Россия и восстание Ференца II Ракоци 1703-1711 гг. (Часть I)

Автор: Владимир Артамонов

Артамонов Владимир АлексеевичВойна за независимость Венгерского королевства от великой державы Габсбургов благодаря самоотверженной борьбе разных сословий и народностей, в том числе мадьяр, словаков, русинов и валахов  продолжалась восемь лет (1703-1711 гг.).  Национально-освободительное движение было результативным – в результате   стойкого отпора   была подтверждена автономия Венгрии и заключён первый «австро-венгерский компромисс» в 1711 г. в Сатмаре.

Интересы России в начале XVIII в.   направлялись к Балтийскому и Черноморскому бассейнам, но не к Венгерской низменности. Удельный вес Венгрии в русской политике был скромным и связи с ней были оборотной стороной отношений с Габсбургами. Противники у Венгрии и у России не были общими, поэтому связка Венгрия – Франция ни в 1708, ни в 1711 г. не сработала в пользу России, хотя венгерская дипломатия настойчиво   притягивала Москву к сфере своих интересов и надеялась сблизить её с Парижем. 

Москва не оказала военной помощи повстанцам, но политическое содействие России было большим, чем от Швеции и от Османской империи. Именно Россия в 1707-1709 гг. осмелилась   войти в прямые антиавстрийские контакты с восставшей Венгрией.   Освободительная война в Венгрии 1703-1711 г. дала пример для народов, отстаивающих свою   свободу.

В 2017 году Институтом Российской истории РАН была издана монография кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника Института Российской истории РАН Владимира Алексеевича Артамонова «Россия и восстание Ференца II Ракоци 1703-1711 гг.».

Учитывая многие исторические параллели с нынешней ситуацией в Центральной Европе, вниимательное изучение взаимоотношений России и народов Прикарпатского и Дунайского регионов, думается, сегодня вновь актуально.

Редакция сайта публикует полный текст монографии В.А. Артамонова,  в нескольких частях в специальном разделе.

Текст монографии для публикации на сайте «Западная Русь» предоставлен автором.


 

racozi

 Институт Российской истории РАН

 
Артамонов В.А.

 

Россия и восстание Ференца II Ракоци 1703-1711 гг.

 

 Москва       2017 г.

Рецензенты: Доктор исторических наук Т.П.Гусарова,Кандидат исторических наук М.К.Юрасов.      М., 2017. 84 с.

 

Содержание.


 

Введение

Жолт Варади. Конная статуя Ракоци в Сегеде (1912).Несколько столетий венгерский народ отстаивал национальное существование, принимая на себя удары османской агрессии. Целую историческую эпоху венгерская нация защищала право на свободу в борьбе с империей Габсбургов.
В начале XVIII века восемь лет (1703-1711 гг.) в Венгрии пылала Освободительная война против великой державы Центральной Европы – монархии Габсбургов. Несмотря на конечное поражение, она оставила глубокий след в судьбе народа - укрепила его идентичность и дала стране героя - Ференца II Ракоци (1676-1735). Мощная вспышка восстания привлекла к нему внимание в разных странах и в ряде случаев меняла   политическое соперничество в Европе.

Венгерская историография послевоенного и недавнего времени основательно освоила темы, сопряжённые с   восстанием Ференца II Ракоци.

Изученность данной темы венгерской историографией можно назвать образцовой.   Выявлены подробности дипломатии вождей венгерского восстания, которые установили контакты с дипломатами многих государств, воевавших как в Северной, так и в войне за Испанское наследство, разобраны военные операции повстанцев и австрийских войск, борьба   дворянства за сословные права и привилегии, сопротивление крепостного крестьянства, государственное строительство, состояние экономики, культуры, религиозные противоречия и т.д.          

Обзор оценок венгерскими исследователями в зависимости от политической конъюнктуры, в работах, посвящённых русско-венгерским связям за два века, подробно дано историком Кларой Папп. [1] Начало русско-венгерских дипломатических связей в 1956 г. осветил крупнейший специалист про истории Центральной и Восточной Европы Й. Переньи, [2]   который правда, беспокоился о том, чтобы освещение русско-австрийских отношений не выхо­дило бы «слишком отрицательно c точки зрения вeнгepo-pyccкиx отношений». [3]

В 1966 г. в докторской диссертации Б.Кёпеци на основе парижских, венских и будапештских архивов при широком охвате международных отношений, дал обстоятельную   картину об отношениях Франции и Венгрии.[4] Польско-венгерским контактам несколько работ посвятил венгерский историк Л.Хопп.[5]
В послевоенное время как в Венгрии, так и в СССР историкам приходилось поднимать значение связей Венгрии с Россией и преувеличивать роль Петра I для судеб венгерского восстания.[6]  Тогда выделялись в основном, социальные вопросы национально-освободительного движения с упором на русско-венгерский союзный договор 1707 г. [7] Вместе с тем замалчивались «прожекты», выдвигавшиеся обеими сторонами - как антирусские (подталкивание турок на войну с Россией), так и антивенгерские (попытки Петра I войти в союз с Австрией).
   В 1980-190-е годы в венгерской исторической науке «вопиюще анахроничная» теория постоянной борьбы за венгерскую независимость сменилась теорией «объединительных экспериментов». Констатируется, что попытка Ференца Ракоци воссоздать историческую Венгрию «осталась не более чем недостижимой мечтой».[8]

Первое полноценное исследование в отечественной исторической науке по русско-венгерским отношениям 1703-1711 гг. проведено Я.И.Штернбергом (Варади-Штернбергом).[9]   Этот добросовестный автор в советских, венгерских и украинских статьях и сборниках опубликовал много материалов, посвящённых Освободительной войне в Венгрии. [10] В соответствии с официальной установкой на дружбу между странами народной демократии, он затушёвывал негативные акции как России, так и Венгрии по отношению друг к другу.  В 1950-е гг. Сатмарский мир, завершивший Освободительную войну венгров, считался предательским, поскольку он усилил крепостной гнёт, привилегии дворянства и католической церкви и привёл к капитуляции повстанцев в 1711 г. а Венгерское королевство стало составной частью Габсбургской империи.

