



[1] Мордвинов Р.Н. Флотоводческое искусство   адмирала Ф.Ф.Ушакова // Русское военно-морское искусство. Сб.статей. М.,1951.  С.122; Морской энциклопедический словарь. СПб., 1993. С.110.

[2] Кладо Н.Л. Морская тактика. СПб., 1897. С.84.

[3]  Шишов А.В. (Сост.) Георгиевские кавалеры. Сборник в 4 томах. М., 1993. Т.1.С.119.

[4]  Адмирал Ушаков. Сб.документов. М., 1951. Т.1.. С.371.

[5] Ф.Ф.Ушаков – русскому послу  в Стамбуле  В.С.Томаре  4 апреля 1799 г. // Там же. Т.3. С.18-19.

[6] Там же. Т.1. С.209, 211; Мордвинов Р.Н. Суворов и Ушаков // Русское военно-морское искусство. Сб.статей. М.,1951.  С.120-121.

[7] Адмирал Ушаков… Т.1. С.316, 360.

[8] Там же. Т.1. С. 58-59, 64.

[9] Ф.Ф.Ушаков – Г.А.Потёмкину 5 июня  1790 г. Там же. Т.1. С. 174-176, 188.

[10]  Курукин И.В. Фёдор Ушаков. Непобедимый адмирал. М., 2014. С.11.

[11] Адмирал Ушаков… Т.1. С.338, 351.

[12]  Носов Ф.В.Адмирал Ушаков. Л., 1955. С.23.

[13] Екатерина II – М. Гримму 27 августа  1791 г. Адмирал Ушаков… Т.1. С.532-533.

[14] Тарле Е.В. Адмирал Ушаков  на Средиземном море 1798-1800. М.,1948; Овчинников В.Д. Святой праведный  адмирал Ушаков. М., 2001.

[15] Кладо Н.Л. Морская тактика… С.103.


 

Список публикаций Владимира Алексеевича Артамонова на сайте "Западная Русь":

 

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.