Русским историком,   жившим в Праге, А.В.Флоровскм на основе Венских архивов были детально рассмотрены международные отношения в треугольнике Россия –монархия Габсбургов – Венгрия.[11]
   В 1976 г. автор данной работы в венгерском сборнике, посвящённом 300-летию со дня рождения Ференца II Ракоци, осветил малоизвестные вопросы русско-польско-венгерского союза в 1707-1712 гг. и показал нереальность надежд венгров на военную поддержку России. [12]

Ныне происходит переоценка событий 1703-1711 г. Утверждается, что Сатмарский мир покончил с гражданской войной, в которой соотечественники уничтожали друг друга. Этот мир де позволил «добиться всего того, за что большинство куруцев сражались с оружием в руках. … были сняты противоречия, раздиравшие венгерскую политическую элиту изнутри». [13] Компромиссный договор между Венским двором и венгерскими сословиями, всегда готовыми для соглашения с Габсбургами, был «политической необходимостью», после которого был открыт путь мирного развития для Венгрии.[14]

В октябре 2011 г. в Москве в рамках «Дней Ракоци» проводилась конференция, по материалам которой   Институт Славяноведения РАН издал в 2013 г. ценный сборник со статьями российских и венгерских историков, посвящённых дипломатии Ракоци и русско-венгерским связям.[15]
   Задача данного исследования   - выделить политику русского правительства по отношению к Венгерской войне за независимость 1703-1711 г. Есть и другой аспект.   Национальный вопрос среди народов Венгерского королевства в начале XVIII в. был крайне сложным и антигабсбургская борьба венгров (куруцев), находившихся в замкнутом «кольце славян» и связи восставших с Россией и Речью Посполитой в комплексе в отечественной историографии не исследовались, за исключением отдельных эпизодов в рамках двусторонних отношений. Слабо разрабатывались отечественными историками и темы боевого содружества   повстанцев со словаками и русинами. Почти полностью обойдена тема вражды куруцев с сербами. Опускались случаи заигрывания (вплоть до «подвохов») русской и венгерской дипломатии с противниками друг друга.

Позиция хорватов и чехов вообще не освещалась. Ход восстания необычайно осложнил конфликт куруцев с сербами, и вожди повстанцев надеялись, что Россия снимет противоречия с этим православным народом. Архивные и опубликованные источники позволяют проследить   связи русской дипломатии с народами Карпатской котловины в 1703 -1711 г. Ни отечественная, ни венгерская историография не затрагивали   сюжет перехода остатков повстанческого войска венгров на русскую службу в 1711-1712 гг. и участие их в Дунайском походе Петра Великого. В этом состоит определённая новизна и актуальность данной работы.

Венгерские историки публикуют многие свои исследования на   разных европейских языках. В этой работе венгерская историческая литература использовалась в переводах на русский, польский, немецкий и французский языки.

Основной информационной базой данной работы - были уникальные источники из фондов Российского Государственного Архива Древних Актов. Особенно полезными оказались фонды Сношений с Турцией, Польшей, Венгрией и Францией. Из опубликованных источников особо ценными можно назвать Письма и бумаги императора Петра Великого, тома, издававшиеся в Петербурге, Ленинграде и Москве и относящиеся к первой половине Северной Войны 1700-1721 гг.

Много информации имеется в томах, изданных Русским историческим обществом: Донесения французских посланников и поверенных в делах при русском дворе и отчёты пребывания русских послов, посланников и дипломатических агентов во Франции с 1681 по 1718 гг. // Сборник Императорского Русского исторического общества. СПб., 1881. Т.34; Донесения и другие бумаги чрезвычайного посланника английского при русском дворе Чарльза Витворта и секретаря его Вейсброда с 1708 по 1711 гг. // Сб.РИО. СПб., 1886. Т.50; Донесения и другие бумаги английских послов, посланников и резидентов при русском дворе с 1711 по 1719 гг. // Сб. РИО. СПб., 1888. Т.61.

Освещение политики вождя восстания Ференца II Ракоци в отношении России, а также позиции славянских народов, обитавших как вовне, так и в исторических границах многонационального Венгеро-хорватского королевства – словаков, русинов, хорватов, сербов и чехов производилось на основе исторической библиографии, выходившей в славянских странах в XIХ- ХХI в. и материалов отечественных архивов.
   Россыпь богатейших сведений, исходящих из лагеря повстанцев см. - Fiedler J. Aktenstücke zur Geschichte Franz Rákóczy’s und seiner Verbindungen mit dem Auslande. Aus den Papieren Ladislaus Kökenyesdi’s von Vetes, seines Agenten in Baiern, Frankreich, Preussen und Russland 1705–1715. Wien, 1855 Bd.1; 1858. Bd.2.

Богат информацией сборник, изданный Имре Лукиничем - Lukinich J. A Satmári béke története ès okirattára. Budapest, 1925.

Ценнейшим источником являются мемуары самого Ференца II Ракоци. - Memoires du prince François Rákóczi sur la guerre de Hongrie, depuis l’anne’e 1703 jusqu’a sa fin // Brenner D. Histoire des revolutions de Hongrie. A la Haye, 1739. Vol.1-2.

Узловых моментов в русско-венгерских отношениях того времени было четыре  - сочетание сводящих и разводящих факторов в политике России и Венгрии, Варшавский русско-венгерский договор 4(15) сентября 1707 г., использование русской дипломатией больного для венгров «сербского вопроса» и привлечение   остатков куруцкого войска на русскую службу в 1711 г.

*   *  *

 Паннония – равнинный  регион в Центральной Европе - была оконечностью евразийской степной зоны. С 896 г. она была занята полукочевыми финноугорскими племенами, переселившимися из прародины венгров, скорее всего из бассейна Нижней Камы.[16] Основная масса земледельческих славянских племён, проникавших в Карпатскую котловину с IV-V веков н.э., обитали по её окраинам, так как оседлое население   в послеримское время периодически сметалось гуннами (401-454 гг.), германцами (456- середина VI в.) и аварами (566-803 гг.). Раннефеодальное славянское Великоморавское государство (около 830-906 гг.) хотя и распространяло свои владения вплоть до бассейна Верхней Тисы, вряд ли смогло в полном объёме колонизовать и закрепить за собой традиционный домен кочевников. [17]

Мадьяры, несмотря племенную обособленность, быстро вошли в состав европейских народов и создали свой культурно-политический круг, сохранив степную активность. В Среднем Подунавье осело этнически-однородное ядро, а в Трансильвании расселились близкие венграм секлеры (секеи).

В 1102 г. была заключена личная уния между Венгрией и Хорватией и было образовано многонациональное Венгеро-хорватское королевство, в котором мадьяры были господствующей нацией с великодержавным сознанием.

29 августа 1526 г. в битве у Мохача   османы разгромили венгерское войско и начался распад венгерского государства. Однако ни осколки Венгеро-хорватского королевства, ни венгерский культурный круг не исчезли. Западная его часть, в том числе хорватские и словацкие земли сохранили сословное самоуправление  в составе монархии Габсбургов, а Трансильванское княжество - автономию в рамках Османской империи.

В XV – XVI вв. османский вал сместил народы Балкан к северу – хорватов в Словению, Бургенланд, в Нижнюю Австрию и даже в Моравию, сербов в Славонию и Большую Среднедунайскую низменность (Альфёльд). Очаг венгерской государственности на полтора века был перенесён в Южную Словакию (Верхнюю Венгрию).

Почти весь XVII век в Карпатской котловине шла ожесточённая борьба между венграми, османским полумесяцем и двуглавым австрийским орлом. Битва у Белой горы в 1620 г. покончила с независимостью Чешского королевства и был заложен первый камень австрийского великодержавия. В 1627 г. из Австрии были изгнаны немцы-протестанты. В 1670 г. был подавлен бунт хорватских магнатов – Петра Зринского и Франьо Франкопана.

После победы польского короля Яна III Собеского и имперских князей над турками под Веной в 1683 г. начался откат Османской империи из Центральной Европы. На Альфёльд хлынул поток немцев, мадьяр, словаков и хорватов. Колонисты шли даже из Италии, Франции, Польши и Чехии. Вместе с тем с юга, боясь мести османов, на север уходили  православные сербы, македонцы, валахи, албанцы, болгары, греки, армяне (сербские мусульмане с Альфёльда переселялись в Боснию). Вокруг мадьяр уплотнилось кольцо невенгерских народностей.

   На сейме в Братиславе (нем. Прессбург, венг. – Пожонь) в 1687 г. Вена заставила признать наследственные права мужской линии Габсбургов на венгерский и хорватский престол. В том же году сын императора Леопольда I (1657-1705) – будущий император Иосиф I (1678-1711) при жизни отца был коронован венгерской короной Иштвана I Святого. Была отменена статья «Золотой буллы» 1222 г., разрешавшая легальное неповиновение (рокош) монарху. Вновь завоёванные земли - Трансильванское княжество и Триединое королевство - Хорватию, Славонию и Далмацию - Габсбурги не включили в состав Венгрии.

В 1689 г. председатель Венгерской палаты (с 1696 г. кардинал и примас Венгрии) барон хорватского происхождения Леопольд Колонич (1631-1707) предложил императору проект «освоения» Венгерского королевства - колонизовать его немцами и венграми, давая привилегии первым, чтобы «склонную к восстаниям венгерскую кровь разбавить немецкой», [18] провести рекатолизацию кальвинистов, обратить православных в униатство и обложить постоянным налогом магнатов, дворян, городские сословия и крестьян. Графенауэр, 1959 С. 730-731).

Великая Турецкая война 1683-1699 гг. и защита рубежей «Священной Римской империи» резко подняли престиж «Австрийского Дома». Громкие победы при Сланкамене 1691 и Зенте в 1697 г., завоевание австрийцами Венгрии, Славонии и Трансильвании, появление имперских войск в Македонии позволили Габсбургам претендовать на Сербию, Боснию, Болгарию, даже на Молдавию и Валахию и отброс османских границ к Эдирне и даже к Стамбулу.[19] Вслед за византийскими императорами и османскими султанами Габсбурги рассчитывали перенять балканское наследство Константинополя.

С 1699 г.   монархия Габсбургов   стала великой державой. Её владения увеличились с 303 тыс. кв. км до 500 тыс. кв. км. Графенауэр 1959 С.732.

Из 2,5 миллионов населения в Нижней и Верхней (Словакия) Венгрии после войны 1683-1699 г. жило примерно 49 % мадьяр, 21 % словаков,12 % немцев, 7 % сербов 5% закарпатских русинов[20].

В венгерских городах появился немецкий и чешский чиновный люд, в Словакии распускались венгерские войска. На турецком пограничье венгерские гарнизоны заменялись австрийскими и сербскими, разорялись магнатские латифундии.[21] Многонациональная австрийская армия, содержавшаяся за счёт контрибуций, превратилась из освободительной в оккупационную. [22] Для Венгерского королевства врагом стала уже не Османская империя, а наступающие Габсбурги. Поэтому имперские войска в Словакии и Венгрии встречали не «партизаны императора», как в Сербии и Македонии, а союзное османам 20-тысячное войско руководителя антигабсбургского освободительного движения, князя Трансильвании Имре Тёкёли (1657-1705).[23]

Гнёт австрийского абсолютизма навалился на всех – светские и духовные магнаты были возмущены ограничениями их всевластия, шляхта и крестьяне - контрибуциями, мадьяры-кальвинисты, словацкие и немецкие лютеране, православные сербы, русины и валахи - натиском католиков. «В Венгрии распространилось мнение, что немцы за несколько лет войны содрали с них больше, чем турки за полтора века».[24] Все надеялись, что восстановление независимого Венгерского государства избавит от австрийского зла. Как только янычары были отброшены к югу, на свободных землях сразу же попыталось подняться королевство Иштвана I Святого.

 -------------------------------

[1] Папп К. Оценки дипломатических связей князя Ракочего с царём Петром Первым   в венгерской историографии //Acta Universitatis Lodziensis. Folia historica. 1994. № 51 S.11-17. Её же. Дипломатические связи князя Ференца II Ракоци с царём Петром I в оценках венгерских историков // Вестник Воронежского Государственного Университета. Серия: история, политология, социология. 2015. № 1. С. 105-108.
[2] Perenyi J. II Rakoczi Ferenc es I Peter diplomaciai kapcsolatainak kezdete. "Magyar-orosz tortenelmi kapcsolatok". Budapest. 1956. (Начало дипломатических связей Ференца II Ракоци с Петром I. Венгерско-русские исторические связи).
[3] Ковалев М. В. К истории одного забытого исследования: А. В. Флоровский и его ста­тья о Пряшевском плане австро-венгерского примирения 1710 г. // Россия и Венгрия на перекрестках европейской истории.
сборник научных статей. Cтаврополь: 2016. Выпуск II. С.232.
[4] Рецензию см.: Штернберг Я.И. Köpeczi B. A Rakoczi-szabadsagharc es Franciaorszag. Budapest, 1966. 479. оld. - Вопросы истории. 1967. № 3. C. 190-192.
[5] Hopp L. Pobyt Ferenca Rákóczego II w Gdańsku w latach 1711-1712 // Rocznik Gdański. Gdańsk,1966. N.25;
Его же: Spravy polskie w węgierskich zabytkach literackich z okresu powstania Rákóczego // Studia z dziejów polsko- węgierskich stosunków literackich i. kulturalnich. Wrocław, 1969 ; Его же : Renouveau des traditions hungaro-polonaises à l’epoque de Ferenc II Rákóczi // Acta Litteraria Academiae scienciarum Hungaricae. Budapest, 1973. T.15. Fasc.3-4.
[6] По мнению Агнеш Варкони, союза с Петром   I искал не венгерский князь, а наоборот, Пётр I «как настоящий, великий государь видел в Ракоци не бунтовщика, а равное себе лицо, представляющее значительную силу». Кёпеци Б. Ференц II Ракоци / / Кёпеци Б., Варкони А. Р. Будапешт, 1955. С. 264–265.
[7] Акад. Е.В.Тарле неправомерно считал, что никакого соглашения у Ракоци с Карлом ХII быть не могло, а единственным союзником мог быть только Пётр I. – Шереш А. Неизвестная рукопись Е.В.Тарле о внешней политике Ференца II Ракоци и советская делегация на I конгрессе венгерских историков 1953 г. // Освободительная война 1703-1711 г. … С.254. См. также: Вёрёш Б. «Пропагандистские измышления 1940-1950-х гг. о взаимоотношениях князя Ференца II Ракоци и царя Петра I». – Там же. С.227-248.
[8] Палфи Г. Век разрывов и компромиссов: новый взгляд на историю Венгерского королевства в XVII века // Славяноведение. 2016. № 2. С.42-43.
[9] Штернберг Я.И. Освободительная война в Венгрии и русско-венгерские отношения в начале XVIII в. Дисс. на соискание уч. ст. канд ист. наук. Ужгород 1955. Классик исторической науки С.М.Соловьёв вкратце коснулся мотивов заключения русско-венгерского договора в 1707 г. и   выбора   князя Ракоци польским королём. - Соловьёв С.М. История России с древнейших времён. М.,1962. Кн.8. С.156, 161.
[10] См., например, Штернберг Я.И. Русско-венгерские отношения периода Полтавской победы // Полтавская победа. Из истории международных отношений накануне и после Полтавы. М., 1959. С. 71-102.
[11] Флоровский А.В. Чехи и восточные славяне. Прага, 1947. Т.2; Его же. Русско-австрийские отношения в эпоху Петра Великого. Прага, 1955. Его же. От Полтавы до Прута. Из истории русско-австрийских отношений в 1709-1711 гг. Прага, 1971.
[12] Artamonov V.A. Magyarország és аz orosz-lengyel szövetség 1707-1712. (Венгрия и русско-польский союз 1707-1712 гг.) // Európa és a Rákóczi-szabadságharc. Budapest, «Акаdémiaikiadó».1976. S 45-51.
[13] Месарош К. Сатмарский мир 1711 г. и «надежда на русских» // Освободительная война 1703-1711 гг. в Венгрии и дипломатия Петра I. СПб., 2013. С. 14. Мир обеспечил внутреннюю стабильность и стал победой габсбургского дворянства, но Словакия лишилась 80 тыс. жизней. История Словакии М., 2003. С. 51; Хаванова О.В.Из истории взаимоотношений венгерских подданных с верховной властью. Электронный ресурс. Режим доступа: http://ah.milua.org/suffer-from-rakoczy
[14] Палфи Г. Век разрывов и компромиссов…С.46.
[15] Освободительная война 1703-1711 гг. в Венгрии и дипломатия Петра I СПб., 2013.
[16] История Венгрии в трёх томах. М.,1971. С.89-90.
[17] До прихода венгров в Карпатскую котловину, на северо-востоке Карпат­ской котловины жили   восточные славяне (русины). - Юрасов М. К. Подкарпатская Русь – одна из колыбелей христианства у восточных славян. Sanktum. 2013; Его же. Восточные славяне в Карпатской котловине до и после освоения этого региона венграми // Россия и Венгрия на перекрестках европейской истории. Сборник научных статей. Cтаврополь, 2016. Выпуск II. С.59, 64.
[18] Fessler J.A. Die Geschichte von Ungarn 1576-1705. Zweite vermehrte und verbesserte Auflage. Leipzig, 1877. Bd. 4.       S. 513, 516.
[19] Гусарова Т.П. Австрийские Габсбурги в войне с османами в 1683-1699 гг. // Османская империя и страны Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы в XVII в. М., 2001. Часть 2. С.238-294.Таковы были австрийские запросы   на переговорах с турками в 1689 г. - Радоњић Й. Гроф Ћорђе Бранковић и његово време. Београд, 1911. С.326..
[20] Macůrek J. Dĕjiny Mad’arů a Uherského státu. Praha, 1934. S. 192. В XV в. в Венгеро-хорватском королевстве жило 4 млн. населения. - Köpeczi B. La France et la Hongrie au début du XVIIIe siècle. L'étude de l'histoire des relations diplomatiques et l'histoire des idées. Budapest, 1971. Р.19.
[21] Pach P.Zs. Význam odboja Františka Rákócziho II v zápase za nezávisost’ Uhorska // Kapitoly z uhorských dĕjin. Bratislava, 1952. S.44, 47.
[22] В «Пунктах мира государства Венгерского и чинов», поданных в Москве 20 февраля 1710 г. венгерскими послами с определённым преувеличением было написано: «Некоторые из бедного народа венгерского для платежа порций и налогу немецким офицером безвинных своих детей, отчасти турком, отчасти же жидам продавать, некоторые же жён и дщерей своих похотям блудодействия предать и сицевым образом претензии немцов исполнити и свирепство оных присмирить принуждены были». – РГАДА. Ф.40. Оп.1. 1710. Д.1. Л.8-11.
[23] Гусарова Т.П. Австрийские Габсбурги в войне с османами в 1683-1699 гг. … С.263-268.
[24] Контлер Л. История Венгрии. Тысячелетие в центре Европы / Пер. с англ. М., 2002. С.60.

 

 


 

Европа в 1703 году и начало Освободительной войны в Венгрии.

Ференц II РакоциК 1703 г. монархия Габсбургов с головой втянулась в первый всемирный конфликт Нового времени – войну за Испанское наследство (1701-1713/1714). Большая часть австрийских войск ушла на запад. Против великой французской державы Людовика XIV, пытавшейся насадить власть Бурбонов за Пиренеями и в американских колониях Испании, выступили, кроме Дунайской монархии, Великобритания, Голландские Штаты, большинство княжеств «Священной Римской империи», Бранденбург-Пруссия, Португалия и Савойя - «Великий союз». Несколько позже в войне с Францией были использованы военные силы Саксонии и Дании, не состоявшие формально в Великом союзе. Традиционными союзниками Франции были Османская империя и Шведское королевство – первая соперничала с Габсбургами на Балканах, второе – в северной Германии. Опорой Людовика XIV в Германии   были владения Виттельсбахов – Кёльнский электорат и крупнейшее немецкое курфюршество Бавария, стремившееся к преобразованию в королевство.

Французская дипломатия в тылу Габсбургов пыталась сколотить антиавстрийский блок («восточный барьер») из Швеции, Венгрии, Трансильванского княжества, Османской империи и, при возможности, расползавшейся по швам Речи Посполитой.

Политические системы Великого союза и Франции с самого начала были частично нарушены Великой Северной войной (1700-1721). Внимание Датско-норвежской унии и Саксонии отвлеклось на север, действия России в Прибалтике и в Польше свели на нет напряжённость на восточных рубежах Империи.

За северной цепью Карпатских гор Венгрия имела открытую границу с Речью Посполитой. 10-миллионная шляхетская республика входила в кризисный период своей истории. Польско-литовское государство не имело ни единого центра управления внешней политикой, ни общего командования вооружёнными силами. Польские магнаты-«крулевята» самостоятельно вступали в сношения с иностранными государствами. С избранием в 1697 г. саксонского курфюрста Августа II «Сильного» (из династии Веттинов) на польский престол и создания польско- саксонской личной унии, там возникло подобие венгерской ситуации – началось сопротивление саксонскому абсолютизму. Общей внешнеполитической концепцией шляхты было стремление остаться вне конфликтов эпохи.

Сословная взаимность польского и венгерского дворянства позволила 25-летнему венгерскому магнату, бежавшему из австрийской тюрьмы в 1701 г., князю «Священной Римской империи» Ференцу II Ракоци укрыться в замке у с. Бережаны (в 78 км к юго-востоку от Львова) в имениях коронного гетмана А.Н.Сенявского. Находившийся уже там ранее генерал, старший друг и единомышленник Ракоци - граф Миклош Берченьи планировал освободить Венгрию польскими и турецко-татарскими саблями, отдать корону Иштвана I Святого Августу II и образовать венгеро-польско-саксонскую конфедерацию.[1]

К 1703 г. в конфискованных имениях Ференца Ракоци , где особо насильничала австрийская власть, вспыхнули мятежи русинских и мадьярских крестьян. Куруцам (в смысле «мятежникам» - судя по последним этимологическим разысканиям учёных) - так называли себя венгерские повстанцы со времён крестьянской войны 1514 г. Дьёрдя Дожи - нужен был авторитетный вождь и они просили возглавить восстание Ференца II Ракоци, единственного наследника магнатов Зринских (Зриньи), Батори, Лорантфи [2] в Словакии, Трансильвании и Венгрии.

Ни одно прежнее восстание против австрийского ярма   не имело вождя, так удачно сочетавшего облик народного и дворянского героя. Имя Ференца II Ракоци слилось с борьбой венгров за свободу. Ещё до 1703 г. народ слагал о нём легенды.[3] Его матерью была национальная героиня Венгрии и Хорватии Елена Зринская (Илона Зриньи) славянка хорватской крови (1643-1703), из рода хорватских банов. В борьбе за освобождение от власти австрийцев, она с декабря 1685 по 17 января 1688 г. два года отстаивала Мукачевский замок. Дедом по матери был хорватский бан Пётр Зринский, отцом - предводитель восставших в 1670 г. венгерских дворян Ференц I Ракоци (1645-1676), отчимом - вождь восстания куруцев в 1677-1684 гг., «король Венгрии» (как называли его турки) Имре Тёкёли.

Помимо громадной земельной собственности, позволявшей Ракоци быть выше любого магната, его великодушие, храбрость, величественная осанка, образованность (иезуиты в Вене обучили его латыни, немецкому, французскому и итальянскому языкам, а сам он, пребывая в славянском окружении, овладел словацким, польским и карпаторосским языком) обеспечили ему беспрекословное уважение и любовь всех народностей Венгрии.

Август II не собирался помогать венгерским повстанцам. Если в 1697 г. этот Веттин в ответ на французские предложения – присоединить к короне Пястов и чешскую – намекал на возможность диверсии из Польши против австрийцев, то в 1702 г., он вынужден был послать Леопольду I против венгров восемь тысяч саксонских солдат за субсидии в 200 тыс. талеров, отказать убежище венгерским эмигрантам и обещать пресекать переброску французского оружия из Данцига в Венгрию.[4]

Напротив, польские магнаты, действовавшие в русле французской политики - А.Н.Сенявский, его энергичная красавица жена («гетманиха», «не коронованная королева») Эльжбета Сенявская (1669-1729), «киевский» воевода Юзеф Потоцкий (1673-1751) и краковский воевода Мартин Контский помогли навербовать для венгров за свои и французские деньги 400 драгун и 200-300 «волохов». Возможно, что среди «волохов» - нерегулярных частей из молдаван и казаков, нанимавшихся на службу к любому, кто хорошо платил, были и украинцы из Подолии и запорожцы.[5] Сенявская отправила Ракоци тысячу ружей, но надежда набрать восьмитысячный корпус не осуществилась. По всей Речи Посполитой клокотала гражданская война между прошведскими, просаксонскими и прорусскими партиями.

Сын Яна III Собеского королевич Александр, ориентировавшийся на шведов, собирался, по слухам, при поддержке венгерских, крымских и турецких войск «идти под Киев» для «отвоевания отчизны». [6] Противник короля-саксонца Ю.Потоцкий не смог перебросить за Карпаты польские хоронгви.[7] Но всё же на Альфёльде шла молва, что на помощь куруцам придёт 40-тысячное войско поляков и шведов.[8]

6 мая 1703 г. Ракоци из Бережан призвал венгров стряхнуть гнёт цесаря и защитить венгерские свободы. 12 мая он выслал в Закарпатье красное знамя со своим гербом и девизом, призывавшим к объединению всех народностей и сословий: «Cum Deo pro Patria et Libertate» («С Богом за Родину и Свободу!»).

16 июня с горстью вооружённого польско-русинского отряда в 800 человек Ракоци перешёл свой Рубикон – Верецкий перевал в Карпатах и подал весть, что в Венгрию спускаются поляки, шведы, немцы, татары, турки, казаки и даже «Москва». В сентябре 1703 г. Ракоци издал манифест (к словакам по-словацки) освобождавший крепостные семьи повстанцев, которые присоединятся к его армии, от большей части налогов и повинностей. Народное войско стало расти как горная лавина. Восстание, готовившееся только как сословное, с расчётом на помощь иностранных держав (план М.Берченьи 1701 г.), переросло в Освободительную войну, объединившую на несколько лет феодальные сословия Венгерского королевства.

Шляхта мадьярского[9] и мадьяризованного словацкого и валашского происхождения надеялась, оседлав волну народного возмущения, восстановить сословные привилегии и свою власть в Венгрии. Трансильванские секеи и часть валахов поддержали восстание. Некоторые дворяне, опасаясь вооружённого народа, стала «куруцами поневоле». Саксы Трансильвании не приняли участия в «крамоле» против своих же немцев.

Против куруцев с их стремительной тактикой партизанской войны сражались верные Габсбургам «лабанцы» (labáncok), получившие своё прозвище либо от нем. Lanzer – наёмник с копьём, либо от растрепанных немецких париков.[10] В их составе были главным образом, магнаты и городской патрициат.  

Политический вес венгерского дворянства намного превосходил влиятельность более многочисленного крестьянства и благородное сословие взяло на себя руководящую роль в восстании.[11] Немецкий католический натиск, соседство с миром славянства и ислама заставляло мадьяр искать опору в истории кочевых племён.

Шляхта гордилась своим воинственным скифско-гуннским происхождением и «паннонской доблестью», позволившей ей занять центральное место в Карпатской котловине. Она знала военное дело, имела оружие лучше крестьянского, за её плечами был опыт пяти антигабсбургских восстаний в XVII в. [12]

Яркое описание мадьяр оставил французский посол при Ференце II Ракоци в 1704-1709 гг. генерал П.П.Дезальёр: «Что касается венгерского народа, то мужчины в общем высокого роста, прямые и складные, женщины дородные, блондинки и довольно красивы. Венгры в целом умны, но не стремятся отшлифовать ум, как все более варварские народы. Венгры хвалятся своим происхождением прямо от скифов. Я не могу ни согласиться, ни опровергнуть это мнение, скажу только, что они имеют много общего с тем древним народом. Также, как и те, они любят оружие и не имеют на себе ничего лишнего. Даже зимой они не носят ничего, кроме рейтуз, рубашки и маленькой накидки, подбитой мехом, такой узкой и короткой, что она не закрывает бёдер. Они сражаются как скифы, манера схваток – однообразна. Они никогда не расстаются с оружием - саблей и карабином, которые составляют часть их убора. С оружием они идут на бал и с ним же идут в атаку. Все их танцы тяжелы, как наша «куранта», а их музыкальные инструменты – это   цимбалы, флейты и рожки. Историки говорят, что скифы были склонны к воровству и разбоям – и в этом их потомки не деградировали. Можно с уверенностью сказать, что венгры самые отчаянные воры на свете. Многие из них пьяницы, спесивцы, лжецы, ветреники и трусы выше всякой меры и если они воюют, то только в надежде на добычу». [13] Последние фразы тенденциозны - необученность военному искусству народных армий часто путалась с малодушием.

Дворянство обладало опытом чиновной работы и успешно наладило дипломатическую службу от Мадрида до Стамбула и Москвы.

На первых порах  ядро куруцкой армии было в основном славянским – польско-русинско-словацким. Из мукачевских имений Ракоци каждый третий русин и мадьяр стал куруцем. По Закарпатью, Словакии и восточной Венгрии кострами запылали магнатские усадьбы. В первые же дни из русинских добровольцев была создана гвардия князя - кавалерийский и пехотный полки численностью в 600 и 1000 человек. Этим возрождались  традиции XV- XVI вв., когда гвардия венгерских королей состояла из восточнославянских русинов.[14] Ракоци ценил русинскую   охрану за верность и самоотверженность. В начале восстания они спасли   жизнь своему вождю в одной из схваток, как рассказывал позже сам князь.[15]

Встреча и воодушевление русинского населения ярче всего врезалась в память князя: «Трудно представить себе порыв и радость, привлекшие народ со всех сторон, после того, как распространилась весть о моём прибытии на мукачевскую землю. Они (русины - В.А.) сбегались толпами, принося хлеб, мясо и прочие припасы, нужные для снабжения. Их сопровождали жёны и дети и ещё издали, едва увидев меня, они становились на колени, осеняя себя по-русински крестным знамением. Они плакали от радости и у меня выступали слёзы. Для выражения своей верности и любви этот народ не ограничился тем, что приносил по мере своих возможностей провиант, но, отослав домой своих жён и детей, они вступали в моё ополчение и больше меня не покинули. За недостатком ружей они вооружались саблями, вилами, косами и выражали готовность жить и умереть вместе со мной. За несколько дней число моих войск выросло до трёх тысяч человек. Воодушевление крестьян, превышавшее все ожидания, возрастало с каждым днём».[16]

К восставшим тут же присоединялись «горные хлопцы» - словацкие и русинские «збойники» и «опришки», которые  с 1697-1700 гг. налетали на местную шляхту по обоим склонам Карпат от Молдавии до Силезии. Русинские «ватажки» во главе с Иваном Беца, Фёдором Бойко, Юрием Галаем, Василем Довбеем, Олександром   Пастоляком воевали в районах Рахова, Берегова и Ужгорода.[17] В августе 1703 г. И.Беца поднял крестьян из окрестностей Мукачева и в сентябре того же года осадил и взял Ужгород (Унгвар).[18]  К куруцам присоединилось и несколько сотен молдаван и валахов. Предводителем одного из русинских отрядов был валах Григор Пинтя, получившим   за удальство прозвище «Витязул» (Храбрый). В куруцкой вольнице обрёл боевую закалку и национальный герой словацкого народа «збойник» Юрай Яношик (1688-1713).

Имя князя распахивало ворота городов и крепостей. Закарпатье, Словакия. Трансильвания и Венгрия ждали его как мессию. Словакия и Закарпатье с их золотыми серебряными и медными рудниками, железоделательными, оружейными и пороховыми мастерскими стали основной базой восставших. Десять тысяч словаков вступили в войско куруцев, сформировав смешанные мадьяро-словацкие части и три число словацких полка.[19]
   На сторону повстанцев встали и немецкие евангелисты словацких горнорудных городков и мадьяризованные половцы и ясы-языги иранского происхождения, которых Габсбурги обложили большим налогом в пользу Тевтонского ордена.[20] (Из дезертиров и пленных австрийцев венгры позже сформировали один немецкий полк).

Одинаково бесправное словацкое, русинское и мадьярское крепостное крестьянство   жило в пределах общих государственных границ, имело общий господствующий класс, который владел обязательной для всех латынью, имело двойное - этническое и государственное самосознание и схожую народную культуру, начиная от строя народных песен до косиц на мужских головах.

Этническое происхождение не занимало первого места в иерархии идей феодального общества. Определяющей была религиозная принадлежность, подчинённое положение к которой занимало и политическое подданство.   К началу XVIII в. словаки и русины почти семь веков прожили в составе венгерского культурного круга. За это время сложился общий для немадьярских народностей «территориальный патриотизм»,[21] побуждавший их защищать «Угро-славянское» королевство» от внешнего противника. С XVII- XVIII вв. венгерская шляхта считала признаком принадлежности к «natio hungarica» не скифскую кровь, а мадьярскую речь.

У современников создавалось впечатление, что «словаки с мадьярами как бы в один народ слились».[22]  И всё же к началу XVIII в. самосознание  словаков становилось собственно словацким. Как ни мало существовало Великоморавское государство на словацких землях, но именно оно всплыло в их исторической памяти. В 1722 г. образованные словаки стали считать, что они ведут начало от народа князя Святополка (Святоплука), правившего в 871-894 гг. в Паннонии до прихода мадьяр. [23] Даниэль Крман, церковный деятель, поэт и суперинтендант в армии куруцев, считавший, что именно словацкий язык лёг в основу всех славянских языков, дорожил венгерскими символами[24] и освящал повстанческие знамёна куруцев. Можно допустить, что двойственность этнического и государственного сознания была свойственна и русинам.

К концу 1703 г. большая часть Венгерской низменности, за исключением Задунавья была занята 30-тысячным войском куруцев. [25]

Конфликты, между куруцкой армией и населением Верхней и Восточной Венгрии не относились к национальным. Партизанское войско куруцев содержалось за счёт населения, угоняло крестьян перед наступающим противником, забирало скот и провиант и проводило принудительную вербовку – особенно в западной Словакии, где контроль австрийцев был сильнее. От военных действий страдали как словацкие, так и мадьярские сёла.[26]

Описание бесчинств куруцев при проходе зимой 1704 г. через мадьярские деревни оставил турецкий посланник к Ракоци Осман-ага: «В каждой деревне, где они (куруцы – В.А.) останавливались на ночь, происходило одно и то же: там, где они не находили дров, они срывали крыши над головой жителей и старую солому, и камыш, которым покрывались дома, скармливали лошадям. С заборов, сараев и стен домов они сбивали всё дерево и обогревались им. Когда они на следующее утро уходили, можно было видеть только руины там, где была деревня».[27]

Несмотря на это, в памяти мадьяр и славян Словакии и Закарпатья война 1703-1711 гг. осталась как удалое и героическое время. В XVIII и XIХ в. мадьяры, словаки и русины распевали песни о куруцкой эпопее, о Геркулесе, новом Моисее и «восходящем солнце» - Ференце Ракоци.[28]

 

--------------------------

[1] Томашівський С. Угорщина и Польща на початку XVIII столiття // Записки наукового товариства ім. Шевченка. Львiв. 1908. С.48.
[2] Gogolák L. Beiträge zur Geschichte des slovakischen Volkes. Die Nationswerdung der Slowaken und die Anfänge der tschecho-slovakischen Frage. (1526-1790) München, 1963. S. 124.
[3] Там же. S.127.
[4] Hopp L. Pobyt Ferenca Rákóczego II w Gdańsku… S.123.
[5] 23 февраля 1704 г. П.А.Голицын писал Ф.А.Головину из Вены: «В ноябре был здесь слух, что некоторыя своевольники с Подола и из Запорог к тем бунтовщикам приходили и некоторые их совокупленники ис Полши людей посылали». – РГАДА. Ф.32. Оп.1. 1704. Д.4. Л.22.
[6] «Ракочий с венграми, которых 80 тысяч (так!), стоит под Спишом на рубеже венгерском. И когда венгры, к нему передався, многие обиды починили – цесарских немцев порубили – а сами с ним на рубежи стали. И тот (Ракоци – В.А.) хощет помочи дать королевичу (А.Собескому – В.А.), понеже и его хоронгви есть на Волыне. А Текелий всякие припасы даст». – Перевод с польского письма, присланного русским послом в Польше Г.Ф.Долгоруковым. РГАДА Ф.79. Оп.1. 1703. Д.9. Л.287-289.
[7] «Апреля в 18 день господин Поланецкий… возвратился, заграбя все те хоронгви, которые воевода киевский нанял было на Ракоция. И розделены они – одна партия отдана старосте накельскому, а другая - подканцлеру коронному Шембеку». – РГАДА. Ф.79. Оп.1. 1704. Д.3. Л.30 об.
[8] MPR. Р.23.
[9] Следует различать термины венгерский и мадьярский. Венгерский дворянин мог быть из любой народности, в том числе из валашской или из словацкой.
[10] Контлер Л. История Венгрии… С.62.
[11] В этом сказалась сила венгерской Освободительной войны по сравнению с крестьянскими войнами и восстаниями в России.
[12] Tibenský J. Predstavy o slovanstve na Slovensku v XVII a XVIII storočí // Historický časopis. Bratislava, 1960. N. 2-3. S.211; Arató E. Charakteristické črty mad’arskej “národnej” ideólogie v XVIII storočí |// Historický časopis. 1971. N 4. S.559-560.
[13] AGFR. Bd.2. S.467.
[14] Bidermann H.J. Russische Umtriebe in Ungarn. Ein Beitrag zur Geschichte Österreichs wie Russlands. Innsbruck, 1867.S.92.
[15] Fiedler J. Actenstũcke zur Geschichte Franz Rakoczy’s … S.459-461.
[16] MPR. P.14. Случайно услышав позже о мнимой смерти Ракоци, «бедные потрясённые люди начали причитать по-русински со слезами и криками, и их голоса разносились по окрестным долинам и горам». – Там же. Р.18.
[17] Ставровський О. Словацько-польсько-украïнське прикордоння до XVIII столiття. Пряшiв, 1967. С.351.
[18] Мельник В.М. З icториi спiльноï боротьби украïнських i угорських селян. // З icториi захiдно-украïнських земель. Киïв, 1957. С.204.
[19] Gogolák L. Beiträge zur Geschichte des slovakischen Volkes… S.128; Haraksim L. Slovenská učast’ v protihabsburgských povstaniach v druhej pol. XVII a zač. XVIII storočía. Bratislava, 1964. S.164.
[20] Fessler J.A. Die Geschichte von Ungarn 1576-1705… S.558. Резиденция магистра Тевтонского ордена Франца Людвига (1697-1732) была в то время в Бреслау. – Артамонов В.А. Россия и Речь Посполитая после Полтавской победы. М.,1990. С.120, 180.
[21] Ratkoš P. Problematika protihabsburských stavovských povstaní v XVII. a začatkom XVIII storočía. // Naša veda. Bratislava,1957. Roč. 4. N 8-9. S.371.
[22] Tibenský J. Chvály a obrany slovenského národa. Bratislava, 1965. S.61.
[23] Tibenský J. Vormovanie za ideológie slovenskej feudálnej národnosti a burźoázneho naroda // Historický časopis. 1971.     N 4. S. 580.
[24] Käfer I. Obraz kuruckej doby v siovenskej literature // Dĕjiny a narody. Literárne-historické studie o československo-mad’arských vztazích. Praha, 1965. S.72.
[25] ИВ. Т.1. С.431, 433.
[26] 1 июля 1704 г. П.А.Голицын передавал из Вены тенденциозные вести венских курантов: «Один офицер, ближний сродник Рагоцего со 100 (человек – В.А.) конницею пришёл и с великоою остротою подати выбирал и чють не со всякого крестьянина одного скота взял с пригрозою, что ежели тотчас денег не заплатит, тот скот до Бец (Вены – В.А.) города погнать и там продавать велит. На что в сих странах великое опасение имеют, и крестьяня с скотом своим и всеми речами (вещами – В.А.) уходят… И для того все ребельщики (мятежники – В.А.) к Муравской земле (Моравии – В.А.) приближились так далече, что в другой деревне на силу 4 или 5 крестьян и осталось. И никакой иной крепости не желают, только Прешпурку (Братиславы – В.А.). А после того в Муравскую землю впасть хотят». – РГАДА. Ф.32. Оп.1. 1704. Д.4. Л.126.
[27] Osman aga. Zwischen Paschas und Generälen. Graz, 1966. S.47.
[28] Csanda S. A törökellenes és kuruc harcok költészetének magyar-szlovak kapcsolatai. Budapest, 1961. 60. old. 72,77; Hopp L. Aspirations littéraires de la guerre d’indépendance de Rákóczi et de l’emigration // GIH. Sárospatak,1976. Р.9; Misianik J. Přispevok k literárnym vzt’ahom slovensko-mad’arskym do konca XVIII storočia // Dĕjiny a národy. Praha, 1965. S.38. Поражение восстания так оплакивалось в поэтических словацких песнях: «Налетали в Венгрию чёрные императорские орлы и изгнали мадьярских соколов и словацких голубей, а вслед за ними слетелось вороньё». Gogolák L. Beiträge zur Geschichte des slovakischen Volkes… S.134,135.

------

Продолжение

------

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев. Вам необходимо зарегистрироваться.